Мастер-класс Делаем деревянный нож-бабочку с инкрустацией оргстеклом

Делаем деревянный нож-бабочку с инкрустацией оргстеклом

Сегодня я расскажу про авторский проект — нож-бабочка.

Это отличный вариант подарка для мальчишки! Инструмент для тренировки ловкости вместо многочасового сидения за компьютером.

Предлагаю вам посмотреть видео, в нем я рассказываю несколько технических нюансов и какую ошибку я допустил в данной модели игрушки (включите звук), а ниже — пошаговый мастер-класс с фото и моими пояснениями.

Идею этого проекта принес из школы мой сын. Сейчас сувенирные деревянные ножи приобрели популярность, потому что этот вид оружия часто используют персонажи геймерских игр.

Распечатываю бумажный эскиз и фиксирую на заготовке скотчем.

Лезвие ножа будет комбинированным: дерево и оргстекло.

На настольном лобзиковом станке выпиливаю полости в рукоятке под установку кусочков оргстекла.

На сверлильном станке по шаблону высверливаю необходимые отверстия.

Часть из них нужна для ввода пильного полотна, часть — для инкрустации рукоятей вставками из оргстекла.

При выпиливании деталей лезвия есть небольшая хитрость.

Благодаря маленькому техническому нюансу стыковка получается плотной и без зазоров (слушайте внимательно озвучку к видео).

Стыковка получилась аккуратной, плюс на стадии шлифования я сделал плавный переход с обуха ножа на жало из красного оргстекла.

Место крепления рукояти и лезвия должно быть подвижным, т.к. именно эта зона ответственна за все трюки с вращением и эффектным складыванием ножа-бабочки.

Поэтому я нанес на детали воско-масляную смесь, дал ей высохнуть и при сборке подложил металлические шайбочки.

После скрепил гладкими, идеально круглыми деревянными палочками.

Преимущество конструкции ножа-бабочки в том, что в закрытом состоянии лезвие ножа прячется между рукоятками.

А значит карманы штанов и дно тканевых рюкзаков вашего мальчишки в полной безопасности:)

Для подарка фанатам компьютерных игр нож можно еще детализировать или выгравировать памятную надпись.

С настоящим ножом бабочкой детям игра не безопасна, требуется внимание к законодательству о холодном оружии.

Ножи-бабочки стали популярны, благодаря эффектным трюкам, которые можно с ними проделать.

Сувенирный нож-бабочка из дерева — это безопасная, идентичная по трюковым возможностям интересная игрушка.

Она будет способствовать развитию ловкости и сформирует вокруг ребенка ауру привлекательности для его одноклассников.

Можно сделать нож самостоятельно или приобрести готовый.

Я делал два ножа: своему сыну и его лучшему другу.

Спасибо за прочтение, до новых мастер-классов!

Ознакомительный мастер-класс по изготовлению деревянных шпилек с инкрустацией

Сегодня я решила сделать такой ознакомительный репортаж или ознакомительный мастер-класс по изготовлению инкрустированных шпилек из дерева.

Вначале пара слов о технике инкрустации. Эта техника подразумевает украшение изделий узорами, орнаментами и изображениями из материалов, отличающихся от основной поверхности. Это могут быть мрамор, керамика, металлы, дерево, шпон, перламутр, поделочные камни. Кусочки, составляющие узор, врезаются в основу.Техника инкрустации очень древняя, впервые она появилась на Древнем Востоке. Ну, по крайней мере, так предполагают ученые. Инкрустация очень многообразна и имеет множество подвидов техник.

При изготовлении шпилек я применяла технику всечка — это очень своеобразный народный русский промысел, развившийся в начале XVIII века в России, со своими особенностями, определившими самобытность художественных работ по дереву. Истоки этого промысла берут своё начало на оружейном заводе, где тульские работники украшали именное оружие для особ приближённых к царю, и сначала это были копии с испанских и французских ружей. Но вскоре появилась своя, уникальная технология — тульская всечка.

В настоящее время эта техника считается редкой, но в Туле есть мастера, которые работают в этой технике и стараются развивать это направление. И за это им большой поклон, т.к. техника уникальная, красивая и благородная.

А теперь приступим к работе!

Конечно, вначале нужно разработать дизайн. Можно его нарисовать или хотя бы представить в голове.

Материалы. При изготовлении шпилек использовалась древесина березы (она годна для техники всечки), мельхиор, латунь, перламутр белый и перламутр галиотис.

Инструменты. Лобзик с пилками, резачки для прорезания пазов под всечку, кусачки, бормашина и боры (или резцы по резьбе дерева), напильник, надфиль, наждачная бумага, молоток, вальцы (или иметь заготочки листового металла нужной толщины, или сходить к знакомому ювелиру или даже к незнакомому в юв.мастерскую). Морилка, клей, восковая мастика.

Начинаем работу. Выпиливаем наши шпильки из деревянной заготовки нужной толщины (не менее 5 мм).

Далее обрабатываем: опиливаем напильником и ошкуриваем наши шпильки. На фото тонированные шпильки, но можно на этом этапе не тонировать, так как это мы будем делать позже.

Делаем всечку. Заранее подготавливаем металлические полосы — прокатываем проволоку в вальцах, или отрезаем ленту листового металла. С помощью резцов делаем пазы, в которые забиваем молотком нашу ленту, попутно закрепляя ее клеем.

Когда всечка готова, то есть поставлена и опилена сверху надфилем, можно подумать о дальнейшей инкрустации.

Готовим заготовки для инкрустации из перламутра и металла — выпиливаем с помощью лобзика и пилки с соответствии с разработанным дизайном:

Опиливаем, подгоняем их с помощью необходимых инструментов — надфилей. И склеиваем между собой. Шлифуем и полируем на наждачной бумаге. И получаем такие вставки:

А затем готовим пазы под вставки в наших шпильках. Используем бормашину и боры:

Пазы готовим таким образом, чтобы вставки входили туго и сажаем их на клей.

Уже становится красиво. Но работу над шпильками продолжаем.

Готовим пазы под мозаику из галиотиса (в соответствии с нашим дизайном). И укладываем (сажаем на клей) предварительно подготовленные и опиленные надфилем кусочки галиотиса.

Теперь, когда мы выполнили инкрустацию, все снова опиливаем, тонируем морилкой при необходимости и проводим финишную обработку. Я решила не покрывать всю эту красоту лаком, а для того, чтобы ощущать тепло дерева, покрыть все восковой мастикой из карнаубского и пчелиного воска.

Вот и подошел к концу ознакомительный мастер-класс-репортаж о создании деревянных шпилек с инкрустацией. Некоторые нюансы пропущены, так как тонкости работы требуют тщательного и очень длительного описания. Ну и к тому же, у каждого мастера всегда есть свои маленькие секреты, заработанные опытным путем, поэтому да поймут меня мастера!

Поделки из фанеры своими руками лобзиком чертежи легкие для 5 класса: Страница не найдена —

Легкие поделки из фанеры чертежи

Древесина и листы (плиты) на ее основе – один из самых дешевых и податливых материалов. Для любителей работать лобзиком интерес в первую очередь представляет фанера.

Именно ее домашние умельцы чаще всего выбирают для изготовления различных поделок. Если правильно организовать работу, можно создать настоящие шедевры.

Особенности выбора фанеры

Поделки из этого материала выполняются для различных целей, но в основном их можно разделить на две группы – для украшения помещений или территории (например, ограждения с внутренней стороны, садового участка и так далее).

Разновидность фанеры

Если ориентироваться на оптимальное сочетание таких показателей, как качество и цена, то выбирается продукция ФСФ или ФК. Она характеризуется устойчивостью к сырости и температурным скачкам. Одного этого вполне достаточно, чтобы долговечность изготовленной своими руками поделки была обеспечена. Но между этими разновидностями фанеры есть принципиальное отличие – в компонентном составе клея, которым скрепляются слои шпона.

В первом случае он токсичен, поэтому листы ФСФ применяются лишь при наружных работах. А вот для поделок, предназначенных для помещения в доме, вполне подходит фанера ФК. Ее аналоги стоят гораздо дороже, потому и не рассматриваются как материал для простых, легких в исполнении поделок.

Вид шлифовки листов

Разобраться несложно: Ш1 и Ш2 – соответственно, одно- и двухсторонняя; НШ – фанера грубой обработки. То есть поделку еще придется «доводить до ума», шлифовать. Выбор по этому параметру зависит от того, как ее планируется в дальнейшем оформить и поместить. Образец, закрепляемый на стене и, к примеру, статуэтка (подставка, вазочка, игрушка или иное), которая просматривается со всех сторон – вещи разные.

Текстура фанеры

Здесь многое зависит от личных предпочтений. Если планируется при нанесении защитного покрытия поделки сохранить естественный вид дерева, то под лак лучше приобрести фанеру из шпона березового. А вот для последующей окраски желательно выбирать сосновый.

Для различных поделок из фанеры желательно ориентироваться на использование красок на масляной или акриловой основе. Объяснение простое – они менее подвержены выгоранию на солнце, потому и не придется часто обновлять внешнее покрытие; оно не изменит первоначальный вид в течение нескольких лет.

Сортность фанеры

Выбирая лист для поделок, его нужно прежде всего осмотреть на предмет сучковатости и вкраплений. Значительные дефекты не только осложнят раскрой материала, но и инициируют появление трещин или «ям» (как результат выпадения тех же сучков). Далее – осмотр торцевых поверхностей. В процессе реза фанера подвергается динамическим нагрузкам (вибрации). Если на боковых частях заметны хотя бы признаки отслоения шпона, такой материал приобретать не стоит, даже если его цена слишком уж соблазнительна.

В дальнейшем, в процессе изготовления поделки, возникнет множество проблем. Как результат – отбраковка фанеры и ее повышенный расход. В суммарном выражении это по деньгам выйдет примерно одинаково по сравнению с приобретением материала высокосортного, а по затраченному времени и качеству работы – большой минус.

Толщина листов

Если поделки вырезаются эл/инструментом, то она ограничивается 30 мм. Для лобзика ручного целесообразно использовать относительно тонкую фанеру; максимум трехслойную. То есть не более 9 мм толщиной.

Что понадобится для работы

Лобзик

Это априори, раз речь идет об изготовлении поделок с помощью такого инструмента. Вопрос в другом – каким именно лучше работать. Электрические модели стоят намного дороже ручных аналогов, но имеют массу преимуществ. Про выбор электролобзика мы уже рассказывали.

Например, высокая скорость и точность раскроя, чистота кромок, возможность изменения параметров реза и ряд других. Если поделка из фанеры – не разовое, кратковременное увлечение, то на эл/лобзик деньги потратить стоит. Он универсален, и в хозяйстве не раз пригодится, так как в зависимости от вида пилки может «работать» не только с деревом, но и с цветными металлами, пластиками, оргстеклом.

Несколько сложнее с лобзиком ручным. Его конструкция достаточно проста – рама с винтовыми зажимами и ручкой + пилка.

Нюанс в том, что режущие полотна довольно легко ломаются (от чрезмерного нажима, изменения положения ручного инструмента), а потому и приобрести их желательно с запасом; благо, стоят они дешево.

Ножовка

Она нужна лишь на одном этапе – при раскрое габаритного листа на отдельные фрагменты. Делать это ручным лобзиком – занятие малоперспективное и убыточное; времени и пилок потрачено будет много.

Подставка

Вести раскрой фанеры на весу никто не станет; это понятно. Вырезать детали, уложив лист на столешнице – риск ее повредить. Именно для того, чтобы обеспечить «безопасность» последней, подставка и нужна. Своими руками ее можно сделать из обрезка доски. Как выглядит такое приспособление (один из вариантов), видно на рисунке.

Фиксация подставки на основе производится струбцинами (на нерабочем столе) или саморезами (в случае, если в пристройке, сарае, гараже есть столярный верстак). Хотя это и не единственные варианты крепления. Как поступить, понять несложно, сообразуясь с местными условиями.

Шкурка

Идеальный инструмент для тонкой обработки дерева – шлифовальная машинка. Но для поделок из фанеры, не отличающихся большими площадями, она не подходит. Поэтому только наждачная бумага; среднефракционная – для первичной шлифовки заготовок и с мелким зерном – для финишной.

Дополнительно

  • Напильники и надфили.
  • Шило.
  • Простой карандаш и копирка.
  • Клей, если поделка создается составная или многоуровневая, то есть с фиксацией двух или более фигурных фрагментов на отдельных участках.
  • Лаки, краски, морилки.

Примеры чертежей и эскизов поделок из фанеры

Копировать «один в один» в данном случае вряд ли целесообразно. Любая работа, выполняемая своими руками – это процесс с творческой составляющей. Именно поэтому размеры стоит определять самостоятельно, в зависимости от того, где предполагается разместить (или как использовать) поделку.

Даже если чертеж и понравился, то изменить геометрию фигурки несложно, применяя правила масштабирования. Тем более, когда речь идет о вычерчивании контура на фанере простым карандашом; любую ошибку исправить, на отдельных участках что-либо подкорректировать достаточно легко. Не намного сложнее и видоизменить какой-либо эскиз, привнеся в образец что-то свое, оригинальное.

Есть и иное решение – можно скачать из интернета любую картинку, которая нравится. Распечатать ее в нужном масштабе – не проблема. Останется лишь с помощью копировальной бумаги перенести ее на фанеру и заштриховать участки, которые нужно вырезать. Это если речь идет о поделке фигурной. С контурным образцом еще легче; рез точно по линии – и все, готово. Останется лишь заняться художественным оформлением изделия.

Основные правила выпиливания лобзиком

  • Укладка под лист жесткой подложки. Именно для того, чтобы обеспечить твердость поверхности под фанерой, и используется подставка. Лист, даже небольшой, достаточно легко (под нажимом) изгибается, потому без данного приспособления качественного реза, строго по линии, не получится.
  • Рабочий орган лобзика (пилка) должен находиться строго перпендикулярно торцу листа. Причем постоянно, на протяжении всего процесса раскроя материала.
  • Инструмент подается вдоль линии поступательным движением, но без усилий. Иначе пилка сразу же сломается. Равно как и при ее отклонении от «вертикали».
  • Выпиливание отверстий «глухих», то есть где-то по листу фанеры, с отступом от его края, производится следующим образом. В любой точки очерченного контура высверливается «лунка» с небольшим смещением к центру фрагмента. Диаметр выбирается такой, чтобы в него легко вошла пилка. После ее крепления на раме инструмента можно вести рез в любом удобном направлении.
  • Фигурный выпил в фанере предполагает резкие повороты, плавные изгибы и так далее. Сначала в точке изменения направления лобзиком, не меняя его положения, необходимо проделать небольшое отверстие в материале. Для этого пилкой нужно продолжать рез, строго выдерживая ориентацию инструмента, и одновременно поворачивать кусок фанеры. Как только плоскость режущей части совпадет с требуемым направлением дальнейшего раскроя, его можно вести уже по намеченной линии.

Освоив изготовление достаточно простых поделок из фанеры, можно взяться и за более сложные варианты. Как пример – самостоятельная сборка мебели (стеллажи, этажерки, оригинальные подвесные полочки). При умелом подходе к делу из фанеры получаются отличные столешницы, разделочные доски, наличники на окна и так далее. Из этого материала несложно изготовить стул-«раскладушку», причем различных модификаций. Кого это заинтересовало, все подробности изложены в статье.

Из фанеры также получаются великолепные рамы для картин, фотографий. Тем, кто имеет участок, можно будет заняться художественным оформлением надворных построек; той же беседки, домика над колодцем или чего-то другого. Вариантов множество. Главное – хотеть учиться.

Выпиливание из фанеры – один из увлекательнейших и к тому же полезных вариантов досуга! Оно развивает творческое мастерство, аккуратность и точность, прививает трудовые навыки и помогает овладеть различными инструментами.

В рамках нашей статьи мы хотим познакомить вас с технологией выпиливания из фанерных листов и двумя простыми в исполнении поделками. Все чертежи прилагаются, поэтому при желании вы сможете повторить их своими руками, вместе с детьми, которым непременно будет интересен этот процесс от начала и до конца.

Такое солнышко порадует любого ребенка

Общая технология выпиливания + идеи поделок из фанеры

Фанера – универсальный материал, применяемый в самых различных сферах! Из нее можно создать множество удивительных вещей, что сейчас мы и будем делать. Как и любое другое творческое занятие, выпиливание из фанерных листов начинается с подготовки инструментов и материала.

Нехитрый набор инструментов

Итак, нам понадобятся:

  • Ручной лобзик . Он представляет собой деревянную или же металлическую рамку, по форме напоминающую букву «П». На концах этой рамки имеются специальные зажимы с винтами, в которые закрепляется пилочка.

К сведенью!
Лобзиковые пилочки – это тонкие и узкие стальные полосы с остро заточенными зубчиками с одной стороны.
Увы, они легко ломаются, поэтому лучше брать их с запасом.
К счастью, цена на эти приспособления довольно низкая.

Технология выпиливания

Для удобства, ниже приведена пошаговая инструкция, в которой во всех подробностях расписан процесс работы с фанерой:

  1. В первую очередь необходимо подготовить рабочий стол. Протрите его влажной тряпочкой, дабы очистить от небольших насыпей опилок и пыли. Проверьте, все ли инструменты лежат на своих местах. Помещение, в котором расположено ваше рабочее место должно быть всегда проветриваемым и хорошо освещаемым.
  2. Далее следует подготовка самого главного инструмента – лобзика. Для этого, отвернув винты, закрепите концы пилочки в его зажимах.
    Вставляется пилочка так, чтобы направление ее зубцов было не внутрь рамочки лобзика, а вперед с наклоном вниз. Наклон зубцов легко проверяется – достаточно провести по ним пальцем. Уже вставленная пилочка натягивается при помощи нескольких поворотов натяжного винта.

Направление зубчиков – изнутри рамки лобзика

Важно!
Пилочку нужно натягивать туго, в противном случае она будет плохо пилить и быстро сломается.

Таким способом пилочка закрепляется именно в деревянный ручной лобзик. Что касается металлического инструмента, то здесь этот процесс проходит немного иначе.

Сначала один конец пилочки вставляется в нижний зажим, затем тот конец лобзика, где находится верхний зажим, упирается в край стола. Далее нужно слегка нажать грудью на ручку так, чтобы рамка лобзика немного согнулась и зажимы сблизились.

Удерживая инструмент в таком положении, нужно закрепить в верхнем зажиме второй конец пилочки. После этого лобзик отпускается: рамка принимает первоначальную форму, концы с ее зажимами вновь расходятся и натягивают пилочку.

  1. Заметили, что поверхность фанеры немного грубовата, а в некоторых места есть трещинки и сколы? От них нужно избавиться при помощи наждачной бумаги, зачищая все дефекты против волокон. Качественно отшлифованная фанера должна быть ровной, абсолютно гладкой, шелковистой на ощупь и глянцевой на свету.
    После этого еще раз проверьте фанерный лист – если нет видимых дефектов, то можно переходить к нанесению чертежа.
  1. На листе бумаги рисуется чертеж будущей поделки. Затем подходящий кусок фанеры покрывается листом копирки, сверху ложится чертеж, закрепляется кнопками и обводится острым карандашом.

Пример переведенного рисунка

  1. Фанера с переведенным рисунком кладется на подставку, а лобзик располагается так, чтобы пилочка была в прорезе подставки. Выпиливаются детали движениями вверх и вниз. Пилочка пилит лишь при движении вниз, в это время необходимо слегка нажимать ее вперед.

Модель автомобиля Мерседес

Попробуйте выпилить вот такую несложную модель Мерседеса, которая может стать первой в вашей коллекции игрушечных автомобилей. Чертежи поделок машин из фанеры лобзиком будут представлены ниже. Собирая поделку, смотрите на них, а точнее на цифры, по которым и осуществляется сборка.

Делается это по следующему правилу: деталь под номером 1 присоединяется к другой детали под номером 1, два ко второй и так далее. Если какие-то детали не получается вставить в нужные пазы – подпиливайте их, или же зачищайте надфилями. Получилось без проблем собрать изделие? Можете смело склеивать все детали между собой! Чертеж 1 Чертеж 2

Фигурки животных

Очень простая, но, тем не менее, интересная задумка. Так, вместе со своими детьми, вы можете весело провести время, выпиливая из фанеры различные фигурки животных. Для этого вам нужно лишь выпилить четыре ноги и приклеить их к туловищу с двух сторон для придания игрушке устойчивости. В некоторых случаях делаются подставки и фигурки укрепляются на них. Фигурки животных для детей

В результате у вас может получиться целый игрушечный зоопарк или сюжетная сценка. Поверьте, дети придут в восторг от такого увлекательного занятия, и у вас много времени это не отнимет. Потом можно попросить жену, чтобы она помогла ребятам раскрасить новых «друзей». Симпатичный барашек

Вывод

Собственноручное создание всевозможных изделий всегда захватывает! Ведь в каждую деталь вкладывается личный труд, время и частичка творческой мысли. Поэтому готовые поделки оцениваются как настоящее произведение искусства и находятся в доме на самых почетных местах. В представленном видео в этой статье вы найдете дополнительную информацию по данной теме. Творческого вам полета!

Поделки из фанеры могут стать украшением любого дома и прекрасным подарком или сувениром. Мальчишки уже с детсадовского возраста стремятся к работе с этим материалом, и надо всячески поощрять такое желание. Постепенно двигаясь от простого к сложному, ребенок приобретает навыки и эстетически развивается. В поделке можно воплотить все свои фантазии и получить удовольствие от самого процесса творчества.

Особенности поделок

Работа с фанерой требует учета некоторых нюансов. Прежде всего, надо правильно выбрать материал по следующим параметрам:

  1. Тип фанеры. Основные разновидности – ФСК и ФК. Первый тип имеет повышенную влагостойкость, но стоит значительно дороже. Для поделок чаще всего используется фанера марки ФК.
  2. Обработка поверхности. Различаются такие варианты: фанера с грубой обработкой поверхности (НШ), с односторонней (Ш1) и двухсторонней (Ш2) шлифовкой поверхности.
  3. Текстура материала. Она во многом ответственна за внешний вид поделки. Если предусматривается лакирование, то лучше выбрать березовую фанеру. Под покраску подойдет более дешевый сосновый материал.
  4. Сорт. Сортность материала определяет наличие дефектов (сучков, вкраплений, расслоений, микротрещин). При использовании фанеры, предназначенной для выпиливания, важно обратить внимание на наличие дефектов.
  5. Толщина. Она зависит от назначения и типа поделки. Для изготовления крупногабаритных и прочных изделий используется фанера толщиной до 3 см. При необходимости выпиливания применяется тонкий материал толщиной не более 8-9 мм.

Изготовление фанерных поделок основывается на таких операциях, как пиление (разрезание), выпиливание (внутреннее и внешнее) и шлифование. Для декорирования используется выжигание, лакирование, покраска, тонировка. При необходимости применяются особые методики обработки (декупаж, искусственное старение и т. д.).

При изготовлении поделок своими руками используются такие инструменты и приспособления:

  1. Ножовка. Она необходима для раскроя листа, особенно при использовании толстого материала.
  2. Лобзик. Это основной инструмент для работы с фанерой. Поделки можно делать ручным или электрическим лобзиком.Для начинающих лучше выбирать первый вариант. С помощью данного инструмента обеспечивается выпиливание фигур практически любой сложности, как внутри заготовки, так и по ее краям. Можно его использовать и при раскрое тонкой фанеры.
  3. Струбцина и подставка. Струбцина необходима для фиксации заготовки, а подставка из доски устраняет риск ее повреждения.
  4. Шлифовальная (наждачная) шкурка или шлифовальная машина. В наличии должна быть шкурка разной зернистости – для грубой и финишной обработки.
  5. Набор напильников. Они потребуются для обработки кромок. В запасе должны быть круглые и плоские напильники.

Дополнительно следует приготовить инструмент для соединения деталей поделки и проведения финишной отделки – шило, дрель, молоток, шуруповерт, отвертка, кисть для клея и малярная кисть, шпатель для грунтовки. При раскрое листа и нанесении рисунка могут потребоваться трафареты. Фанерные поделки обычно изготавливаются по чертежам. Для габаритных изделий разрабатываются чертежи в масштабе, причем необходим сборочный чертеж и полная деталировка. Для проведения выпиливания создается чертеж-схема в натуральную величину, который затем переносится на заготовку.

С” чего начинать

Начинающим мастерам следует подбирать легкие варианты фанерных поделок. В дошкольном возрасте основной способ – выжигание. В этом случае важно научиться переносить нужный рисунок на заготовку. Дети могут использовать такие способы:

  1. Копировальная бумага. Ребенок подбирает понравившийся рисунок и переносит основные контуры на фанеру через «копирку».
  2. Самодельный трафарет. Фигурки вырезаются из рисунка и наклеиваются на картон. Затем они прикладываются к заготовке и обводятся карандашом по контуру.

Выжигание осуществляется с помощью выжигательного аппарата. Готовый рисунок можно просто покрыть лаком или раскрасить.

Уже в возрасте 5-7 лет ребенок способен сделать элементарные поделки с помощью лобзика:

  1. Новогодняя елка. Она по контуру вырезается из фанеры. Далее окрашивается в зеленый цвет, а на нее приклеиваются различные украшения из цветной бумаги, бисера, блесков, ленточек и т. п.
  2. Снеговик. Рисуется контур на фанерной заготовке и вырезается. Поделка окрашивается в белый цвет, после чего приклеиваются характерные детали.

Более сложные поделки из фанеры доступны детям в 12-13 лет (5-6 класс):

  1. Объемная елка. Она собирается из нескольких деталей. Примеры исполнения показаны на рисунке. Вырезаются 2 одинаковые плоские елки. По их осевой линии выпиливается паз, причем на одной детали — от основания до средины елки, а во второй – от вершины до средины. Затем эти детали вставляются друг в друга и закрепляются клеем. Другой вариант – центральный стержень, к которому приклеиваются 4 одинаковых половинки елки.
  2. Макета техники. Из фанеры можно сконструировать машинки, корабли, самолеты. На картинке показан фанерный макет самолета.
  3. Птичья кормушка. По углам фанерного листа (днища) вертикально закрепляется 4 опоры из бруска. Крепление лучше осуществить шурупами. Сверху закрепляется фанерная крыша (односкатная с уклоном назад или двухскатная). В нижней части приклеиваются фанерные полоски шириной 4-5 см. Для красоты по краям крыши можно приклеить резную фанерную полосу, а всю конструкцию окрасить разноцветными акриловыми красками.
  4. Рамки для фото и картин. При изготовлении таких поделок можно подключить всю свою фантазию. Вначале можно сделать трафареты из фанеры. Далее нарезаются фанерные полосы (из фанеры толщиной до 10 мм) шириной 2-5 см в зависимости от размеров картины. По трафаретам вырезается профиль рамки и намечается узор внутри полосы, который затем формируется с помощью лобзика.

Привлекательные поделки можно сделать в виде картины. Для этого берется прямоугольный лист фанеры нужного размера и окрашивается для создания основного фона. На этом фоне формируется сюжет путем наклеивания различных элементов, вырезанных из другого листа фанеры. Существует два основных 2 варианта – отшлифованные, неокрашенные, фанерные элементы на темном фоне и покрашенные элементы на белом или неокрашенном фоне.

Фанерные фигурки

С помощью фанеры можно изготовить фигурки людей и животных в плоском и объемном исполнении. Можно выделить такие направления:

  1. Поделки для детского сада. Они предназначены для оформления детской площадки и должны отличаться яркой окраской и вызывать интерес у детей. Чаще всего применяются достаточно габаритные, плоские фигуры зверюшек, сказочных или мультяшных героев. На рисунке показан пример использования образов из известного мультфильма. В качестве небольшого аттракциона можно использовать поделку «Кузнецы» (чертеж приведен на картинке).
  2. Придание объема фигуркам. Такие поделки требуют кропотливого труда и выполняются из многочисленных фанерных деталей, скрепляемых в разных плоскостях. На рисунке показана поделка в форме рыбы. В ней объемность обеспечивается чешуей из фанерных элементов, которые укладываются под разным углом и скрепляются стержнями. Другой способ подразумевает формирование плоского тела, на котором закрепляются другие элементы. Например, при изготовлении лошади вначале вырезается туловище и голова из одного листа. Затем приклеиваются ноги, хвост, грива. На шее и ногах дополнительно закрепляются детали, призванные подчеркнуть мускулатуру.
  3. Поделки для дачного участка. Фанерные фигуры способны преобразить ландшафтный дизайн загородного участка. Очень красиво смотрятся аккуратные лебеди рядом с небольшим искусственным водоемом. Также популярностью пользуются аисты, журавли, медведи, лошади, собаки и т. п.

Особенно широк ассортимент поделок для сада и детских площадок. Помимо указанных плоских фигурок можно установить объемные изделия. Например, неплохо будет смотреться машина или детский домик, которые выполняются из нескольких деталей, которые затем соединяются между собой.

Элементы мебели и интерьера

Фанерная декоративная и детская мебель, а также элементы интерьера пользуются широкой популярностью.

Можно отметить некоторые из таких поделок:

  1. Игрушечная мебель. Для кукол из фанеры можно создать красивые мебельные наборы. На рисунке показан столовый набор такой мебели. Оригинальные поделки, заинтересующие ребенка, можно сделать в форме кроватей, столов, диванов, кресел и т. д.
  2. Декоративная полка. Небольшая резная полочка из фанеры способна украсить любой интерьер в квартире. На рисунке показана схема выпиливания узора для такой полки.
  3. Ажурный абажур. С помощью лобзика можно на листе фанеры выпилить ажурный узор. Из таких элементов склеивается привлекательный абажур для настольной лампы или торшера.
  4. Шкатулки. Такие поделки с разным декором считаются одним из самых распространенных направлений «ручного творчества». Сама шкатулка собирается в виде простой фанерной коробки. Важно обеспечить привлекательность и оригинальность крышке. Внешний вид чаще всего создается путем послойного наклеивания резных фанерных деталей. Окончательно облик шкатулке придает тонирование морилкой или специальными средствами и лакирование. На рисунке приведен пример исполнения поделки. Еще один вариант изготовления художественной крышки – применение техники декупаж.

При обустройстве интерьера в квартире фанерные поделки используются достаточно активно. Привлекательно выглядят панно разного размера, изготавливаемые по вышеописанной методике. Наиболее популярны картины, в которых отшлифованные фанерные фигурки четко выделяются на темном фоне. Цвет его должен гармонировать со стеновым оформлением и соответствовать стилю дизайна. Интерьер способны преобразить и закрепленные на стене резные орнаменты и узоры из фанеры, покрытые лаком.

Нередко фанерные поделки используются с чисто практической целью. Фанера оказывается прекрасным материалом для изготовления ящиков для инструмента, вешалок, подоконников, различных подставок, вазонов для комнатных цветов, столешниц, разделочных досок, почтовых ящиков и т. п.

Поделки из фанеры доступны для «домашнего мастера» любого возраста. Их можно изготавливать в домашней мастерской, на собственном столе, на уроках труда в школе и даже в детском саду. Для того чтобы сам процесс доставлял удовольствие исполнителю, важно обеспечить правильный подход к выбору идеи, организации рабочего места и выбору самого поделочного материала. Красивая фанерная поделка станет предметом гордости мастера.

Ок поделки из фанеры для дачи чертеж. Поделки из фанеры своими руками лобзиком для дачи чертежи легкие. Как вырезать лобзиком фанерные поделки

Многие навыки у людей начинают оттачиваться ещё в детстве. У девочек это шитьё и вязание у мальчиков столярное мастерство. Обычные детские интересы со временем перерастают в нечто большее. В связи с этим выпиливание ребятами поделок из фанеры лобзиком, в результате, с годами, приобретает черты оформительского искусства.

Фанера лобзик и фантазия – элементы развития личности

Действительно, фанерный лист в умелых руках может стать красивым предметом интерьера. И даже для новичков, которые впервые столкнулись и увлеклись выполнением оригинальных деревянных поделок, это, безусловно, станет интересным и увлекательным занятием. И одновременно полезным, оттачивающим навыки декоративной обработки дерева.

Такое занятие – прекрасная возможность отлично провести время с интересом, с пользой. Отдохнуть и в то же время увлечённо заниматься любимым делом, доставляющим удовольствие, как самим процессом, так и его результатом. Кроме того, созданные вещи, которые наверняка впоследствии украсят дом, послужат формированию общего домашнего комфорта и уюта.

Основная польза выпиливания красивых декоративных элементов из фанеры заключается в процессе духовного развития человека, его облагораживании. Мастерство, навык, трудовое развитие, всё это заложено в данных занятиях.

Труд формирует личность. А трудится над любимым делом вдвойне интереснее. Время здесь уже не властно над занятостью. Его не замечают. И это есть один из признаков истинной увлечённости.

«Выставка» мастерства

Обустройство дома, квартиры предусматривает внесение личной лепты для ощущения ауры внутренней красоты. А порой и наружной, поскольку места размещения предметов, выполненных из фанеры, могут располагаться, например, на территории дачного участка.

Безусловно, результат плодотворной работы всегда найдёт своё законное место. Будь то резной абажур для настольной лампы или легкие поделки из фанеры в виде фигурок, расположенные на книжных полках и играющие роль разделителей для книг.

Более сложные элементы выполняются уже при прочном закреплении знаний по работе с древесным материалом. Торопиться и сразу приступать к выпиливанию таких предметов, это значит зря потратить время и загубить материал.

Первые шаги на пути к совершенству

Начинать стоит с самого простого. А для начального постижения науки по резному делу выбрать себе в помощь определённую учебную литературу, представленную как пособие по изготовлению декоративных деревянных элементов из фанерных листов. Воспользоваться советами мастеров на тематических интернетовских сайтах. Обязательно посмотреть фото поделок из фанеры. Это уже само по себе привлечёт интерес к такой работе.

Ничто так не пробуждает рвение к какому-либо делу, как его увиденный результат. А изделия, выполненные из фанерных листов, отшлифованные, обработанные красками или лаком оставляют неизгладимые впечатления.

Отдельно нужно упомянуть о таком необходимом элементе как чертежи. Они необходимы в любом случае. Когда выполняются усложнённые фигуры и при выпиливании самых простых деталей. Гораздо проще работать с материалом, когда заранее определён его будущий внешний вид.

Возвращаясь к вопросу о начальных шагах, стоит упомянуть о таких важных вещах как внимательное изучение правил пользования инструментами и материалами. И конечно об освоении технологии. Она достаточно проста и на её освоение уйдёт немного времени.

Но для того чтобы добиться уровня мастер-класс, помимо закрепления в памяти технологических этапов процесса изготовления деревянных фанерных поделок, необходимы ещё и дополнительные знания.

Признаки настоящего мастера

Настоящий мастер с ходу определит:

  • какой вид фанерного листа лучше поддастся выпиливанию и обработке. Древесина различна по качеству и свойствам. С какой-то легче работать, а с какими то видами сложнее, из-за расслаивания, внезапного появления трещин и других негативных моментов.
  • какую толщину материала выбрать при определённом замысле будущей поделки;
  • какие пилки для лобзика приобрести, чтобы использовать их достаточно долгое время.

Этот опыт складывается уже за более длительный период. Но тем интереснее становится продвижение по пути самосовершенствования.

Выполненные своими руками поделки из фанеры, сначала простые, неказистые, но со временем, обретающие настоящие черты, подтверждающие высокий класс домашнего мастера, могут стать предметным отражением становления и развития навыков художественного деревянного декорирования. Иногда это выражается весьма оригинально.

На протяжении определённого временного промежутка поделки из фанеры выставляются в ряд друг за другом, и тогда начинает наглядно вырисовываться картина постепенного прохождения всего пути от ученика до настоящего специалиста.

Фото поделок из фанеры

Поделки из фанеры для сада – украшения простейшие, но благодаря образности, яркости, возможности перемещать их на участке с легкостью, пользуются особой любовью.

Такие поделки для сада дешевы, так как сам материал недорог, да и сделать их своими руками – не особо сложный труд. Устанавливаются поделки из фанеры на месте с помощью длинного штыря, который легко воткнуть в землю. Хотя можно прикрепить такие поделки на любое строение на участке.

Чем выпиливать поделки из фанеры

Идеальный вариант инструмента для выпиливания из фанеры – электролобзик. Пилку, конечно, нужно взять с мелкими зубчиками – так края вырезанной фигурки будут более аккуратные, без сколов фанерных слоев. После того, как поделка вырезана, зачистите ее края наждачкой.

Если электролобзика нет, придется воспользоваться обычным ручным.

Выпиливать, конечно, придется подольше, чем электрическим лобзиком, но если не будете пилить рывками, края поделки для сада также будут чистыми

Как избежать расслаивания фанеры

Риск расслаивания фанеры под пилкой очень просто уменьшить. Для этого нужно приготовить закрепляющий раствор: развести строительный ПВА с водой (2 части ПВА + 1 часть воды). Наносим обильно раствор на лист фанеры, оставляем сохнуть. И так – 3 раза.

Чем и как раскрасить поделки из фанеры

Когда поделка вырезана, можно приступить к самому интересному – ее раскрашиванию. Но прежде основу нужно подготовить.

Наждачкой аккуратно зашлифуйте обе поверхности. Вначале используйте наждачную бумагу с грубым зерном, окончательная шлифовка – с мелким. Шлифовать крупной наждачкой нужно поперек волокон, а мелкой – и поперек, и вдоль. Пыль после шлифования тщательно вытрите.

Если хотите, чтобы все было по правилам, обработайте основу поделки для сада защитной пропиткой для древесины – это продлит срок ее непростой жизни (под ветрами, дождями, солнцем), а также сделает «невкусной» для различных жучков.

Прогрунтуйте заготовку поделки для сада. Грунтовка необходима по нескольким причинам. Во-первых, она заполнит поры в фанере, а также небольшие трещинки. Во-вторых, будет препятствовать растрескиванию материала. В-третьих, послужит для лучшего прилипания краски на основу.

Грунтовку выбирайте в зависимости от вида краски (на банках всегда есть инструкция по применению). Кстати, есть очень качественные грунты-порозаполнители, их можно посчитать идеальными для предварительной обработки фанеры. Но они не обязательны для создания садовых поделок, чаще их покупают для обработки древесины при интерьерных работах.

Раскрашивать поделки из фанеры можно всеми видами красок и эмалей, предназначенных для окрашивания дерева. Очень полезно внимательно вчитаться в инструкцию: краска должна быть для уличных работ. Чаще всего фанерные поделки разрисовывают масляными красками или эмалями для дерева.

Чтобы поделки для сада из фанеры блестели, а также для защиты рисунка, делаем заключительный шаг – покрываем их лаком. При окрашивании глянцевыми красками, которые и так дают блеск, без лакировки поделок можно обойтись.

Фанера — благодатный материал для поделок, имеет интересную фактуру, гибкая, легко пилится лобзиком, сверлится, склеивается. Если у вас богатая фантазия и умелые руки, то из фанеры можно изготовить поделок великое множество. Особое место занимают подвижные поделки из фанеры.

Приятно порадовать ребёнка оригинальной игрушкой из фанеры, которую не купишь ни в одном магазине.

Фанера превращается… в произведение искусства

Мастерить и создавать вещи своими руками — увлекательное и полезное занятие. Такое хобби позволяет продуктивно отдохнуть от рутинной работы, украсить дом оригинальными рукотворными изделиями.

На первый взгляд – банальная фанера, но в руках умельца она превращается в изумительные наличники для дачного дома или карнизы необыкновенной красоты.

Фанерные поделки могут быть разными как по назначению, так и по виду. Кухонные разделочные доски, рамки для фотографий, вазы для цветов, детали интерьера и даже мебель – это лишь небольшой перечень того, что можно сделать из обычной фанеры, но качественной фанеры.

Лучшая фанера

Требования к качеству фанеры для поделок предъявляются высокие. Желательно, чтобы это была фанера без дефектов сорта «элита». Такими свойствами обладает берёзовая фанера высшего сорта.

Листы этого сорта обладают жёсткостью, прочностью, практически не имеют изъянов. Она не склонна к короблению (в отличие от ) , благодаря жёсткости прочно удерживает шурупы даже у края листа.

В ней нет непроклеенных мест, при распиловке она не наградит неприятными сюрпризами. Из такой фанеры получатся прекрасные изделия.

Совет! Не экономьте на стоимости материала. Низкая цена и качество – понятия не совместимые.

Поделки для дома

Также можно изготовить «море» полезных вещей, к примеру, ключницу или подставку для салфеток. Чаще всего используют фанеру 8 мм .

Она может быть из разных пород деревьев, иметь различную палитру цвета, от тёмно-красного до выбеленной берёзы. Структура, в зависимости от породы древесины, также многообразна.

Уникальными поучаются поделки из многослойной материала. Из 5−10-слойной фанеры получится чудесная морская раковина, которая украсит письменный стол или украшение для ёлки.

Чтобы изготовить снеговика, потребуются материал и инструмент:

  • Поделочный материал;
  • Ножницы;
  • Лобзик;
  • Акриловые краски, кисточка;
  • Кусочек ленты;
  • Клей, карандаш;
  • Проволока или нитки.

Для того чтобы сделать магнитик для холодильника, не требуется большого умения, делается он очень просто:

  • на лист наносится любой рисунок;
  • по контуру выпиливается лобзиком;
  • обрабатывается наждачной бумагой;
  • красится, покрывается лаком.

Осталось приклеить магнит, поделка из фанеры готова.

А если хотите, чтобы соседи «лопнули» от зависти, глядя на ваш участок, украсьте его интересными сюжетными штучками.

Дизайнерские дачные штучки

Фанера + фантазия – получится очень оригинальная поделка для сада, назовём её «весёлый садовник», которая хорошо будет чувствовать себя среди кустов роз. Или сделайте компанию «задорных человечков», которые обязательно понравятся детям. Главное, чтобы фигурки были яркими, красочными.

Технология изготовления фигурок проста, из листов выпиливаются заготовки, которые раскрашиваются акриловыми красками.

Практичный совет! Если при выпиливании край листа расслаивается, его надо укрепить клеем ПВА, разведённым водой. Процедуру следует повторить несколько раз. После просушки поделочный материал станет качественнее.

Как видите, поделки для дачи сможет сделать даже школьник. Усложним процесс и сделаем многослойные фигурки.

Для этого необходимо с помощью шаблона:

  • вырезать отдельные части;
  • раскрасить их;
  • после высыхания, соединить между собой с помощью клея и саморезов.

Из фанерных листов можно поделать кормушки для птиц, скворечники и многое другое.

Фанера как поделочный материал привлекает мастеров большими возможностями. Не последним аспектом для выбора материала является вид. Важно, чтобы изделие, в которое вы вложили душу, не потеряло товарный вид в ближайшем будущем. А фанера для поделок дачных должна быть непременно влагостойкой.

Что ещё можно сделать из фанеры

Сегодня, в век урбанизации сувениры и подарки из дерева ценятся, они приносят в дом тепло, дарят позитивное настроение. Поделки из дерева и фанеры эксклюзивны и красивы.

Необычными, оригинальными получаются из фанеры картины – отличный подарок для родных и друзей. В качестве подарка для любимой можно изготовить уникальный кулон, например.

Мало опыта, но есть огромное желание − создать шедевр не проблема. Используя схемы для поделок из фанеры, можно задуматься даже о строительстве надёжной хорошей лодки.

Инструкция и опыт столярных работ ваш верный помощник в изготовлении лодки. Но лодка, пожалуй, нужна не всем, а вот такой прекрасный подсвечник никого не оставит равнодушным.

Подсвечник выпиливается лобзиком из фанеры 3 мм:

  1. На куске материала прорисовываются 5 элементов;
  2. Выпиливаются вначале внутренние контуры, а затем и внешние;
  3. Детали плотно подгоняются и «сажаются» на клей;
  4. На токарном станке или резцом просверливается отверстие под свечу;
  5. Собранный подсвечник зачищается наждачной бумагой;
  6. Готовое изделие покрывается лаком в два слоя.

При желании подсвечник можно морилками тонировать в любой оттенок.

Резюме

Если есть желание – смело беритесь за дело, обязательно все получится!

Работа дизайнера в широком смысле подразумевает наличие у человека развитой фантазии, способности генерировать творческие идеи и воплощать их в виде предметов, имеющих вполне утилитарное назначение. Легкость в обработке, возможность создания удивительных вещей из доступного и недорогого материала возвели фанеру в ранг фаворитов в среде многих современных модных мастеров мебели и предметов интерьера.

Из фанеры можно сделать любые вещи: мебель, ящики, украшения, все, на что хватит фантазии и столярных навыков.

Из фанеры своими руками можно сделать практически все, что захочется. Из влагостойкой ее разновидности делают даже корпуса небольших лодок. Отделанная пластиком или шпоном дорогих пород дерева фанера применяется в интерьерах и как финишная отделка, и для изготовления мебели. Прочный и дешевый, экологически чистый материал пригоден и для изготовления детских игрушек, дизайнерских решений в оформлении сада, ящиков для хранения продуктов и различных мелочей.

Технология изготовления

Виды ящиков из фанеры и способы соединения стенок.

Чтобы изделие служило долгое время и выглядело достаточно привлекательно, необходимо знать правила обработки материала, из которого оно будет изготовлено. В отличие от массива дерева, фанера представляет собой тонкие листы шпона, склеенные между собой так, что волокна одного слоя перпендикулярны направлению волокон в другом. Это позволяет гнуть листы в любом направлении, создавая сложные формы. Но при распиливании поперек волокон верхнего слоя есть возможность повредить его. Поэтому при работе с фанерой нужно соблюдать несколько простых правил:

  • для предотвращения растрескивания поверхности при порезке поперек волокон нужно предварительно провести надрез ножом по линии распила;
  • перед забиванием гвоздей или завинчиванием саморезов следует просверлить отверстия под них;
  • под шляпки крепежных элементов надо помещать шайбы;
  • при склеивании поверхности нужно зачистить шкуркой, нанести клей равномерным слоем по всей поверхности и обеспечить равномерное же сжатие соединяемых деталей;
  • для сгибания элементов их предварительно смачивают или распаривают, после чего помещают в шаблон и выдерживают в нужном положении как минимум сутки;
  • тонкая фанера (до 1,5 мм) режется острым ножом, листы до 6 мм толщиной распиливают лобзиком, а более толстые — дисковой пилой;
  • края нарезанных деталей могут иметь заусенцы при порезке в домашних условиях, что требует обязательной обработки их напильником или шлифмашиной.

Для изготовления практически любого предмета из фанеры потребуется небольшой набор инструментов:

  • острый нож, электролобзик с набором пилочек;
  • дрель, набор сверл и бит, шуруповерт;
  • клей столярный или подходящий для работы с деревом;
  • напильник, шкурка наждачная;
  • измерительный инструмент, карандаш;
  • крепежные элементы.

Вернуться к оглавлению

Ящики из фанеры

Рисунок 1. Схема ящика из фанеры под кровать

Для тренировки и приобретения необходимых навыков работы с новым для домашнего мастера материалом начинать нужно с изготовления простейшей тары для различных нужд. В подобных ящиках можно хранить инструменты, фотографии и документы, различные мелкие предметы и т.п. Размеры подбираются индивидуально исходя из назначения ящиков (рис. 1).

Для изготовления потребуется фанера толщиной 6 и 15 мм. Из тонкого листа вырезают переднюю и заднюю стенки, дно и крышку ящика. На боковины пойдет более толстый материал. Ручку можно сделать из фанеры любой толщины в зависимости от личного предпочтения или использовать кусок тонкого бруска.

Определить размеры деталей, разметить и нарезать заготовки. Края отшлифовать шкуркой с мелким зерном. В боковых деталях отметить места для пазов, по которым будет двигаться крышка. В такие же пазы будет вставлено и дно ящика. Пазы делают специальной фрезой 6,2 мм. Сверлом 4 мм в передней и задней стенках сверлят отверстия под саморезы на расстоянии 7,5 мм от боковых кромок.

Сборка ящика из фанеры производится в следующем порядке:

Сборка ящика производится саморезами и клеем.

  • смазать клеем торцы боковых стенок, приложить и присоединить к ним на саморезах заднюю стенку;
  • промазать клеем пазы для дна ящика и поместить туда нужную деталь;
  • на клее и саморезах закрепить переднюю стенку;
  • крышку поместить в пазы, проверить легкость движения и при необходимости отшлифовать шкуркой скользящие поверхности;
  • ручку приклеить или закрепить саморезами снизу, с изнанки крышки.

Готовое изделие отшлифовать еще раз по всей поверхности и покрыть краской или лаком для защиты от влаги. При желании можно декорировать его любым доступным способом.

Вернуться к оглавлению

Мини-комод для мелочей

Собрать мини комод из фанеры можно для хранения небольших инструментов или прочей мелочи.

Из нескольких фанерных ящиков самому можно собрать мини-комодик для хранения деталей хенд-мейда или мелких инструментов, гвоздей и прочей мелочи. Ящички для мини-комода не нуждаются в крышке, поэтому потребуется разметить и нарезать только детали для стенок и дна. Для удобства в деталях передней стенки делают небольшую выемку-ручку. Сборка ящиков производится так, как указано выше.

Определив количество и размер выдвижных ящиков, можно рассчитать размер комода, в котором они будут размещены. Высота боковых и задней стен будет равна суммарной высоте всех ящиков с добавлением общей толщины перегородок между этажами комодика. Ширина боковин должна быть на несколько миллиметров больше длины ящика, чтобы в закрытом состоянии он не выступал за переднюю стенку. Дно, крышка и перегородки определяются исходя из длины ящика (ширина полки) и суммарной ширины всех ящиков на одном уровне с добавлением нескольких миллиметров на зазоры между ящиками.

Стенки комода, дно и крышку выполняют из толстой фанеры (15 мм). Соединяют, как и в предыдущем случае, на клей и саморезы, формируя сначала корпус комода. После этого устанавливают полочки-перегородки на нужном расстоянии друг от друга (высота ящика). Завершающим этапом будет прикрепление задней стенки.

Вернуться к оглавлению

Мебель

Рисунок 2. Кресла и диваны из ламелей собираются из одинаково выпиленных деталей.

Мебель в стиле минимализма пользуется все большим спросом благодаря сравнительно низкой цене. Современные дизайнеры уже давно обратили свое внимание на фанеру как на материал для ее изготовления. Можно выделить 2 основных типа фанерной мебели:

  • собранные из ламелей предметы;
  • сборную мебель-пазл.

Дизайнеры Дж. и Л. Дресслеры изготавливают из березовой фанеры изящную ажурную мебель, сделать которую по силам даже начинающему мастеру. Секрет дизайнеров в том, что их кресла и диваны собраны из множества повторяющих форму друг друга элементов (ламелей). Поверхности спинок или сидений образованы кромками ламелей. Благодаря такой технологии для изготовления мебели не требуются гнутые детали. Ламели выпиливаются по шаблону и собираются в определенном порядке на резьбовой крепеж (рис. 2).

Как видно из рисунка, кресло состоит из 3-х типов деталей: спинка и сиденье, основание и соединяющие их детали. Скамейка собрана из одинаковых Г-образных деталей, которые развернуты по отношению друг к другу и соединены между собой в районе сиденья. Для скрепления деталей между собой использованы металлические шпильки с шайбами и гайками.

Для того чтобы изготовить подобные вещи, потребуется нарисовать предмет мебели нужной конфигурации и по боковой его проекции вычертить контур ламели. Увеличить изображение до нужного размера, перенести его на фанеру и выпилить детали. Количество их зависит от толщины фанеры и желаемой ширины предмета. При этом нужно учитывать зазоры между ламелями. Если детали выпиливаются целиком, то между ними на шпильку крепления можно надеть выпиленные из той же фанеры шайбы для формирования зазоров. В случае сборки мебели из деталей, подобных изображенным на рисунке, зазоры образуются в результате размещения концов ламелей одного типа между элементами другого типа.

Важно просверлить отверстия под крепеж строго на одном и том же месте на каждой детали.

Рисунок 3. Шаблон для стула и стола.

Для этого применяют шаблон с отверстиями, который прикладывают к каждой ламели, размечая точно все места отверстий. Сборку производят, надевая на шпильку детали поочередно.

Вариантом такой мебели могут быть предметы, изготовленные из двух боковых ламелей, жестко скрепленных между собой шпильками. Между ними в поперечном направлении на саморезы и клей крепят ряд планок или цельные детали сиденья, спинки или столешницы.

Сборную мебель в состоянии изготовить даже человек без навыков столяра. Разработать схемы деталей можно самостоятельно, если хорошо понимать, как соединяются детали такого конструктора. На рис. 3. показаны схемы стула и столика и готовые изделия, детали которых держатся за счет пропилов, куда они и вставлены.

Все фото из статьи

Если вы неплохо владеете навыками обработки дерева, то вам определенно стоит скачать в сети чертежи детских игрушек из фанеры: своими руками и с применением простых инструментов можно изготовить самые разные конструкции. При этом игрушки получатся экологичными, долговечными, а самое главное – они будут нести в себе частичку вашей родительской любви.

Инструменты и материалы

Итак, если вы решили делать игрушки, кукольную мебель или другие поделки из фанеры для детского сада, то начинать следует с подбора инструментов.

Нам будут нужны:

  • или электролобзик для грубой обработки;
  • лобзик (ручной или электрический) для чистового выпиливания;
  • дрель с набором сверл разного диаметра;
  • наждачная бумага;
  • напильники по дереву (несколько штук разной формы).

Кроме того, не лишним будет верстак со специальной подставкой для выпиливания: его наличие, конечно, не является обязательным, но работать с ним не в пример удобнее.

Обратите внимание! Для финишной отделки также могут понадобиться кисти и другие приспособления, но о них мы упомянем в соответствующем разделе.

  • фанера – лучше всего березовая, ровная и прочная, без крупных дефектов, сколов и разделения слоев шпона (т.е. листы первого – второго сорта). Детские игрушки из фанеры своими руками обычно делают с использованием достаточно толстых заготовок, так что приобретаем детали от 5 до 10 мм;

Совет! Ламинированную (меламиновую) фанеру стоит приобретать только в том случае, если вы планируете делать детскую мебель. Цена этого материала выше, чем у стандартных клееных листов, а его прочность и влагостойкость в большинстве случаев будут избыточными.

  • – хорошо подходит ПВА, поскольку он нетоксичен и обладает неплохой адгезией. Можно использовать полиуретановые клеи с хорошей фиксацией;
  • лак для наружной обработки – глянцевый, матовый или полуматовый состав на водной основе. Лучше всего выбирать средства с минимальным содержанием токсинов, поскольку рано или поздно игрушка окажется у ребенка во рту;
  • материалы для декорирования – краски, наклейки и т.д. Здесь выбор напрямую зависит от вашей фантазии.

Подготовка к работе

Что можно сделать

Итак, материалы и инструменты у нас есть, теперь давайте подумаем, какую конструкцию мы будем вырезать и собирать? В принципе, возможности фанеры практически ничем не ограничены, но начинающему мастеру стоит ориентироваться на простые формы, для которых на нашем портале можно найти множество схем и советов по изготовлению.

Краткий обзор приводится в таблице ниже:

Как правило, метрика включает в себя такие детали:

При этом мобиль или подвеска над кроваткой обычно делаются из тонкой фанеры, в то время как для сортеров и пирамидок лучше брать листы от 10 мм.

Обратите внимание! К изготовлению игрушек можно привлекать и их будущих владельцев (при условии соблюдения правил техники безопасности). Конечно, детские работы из фанеры не отличаются совершенством форм, но зато играть с машинкой или самолетиком, изготовленным самостоятельно, ребенок будет куда охотнее.

Построение и перенос чертежа

Когда мы решили, что именно будем делать – переходим к подготовке:

  1. На миллиметровой бумаге строим чертеж всех деталей будущей конструкции.

Обратите внимание! Если мы используем готовую схему, то распечатываем ее на принтере с соблюдением нужного масштаба.

  1. Лист с изображением укладываем на фанеру и переводим рисунок через копировальную бумагу.
  2. В качестве альтернативного метода можно переколоть ключевые точки рисунка с помощью шила, а затем уже на заготовке соединить их прямыми линиями.
  3. Фанеру с нанесенными изображениями раскраиваем таким образом, чтобы из одного фрагмента мы могли вырезать одну деталь. Делается это для того, чтобы нам было удобнее работать в дальнейшем.

Технология изготовления

Выпиливание и сборка деталей

Если вы хотя бы раз брали в руки лобзик, то научиться вырезать поделки для детей из фанеры своими руками сможете практически с гарантией:

  1. Для начала берем фрагмент фанеры с нанесенной разметкой и укладываем на верстак либо на специальную подкладку для выпиливания.
  2. Вырезаем деталь по контуру, оставляя запас материала примерно на 0,5 – 1 мм.
  1. Для проделывания сквозных отверстий с помощью дрели сверлим стартовые пазы.
  2. В стартовый паз вставляем полотно лобзика и выпиливаем ненужный фрагмент.

Совет! При проделывании крепежного отверстия следим, чтобы его величина не превышала размер соответствующего выступа. Лучше сделать меньший паз и подогнать под него деталь с помощью напильника.

  1. Вырезаем по этому алгоритму все нужные нам детали.
  2. Выполняем черновую шлифовку, удаляя заусенцы, отколовшиеся щепки и другие неровности.
  3. Используя наждачную бумагу и напильники, снимаем острые фаски, закругляя края деталей во избежание травмирования ребенка.
  1. Собираем игрушку или другую конструкцию, соединяя детали между собой с помощью выемок и выступов. При необходимости используем клей и другие крепежные элементы.

Совет! Если планируется отделка, то окончательную сборку следует проводить только после покраски. На этом этапе выполняется только предварительная подгонка деталей.

Финишная отделка

Итак, все практически готово, но если мы хотим, чтобы игрушка была яркой и красочной – то приступаем к украшению фанерных заготовок своими руками:

  1. Для начала шлифуем древесину с помощью мелкозернистой наждачной бумаги.
  2. Удаляем древесную пыль и опилки, после чего обезжириваем поверхности с помощью тампона, смоченного в растворителе.
  1. Используя кисть или краскопульт, наносим акриловую краску.

Совет! При покраске в несколько цветов четкую линию перехода можно обеспечить, используя малярный скотч.

  1. Краску наносим в несколько слоев, каждый раз делая паузу для высыхания.
  2. Поверх краски укладываем несколько слоев лака, который не только улучшает внешний вид изделия,но и защищает его от влаги, а значит – делает боле гигиеничным. Это, как вы понимаете, в случае с детскими игрушками предельно важно.

Поделки из фанеры своими руками с помощью лобзика

Как приятно прогуляться по собственному саду, наслаждаясь чарующей природой и потрясающим свежим воздухом. Продумывая дизайн загородного участка, каждый хозяин старается сделать его особенным, добавив колорита и создав позитивное настроение. Садовые фигурки из фанеры способны удачно дополнить растительные композиции и удивительным образом преобразить участок, сделав его симпатичным и уютным уголком, располагающим к приятному отдыху. Сделать такие забавные фигурки из фанеры способен любой желающий. Для создания такого украшения вовсе не обязательно владеть навыками художника, достаточно лишь проявить фантазию и приложить минимум усилий.

Такие фигурки призваны акцентировать определенные места на участке, делая их более нарядными и привлекательными. Благодаря природной натуральности украшения из дерева и фанеры наиболее гармонично вписываются в ландшафтный дизайн.

Вырезанные из фанеры фигурки на садовых участках смотрятся необычайно

Из фанеры можно сделать много интересных функциональных украшений для дачи. Это могут быть:

  • Забавные фигурки;
  • Контейнеры для цветов;
  • Почтовые ящики;
  • Кормушки для птиц;
  • Декоративные заборчики.

Вариантов фигурок из фанеры великое множество, и каждый из них отличается оригинальностью и выразительностью.

Миниатюрные игрушечные домики, фигурки животных, причудливые сказочные скульптуры и мультяшные персонажи сегодня украшают многие загородные участки

Фанера является одним из самых легких и удобных для создания поделок материалом. Она настолько проста в работе, что фигурки из нее получаются довольно быстро, и что главное – интересно.

Фанера представляет собой листы древесного шпона, скрепленные между собой в несколько слоев с помощью клея или синтетического состава. Прочность и толщина материала напрямую зависит от количества этих слоев. Диапазон толщины фанерных листов колеблется от 3 до 30 мм. Материал может иметь абсолютно разную фактуру, что может повлиять на цвет и структуру готовой поделки. К примеру: благодаря красивой структуре и теплым оттенкам очень эстетично смотрится березовая фанера, хвойная же фанера больше подходит для окрашивания.

Для создания садовых украшений отлично походят листы фанеры, материалом для изготовления которых послужили: тополь, ольха, осина, сосна, береза, ель

Главные достоинства фанеры:

  • Экологичность;
  • Прочность и долговечность;
  • Водонепроницаемость;
  • Хорошая гибкость;
  • Сочетаемость с другими материалами;
  • Простота обработки.

Но поскольку фанера является все-таки деревом, которое по своей природе подвержено влиянию окружающей среды, при выборе материала следует учитывать ряд моментов:

  • Влагоустойчивость. Для оформления наружных пространств и украшения приусадебной территории, можно использовать фанерные листы, имеющие маркировку ФКМ и ФСФ. При их изготовлении используются меламиновая и фенольная смолы, обладающие влагоотталкивающим эффектом.
  • Шлифованная обработка. В продаже можно встретить листы, шлифованные с одной стороны (Ш1), обработанные с обеих сторон (Ш2) и нешлифованные вовсе (НШ). Этот момент весьма немаловажен лишь в том случае, когда вы не располагаете временем на дополнительную обработку.

Можно обработать фанеру средством для защиты древесины, об этом читайте подробнее: https://diz-cafe.com/postroiki/zashhita-drevesiny.html

Для создания выразительных и красочных садовых украшений идеально подходят масляные и акриловые краски. Они отлично ложатся на деревянную поверхность, создавая насыщенные цветовые сочетания. Краски обладают устойчивостью к воздействию ультрафиолетовых лучей, сохраняя привлекательность в течение нескольких лет.

При выборе материалов для изготовления украшения важно не только грамотно уделить внимание качественным характеристикам фанеры. Немаловажен и момент выбора красок для оформления, которые сохранят насыщенность цвета в течение нескольких сезонов

Чаще всего дачи украшают плоскими фигурками, вырезанными из влагостойких фанерных листов. Для создания оригинального украшения нам потребуются:

  • Влагостойкая фанера толщиной 2 см;
  • Трафарет;
  • Лобзик;
  • Простой карандаш;
  • Мелкозернистая наждачная бумага;
  • Шуруповерт и саморезы;
  • Акриловые краски, кисточки и лак.

Если вы планируете устанавливать фигуру, не облокачивая ее на любую опору в саду, необходимо предусмотреть также изготовление колышков для ее основания. Их размер зависит от габаритов самой фигуры. Но, в любом случае, расчитывайте на то, что колышки должны углубиться в землю не менее чем на 50 см.

Предлагаем и вам вспомнить позабытый вид творчества – выпиливание лобзиком, сделав необычное украшение для сада своими руками

Фигуркой из фанеры можно украсить любой уголок в саду, подвесив на веревку, зафиксировав к опоре гвоздями и установив на подставки

Трафарет для изготовления фигуры можно сделать и самостоятельно. Для этого необходимо на листе бумаги нарисовать понравившийся рисунок, оформив в виде чертежа или силуэта, а затем просто вырезать его.

Мастер-класс #1 – любопытная улитка

Симпатичная фигурка из фанеры настолько проста в изготовлении, что сделать ее может любой желающий. Маленькие помощники с радостью отзовутся на предложение взрослых поучаствовать в увлекательном процессе.

Обаятельная улитка наверняка понравится не только маленьким непоседам, но взрослым гостям участка, став нарядным украшением для детской площадки и любимым персонажем увлекательных игр

На листе бумаги делаем набросок будущей фигуры, изображение которого в последующем переносим на основу из фанеры

Если вы уверены в своих способностях, можете обойтись и без бумажного шаблона, нарисовав улитку сразу на листе фанеры. Вырезание лобзиком фигуры из соображений безопасности вам придется выполнить самостоятельно. Но вот прорисовывание контуров и разукрашивание улитки можно смело поручить нетерпеливым маленьким помощникам.

С помощью фломастера или выжигателя прорисовываем контуры улитки так, чтобы даже после покрытия краской они оставались яркими и выразительными

Заготовку разрисовываем акриловыми красками, выбирая эффектные контрастные сочетания. Чтобы получить насыщенные цвета, акриловые краски лучше наносить в 2 слоя

Улитка готова. Дайте немного подсохнуть краскам, и можете смело высаживать симпатичного персонажа на любое понравившееся место в саду.

Также будет полезен материал о том, как сделать садовые фигуры для дачи своими руками: https://diz-cafe.com/dekor/sadovye-figury-dlya-dachi-svoimi-rukami.html

Мастер-класс #2 – обаятельный Страшила

Выделив всего пару часов свободного времени на изготовление Страшилы, вы сможете собственноручно сделать забавную фигурку, которая привнесет на участок нотку душевности и тепла.

Вот такой невероятно симпатичный и обаятельный сказочный персонаж Страшила из сказки «Волшебник изумрудного города», может поселиться и на вашем участке

Изготовление фигурки будем выполнять в несколько этапов. Сначала берем лист фанеры, на который с помощью трафарета наносим контур будущего персонажа. Готовый рисунок можно перенести на фанеру, используя обычную кальку.

Если мы делаем фигуру, которая будет опираться на колышки, сразу прикрепляем их. Для этого в корпусе фигуры просверливаем парные отверстия, диаметр которых соответствует размеру колышков.

По намеченному контуру с помощью лобзика вырезаем фигуру. Ее края тщательно отшлифовываем наждачной бумагой, придавая им гладкость

Оформляем фигуру: на заготовке простым карандашом прорисовываем элементы персонажа и раскрашиваем их акриловыми красками

Разрисовав фронтальную часть заготовки, разукрашиваем торцевые грани. Когда краски высохнут, покрываем фигуру лаком.

Для украшения фигуры мы использовали сушеную траву, которой оформили волосы пугала, пуговицу и атласную ленту, из которой выложили воротничок персонажа

Наш симпатичный сказочный персонаж готов. Остается только протянуть сквозь отверстия в шляпе проволоку и закрепить его на ветке дерева или заборе.

Старые и ненужные вещи также можно использовать для украшения сада. Об этом читайте: https://diz-cafe.com/dekor/vtoraya-zhizn-staryx-veshhej.html

Маленький секрет: если в процессе выпиливания лобзиком лист фанеры начинает расслаиваться, необходимо пропитать его раствором, приготовленном из клея ПВА и воды, взятых в соотношении 1:1. Фанеру пропитывают 2 -3 раза, нанося каждый последующий слой после полного высыхания предыдущего.

Поскольку такие поделки получаются довольно легкими, готовые изделия следует надежно фиксировать, частично закапывая в землю, засыпая песком или приклеивая к основанию.

По такому же принципу можно сделать и тематические фанерные конструкции, например: затерявшийся в цветнике миниатюрный сказочный лес с причудливыми деревьями или симпатичную полянку у пруда, заполненную забавными фигурками зверей. Сделанные своими руками фанерные конструкции, украсят ваш участок, сделав его привлекательным и уникальным.

Оцените статью: Поделитесь с друзьями!

Поделки из фанеры своими руками: схемы и шаблоны изделий

Аксессуары из натуральной древесины всегда создают ощущение тепла, естественности и безопасности. Такие изделия можно научиться создавать своими руками. Главное – подготовить все необходимые материалы, инструменты. И, конечно, не обойтись без фантазии, воображения и всепоглощающего желания творить. Оригинальные поделки из фанеры сделают ваш интерьер неординарным, добавят ему выразительности, уюта и красоты.

Особенности материала

Фанера – многослойный материал. Для ее изготовления используют натуральную древесину. Лист фанеры состоит из нескольких слоев шпона, склеенного определенным образом. Толщина плиты зависит от количества слоев – их может быть 3, 5 и более. Обычно это нечетное число. Тонкие древесные пластины собирают в единое целое при помощи специального клея. В зависимости от типа пропитки определяется степень влагостойкости материала. Фанера обладает высокой прочностью за счет того, что каждый слой шпона наклеивается перпендикулярно предыдущему. От направления древесных волокон в лицевых слоях зависит тип фанеры – продольный или поперечный.

Виды фанеры

Фанера может быть изготовлена из пород различной плотности – твердых или мягких. Каждая разновидность получаемого материала отличается по:

  • предназначению – для строительства, промышленного производства, упаковки, изготовления мебели, конструкционная;
  • эксплуатационному сроку;
  • исходному сырью – древесина хвойных (лиственница, ель, сосна, пихта) или лиственных (береза) пород;
  • количеству слоев – 3-х, 5-ти, многослойная;
  • классу водостойкости – маркировка влагостойкой фанеры – ФК, материала с повышенной влагостойкостью – ФСФ;
  • типу обработки – обычная или ламинированная;
  • визуальным качествам – по наличию и количеству дефектов, присутствующих на лицевых слоях;
  • цене.

Как выбрать фанеру

Чтобы правильно подобрать фанеру для поделок, нужно оценить следующие параметры материала:

  • сорт – имеет большое значение для создания привлекательного внешнего вида готового изделия. Желательно, чтобы древесно-стружечный лист имел как можно меньше дефектов. Поэтому для такой работы лучше выбирать фанеру 1 или 2 сорта;

Если в дальнейшем сувенир будет оклеен или окрашен, есть смысл сэкономить и приобрести материал менее дорогих сортов.

  • толщина – ее выбор зависит от того, какое изделие вы планируете изготовить. Для различных фигурок и украшений лучше подойдет тонкая плита с толщиной до 5 мм. Для сооружения мебельных конструкций целесообразно выбирать толстые листы – до 40 мм;
  • влагостойкость – при изготовлении поделок, которые будут находиться под открытым небом – на даче или неостекленном балконе, следует выбирать материал, обладающий повышенной степенью устойчивости к воздействию влаги. Подойдет фанера с маркировкой ФБ или БС – материалы, пропитанные бакелитовым лаком или клеем;
  • экологичность – для создания интерьерных поделок следует использовать безопасную фанеру с маркировкой ФБА или ФК. Первый материал проклеивают альбуминоказеиновым клеем, который является натуральным и экологически чистым. Слои второго соединяют при помощи карбамидного состава, который не содержит фенольных соединений, а потому не наносит вред здоровью.

Необходимые материалы и инструменты для работы

Прежде чем приступать к изготовлению поделки из фанеры, проверьте, все ли необходимые инструменты есть в наличии. Лучше приобрести все чего не хватает заранее, чем отвлекаться в процессе работы. Понадобятся следующие инструменты:

  • ручной или электрический лобзик;
  • электродрель для сверления монтажных и декоративных отверстий;
  • набор сверл, включая насадки для больших отверстий;
  • линейка, карандаш, ножницы, распечатанные трафареты, чертежи;
  • тиски для зажимания деталей;
  • стусло, для запила планок под углом 45 градусов;
  • шлифовальная машина или абразивная бумага с различной зернистостью;
  • рашпили и напильники различной формы – плоские, цилиндрические, трехгранные;
  • шило для выполнения мелких отверстий;
  • выжигательное устройство для нанесения изображений и узоров;
  • крепежная арматура, клей;
  • лак, краска и другие материалы для декорирования изделий.

Различные фигурки для интерьера и ландшафтного дизайна

Фигурки из фанеры оживят любое пространство. Их можно использовать как в доме или квартире, так и во дворе загородного коттеджа, в саду и даже в огороде. Это могут быть плоскостные изображения людей, животных, растений. Замечательно смотрятся коты, залезающие или мирно спящие на заборе, поросенок, спрятавшийся в кустах, филин, уютно устроившийся в тени виноградных лиан. Выделив для фанерных фигур отдельную зону, можно воссоздать у себя на даче уголок дикой природы или парк юрского периода, населив его вполне реалистичными персонажами.

Плоскостными фигурками можно украсить мебельные конструкции, органайзеры, декоративные кашпо для цветов, тележки. Яркие «квартиранты» не дадут вам заскучать, приведут в восторг ваших детей и удивят гостей.

Декоративные полочки

Фанера – отличный материал для создания легких, прочных и удобных полочек любых конфигураций и размеров. Эти конструкции станут отличным местом для хранения самых разных вещей. Они пригодятся в любой комнате вашей квартиры. В гостиной – помогут организовать декор, книги и гаджеты, в кабинете – документы и оргтехнику, в спальне – средства для ухода, косметику и аксессуары, в детской – игрушки ребенка, в кухне – специи и поварские журналы.

Стеллажи могут отличаться по:

  • толщине используемой фанеры;
  • количеству полок;
  • габаритам изделия;
  • наличию боковых стенок;
  • форме – линейные или угловые;
  • расположению – напольные или настенные;
  • способу декорирования – наличию резных элементов, использованию различных техник финишной отделки.

Объемные фигурки

Возможности фанеры в деле украшения интерьеров просто безграничны. И это доказывает множество скульптур, изготовленных из этого материала. Это настоящие 3D модели различных животных, птиц и даже человека. Конструкция состоит из множества мелких деталей. Объединяясь в единое целое, они образуют самые разные формы. Данная техника позволяет создавать разнообразные модели устройств – автомобилей, кораблей или самолетов, практичные и полезные аксессуары, мебель. В продаже представлен широкий выбор наборов с готовыми деталями. Такие комплекты различаются по степени сложности – есть простые варианты для детей и хитроумные конструкции для взрослых. При желании можно своими руками создать оригинальное и неповторимое изделие, которое будет только у вас.

Поделки для кухни

Кухня – это то самое место, где поделки из фанеры всегда будут кстати. Это могут быть различные емкости для хранения – резные органайзеры для столовых приборов, подставки для салфеток, наборов для специй. Интересно смотрятся персонники и подносы с ажурными краями. Весьма популярны вазы для фруктов и хлеба, светильники, корзиночки для пасхальных яиц, собранные из фанерных деталей в единую структуру.

С помощью фанерных изделий можно декорировать кухонное пространство. Здесь пригодятся часы, магниты на холодильник, разнообразные панно и фигуры.

Не менее востребована на кухне мебель из фанеры. Из этого материала можно изготовить полки, ящики и даже кухонные фасады.

Ажурная шкатулка

Ажурная шкатулка из фанеры – весьма популярное изделие для хранения самых разных мелочей. Изысканные «кружевные» коробочки – сочетание функциональности и декоративности. Они пригодятся для хранения украшений, заколок, документов, косметики, записок и ключей. Возможность самостоятельно подобрать узор позволяет идеально вписать этот предмет в любой дизайн. Резные шкатулки из фанеры выигрышно смотрятся не только в экологических, этнических, романтических, деревенских стилях, но и в благородной классике, а также в современных интерьерах. Все зависит от формы изделия, выбранного узора резьбы и материалов для декорирования.

Для того, чтобы изготовить ажурную шкатулку, необходимо выбрать дизайн и подготовить подробный чертеж деталей будущего изделия. Далее формируем лист раскроя и переносим контуры элементов на фанерный лист. При наличии лобзика вырезать части шкатулки не составит труда.

Можно заказать раскрой в специальной фирме, которая предоставляет услугу резки фанеры, ДВП или ДСП. Правда, такой сервис может оказаться накладным, так как мелкая работа оценивается дороже.

Все вырезанные детали зачищаем при помощи шкурки. Торцы заготовок обрабатываем особенно тщательно. После этого переносим на фанеру узор с помощью трафарета. Сверлим сквозное стартовое отверстие с помощью электродрели. Вставляем в него полотно, зажатое в лобзике, и приступаем к выпиливанию. Места спилов шлифуем наждачкой и рашпилями, избавляя их от шероховатостей и заноз. Тонкие углы узора можно зачистить с помощью тонкой полосы наждачной бумаги, установленной в лобзик вместо полотна. Это упрощает процесс, позволяет сделать края гладкими и аккуратными.

После обработки деталей приступаем к сборке шкатулки. Склеиваем стенки изделия и укрепляем конструкцию с помощью мебельного степлера или гвоздей. К изготовленному каркасу крепим дно шкатулки. Крышку и заднюю стенку изделия оснащаем металлическими петлями. Навешиваем на них крышку. Можно снабдить ажурный «сейф» миниатюрным замочком.

Декоративная финишная отделка

Прежде чем декорировать шкатулку, необходимо повторно обработать все ее детали и стыки наждачной бумагой, зашпаклевать неровности в местах крепежей и загрунтовать поверхность. Можно обработать дерево морилкой, которая проявит структуру дерева и придаст изделию нужный оттенок. Далее следует несколько слоев лака.

При желании наносим на поверхность шкатулки любое изображение или надпись с помощью выжигателя или техники декупаж. Можно декорировать изделие, используя приемы «сухая кисть», патинирование или добавив в краску кракелюр, который растрескивается при высыхании.

Пошаговая инструкция изготовления новогодней елочки

Если вам надоели обычные елки из ПВХ, сделайте новогоднюю «красавицу» из фанеры, сконструировав и оформив ее по своему вкусу. В сети можно встретить самые разные идеи подобных поделок. Выберите один из существующих вариантов или создайте свою оригинальную конструкцию.

Елочка бывает плоская или объемная. Она может выглядеть вполне реалистично или только отдаленно напоминать всеми любимое новогоднее дерево. Может умещаться на ладони или доставать верхушкой до потолка. Выбор размера, дизайна и конструкции за вами.

Представляем способ изготовления одного из популярных вариантов новогодней елки.

  1. Изготавливаем выкройку. Рисунок может быть простым или затейливым, витиеватым. Чем меньше резных элементов, тем проще будет выпилить детали из фанеры. Если ваш навык владения лобзиком позволяет, выбирайте шаблоны с ажурными узорами. Такая елка будет смотреться сказочно и по-настоящему празднично.
  2. Вырезаем 6 одинаковых деталей. Такое количество элементов позволит сделать объемную, «пышную» елочку.
  3. Шлифуем края и вырезы фрагментов, добиваясь максимальной гладкости.
  4. Окрашиваем отдельные элементы и оставляем на просушку.
  5. Собираем конструкцию с помощью саморезов и монтажных уголков. Крепление следует делать в двух местах, чтобы нагрузка распределялась равномерно.
  6. Декорируем елочку – рисуем на ней шарики, бусы, снежинки, можно закрепить настоящие гирлянды и елочные украшения.

Такая елочка будет радовать вас долгие годы, ведь после окончания праздника ее можно очень быстро разобрать и убрать на хранение.

Художественное оформление, декор и уход за изделием из фанеры

Готовое изделие из фанеры можно декорировать самыми разными способами. Даже если ограничиться нанесением лака, такая вещь уже будет выглядеть весьма эффектно. Если для вас это слишком скучно, выбирайте понравившуюся технику. Здесь уместны любые методики от патинирования и пирографии до художественной росписи.

Выжигание

В числе техник, применяемых для художественной обработки дерева, нельзя не вспомнить о выжигании. Это один из традиционных видов русского рукотворного мастерства. Искусство рисования на дереве горячими металлическими стержнями развивалось наряду с точением, резьбой, инкрустацией, мозаикой и росписью. Оно могло существовать как самостоятельный вид оформления или вплетаться в другие техники, дополняя их и делая декор более выразительным.

Древние мастера выжигали узоры с помощью раскаленных железных прутиков или рельефных клейм. Сегодня самый распространенный способ получения выжженного изображения – использование специального электрического прибора, оснащенного тонкой металлической проволокой или паяльника с набором различных насадок.

Стоит также упомянуть о технике пиротипии – горячем печатании, выжигании в песке, в огне, с помощью увеличительного стекла на солнце, посредством кислот, трения на токарной установке.

Выжигание – отличный способ декорирования мебели, аксессуаров, сувениров и других фанерных изделий.

Раскрашивание красками и покрытие лаком

Если вас не устраивает монохромность предыдущего метода, вооружитесь красками. Любое изделие из фанеры можно сделать ярким и живописным с помощью окрашивания, росписи. Разделочная доска, скворечник, детский домик – любой из этих предметов сочные краски сделают эффектным и колоритным. Если для окрашивания никаких особых умений не нужно – окунул кисть или валик в краску и вперед, то роспись требует хотя бы минимальных художественных способностей. Выбор техники зависит от таланта художника, от его уровня владения своим мастерством.

Три варианта росписи:

  1. Трафаретная – наиболее простой метод, подвластен людям, далеким от изобразительного искусства, но обладающим чувством вкуса. Все что нужно сделать на подготовительном этапе – подобрать интересный узор или изображение, распечатать его на бумаге и вырезать. После этого накладываем шаблон на изделие и с помощью поролонового спонжа или кисти переносим узор на поверхность. Можно обвести контур простым карандашом, а после раскрасить.
  2. Точечная технология создания рисунка – соединение множества точек, перенесенных на декорируемую поверхность. Эта техника также доступна тем, кто не владеет художественными навыками.
  3. Рисование по эскизу – метод подойдет как профессиональным художникам, которые могут изобразить элементы известных картин, так и тем, кто не владеет искусством рисования, но может придумать с помощью эскизов свой оригинальный узор. Такая роспись может содержать геометрические фигуры, цветы, листики, завитки. Примером подобной росписи может выступать продукция народных промыслов – хохлома, городец, гжель.

Готовое изображение следует основательно просушить и покрыть лаком. Финишный слой защитит краски от влаги и механических повреждений. Изделия, расписанные вручную, сделают ваш интерьер неповторимым.

Чтобы сохранить изделия в первозданном виде, необходимо беречь их от длительного воздействия влаги и перепада температур. Их нужно размещать подальше от отопительных приборов, а после мытья следует сразу же вытирать сухой тряпкой.

Заключение

Поделки из фанеры – прекрасный способ сделать подарок себе и своим близким, реализовать свои творческие способности и разнообразить досуг.

Простые поделки из фанеры своими руками

Основные правила выпиливания лобзиком

  • Укладка под лист жесткой подложки. Именно для того, чтобы обеспечить твердость поверхности под фанерой, и используется подставка. Лист, даже небольшой, достаточно легко (под нажимом) изгибается, потому без данного приспособления качественного реза, строго по линии, не получится.
  • Рабочий орган лобзика (пилка) должен находиться строго перпендикулярно торцу листа. Причем постоянно, на протяжении всего процесса раскроя материала.
  • Инструмент подается вдоль линии поступательным движением, но без усилий. Иначе пилка сразу же сломается. Равно как и при ее отклонении от «вертикали».
  • Выпиливание отверстий «глухих», то есть где-то по листу фанеры, с отступом от его края, производится следующим образом. В любой точки очерченного контура высверливается «лунка» с небольшим смещением к центру фрагмента. Диаметр выбирается такой, чтобы в него легко вошла пилка. После ее крепления на раме инструмента можно вести рез в любом удобном направлении.
  • Фигурный выпил в фанере предполагает резкие повороты, плавные изгибы и так далее. Сначала в точке изменения направления лобзиком, не меняя его положения, необходимо проделать небольшое отверстие в материале. Для этого пилкой нужно продолжать рез, строго выдерживая ориентацию инструмента, и одновременно поворачивать кусок фанеры. Как только плоскость режущей части совпадет с требуемым направлением дальнейшего раскроя, его можно вести уже по намеченной линии.

Освоив изготовление достаточно простых поделок из фанеры, можно взяться и за более сложные варианты. Как пример – самостоятельная сборка мебели (стеллажи, этажерки, оригинальные подвесные полочки). При умелом подходе к делу из фанеры получаются отличные столешницы, разделочные доски, наличники на окна и так далее.

Из фанеры также получаются великолепные рамы для картин, фотографий. Тем, кто имеет участок, можно будет заняться художественным оформлением надворных построек; той же беседки, домика над колодцем или чего-то другого. Вариантов множество. Главное – хотеть учиться.

В процессе подготовки к выпиливанию лобзиком не нужно забывать, что все чертежи и рисунки – не более чем основа для разработки своего проекта. Немного фантазии, времени, старания, и из фанеры можно изготовить действительно настоящий шедевр.

Электролобзик для выпиливания по фанере с виду — очень простой инструмент и произвести при помощи него ровный распил сможет практически каждый новичок. Однако если говорить о красивых фигурных узорах, то здесь необходимо не только обладать определенными навыками, но и правильно подбирать пилки.

Основные нюансы

Осуществляя выпиливание электролобзиком из фанеры своими руками, вы должны знать следующее:

  1. Главное условие для получения ровного реза заключается в правильном выборе пилки для инструмента. Для того чтобы на лицевой стороне распил был без задиров, необходимо воспользоваться тонкой пилкой, зубья которой направлены вниз.
  2. Обрабатываемая деталь нуждается в прочном закреплении, в противном случае ровного реза не получится

Электролобзик.

  1. Несколько слов о пилках. Для электролобзиков выпускается большое количество пил, которые отличаются друг от друга, как толщиной, так и особенностями конструкции.
    В зависимости от этого различают:
    • Пильный или боковой развод. Зубья загибаются вправо и влево по очереди, как у ручных пил. Таким способом изготавливаются пилки с относительно крупными зубьями. Их используют для быстрой прямой резки. Пропил получается с грубыми краями, потому его следует обработать наждачной бумагой.
    • Полотно с поднутрением. В данном случае зубья вовсе не имеют развода. Такие пилки позволяют делать очень тонкие и чистые пропилы. Естественно, скорость работы при этом падает. Если у такой пилки имеется небольшой развод, то работа будет идти несколько быстрее. Однако в данном случае основной упор делается не на скорость, а на качество пропила.
    • Волнообразный развод. Для того, чтобы очень маленькие и узкие пилки могли выполнять более широкие пропилы, режущая кромка полотна делается волнообразной. По большей части такие пилки используются при работе с металлом, однако часто применяются и при работе с фанерой для получения узкого и чистого пропила за довольно короткое время.

Виды пилок.

Как и обычный ручной лобзик, данный электроинструмент позволяет вырезать на материале различные фигурные узоры. Чаще всего эскизы берутся мастерами из журналов. (см. также статью Кресло-качалка из фанеры своими руками: чертежи в помощь)

Для того, чтобы перенести рисунок на фанеру нужно проделать следующее:

  1. Переводим узор на плотную бумагу.
  2. Используя острый канцелярский нож или скальпель, вырезаем трафарет.
  3. Прикладываем трафарет к поверхности материала, обводя его простым карандашом.
  4. Теперь можно приступать к вырезанию узора.

Нанесение рисунка на материал через трафарет.

В отличие от осуществления прямого пропила, выпиливание из фанеры электролобзиком имеет свои особенности.

Данная инструкция поможет вам разобраться во всех тонкостях осуществления работ:

  1. Для врезания по кривой следует использовать пилку с узким полотном.
  2. Для вырезания круга в фанере необходимо воспользоваться специальной насадкой — кругорезом. Кругорез фиксируется в центре окружности, после чего можно приступать к работе.

Кругорез.

  1. Если вам необходимо выбрать пазы в деревянной заготовке, то вместо пилки можно использовать рашпиль. Его также применяют для зачистки неровного пропила.
  2. Для того, чтобы осуществить идеально точный и ровный рез, следует воспользоваться параллельным упором. Его нужно крепить к лобзику при помощи винтов.
    На «лыже» может быть установлена специальная направляющая линейка, благодаря которой распил идет параллельно прямой кромке. Перед началом работы вы должны убедиться, что линейка является прочно закрепленной и выровненной относительно полотна. В противном случае движение пилки будет неправильным, и она может сломаться, либо «обжечь» обрабатываемый материал.

Использование параллельного упора.

  1. Если вам нужно произвести прямой длинный рез, то можно использовать вспомогательную направляющую. При этом лобзик будет перемещаться вдоль прочно закрепленной планки.
  2. При помощи данного инструмента можно осуществлять пропилы под наклоном до 45 градусов. Угол наклона выставляется по шкале.

Осуществление наклонного реза.

  1. Выпиливание отверстия. Очень часто, вырезая орнаменты, мастеру необходимо проделать отверстие в фанере.
    Для этого существует два варианта:
    • Первый вариант является наиболее простым. Вам необходимо просверлить отверстие дрелью, после чего вы вводите в него пилку и продолжаете выпиливать необходимый рисунок.
    • Второй вариант предусматривает использование технологии врезного или плунжерного пиления. Просверливать стартовое отверстие при этом не следует. Для этого необходимо поставить инструмент на передний край «лыжи», не касаясь при этом заготовки полотном.

    Далее следует включить двигатель и постепенно опускать вилку, плавно вводя пилу в материал, пока пила не примет вертикальное положение, а «лыжа» не соприкоснется с заготовкой.

  1. В том случае, если вам необходимо обрезать доску большой толщины и длины пилки для этого не хватает — необходимо воспользоваться пилкой с заостренным концом. Сначала пропиливаем ей заготовку с одной стороны, затем поворачиваем её и пропиливаем с другой.
  2. Для выпиливания фигурной детали вы можете закрепить инструмент снизу рабочего стола. В случае равномерной и плавной подачи заготовки вы сможете получить рез с чистыми, ровными краями.

На фото — инструмент, закрепленный снизу рабочего стола.

Электрический лобзик применяется домашними мастерами для создания красивых изделий из фанеры и дерева. Используются такие поделки в самых разных целях. Они могут носить декоративный характер или служить в качестве предметов быта. Каждому домашнему мастеру, который интересуется этим занятием, следует знать особенности работы с инструментом.

Как использовать «чудо-лобзик», и что с его помощью можно вырезать, следует узнать подробнее.

Лобзик представляет собой универсальный прибор, который используется для резки фигурных изделий из различных материалов. Все что, потребуется – правильно выбрать полотно. Важно разобраться, и как вырезать фигуры сложных форм. Многим начинающим мастерам требуется разобраться, как изготавливаются скосы у досок и различные составные элементы поделок.

Полотна, которые будут вставляться в лобзик, довольно часто гнутся и оставляют скошенные края. Прямой рез обычно получается при использовании хорошо заточенного лезвия. При этом не следует слишком давить на инструмент во время работы.

Сначала следует запустить пилу на самой большой скорости, а затем выбрать угол наклона лезвия. Это позволит получить меньшее количество сколов. В материалах, обладающих повышенной хрупкостью, необходимо сверлить отверстия. Это позволит без лишнего риска отпилить заготовку. В результате не образуется сколов детали.

Чтобы резка выполнялась быстро, следует использовать грубые лезвия. Однако следует учитывать, что при выборе таких расходных элементов впоследствии их будет тяжелее зашкуривать. Лезвия для электрических лобзиков изготавливаются таким образом, чтобы рез выполнялся при ходе полотна вверх.

Выбор лезвия для электрического лобзика является основным моментом при резке дерева и фанеры. Нередко лобзик лежит без дела в хозяйстве домашнего мастера. Однако когда необходимо выполнить сложный узор, этот инструмент необходим как никогда.

Довольно часто электрический лобзик используется в качестве инструмента для вырезания отверстия в столешнице или при монтаже кухонной мойки. Применяется такой инструмент и для резки металла. При использовании других пил часто не получается выполнить поставленные задачи. Лобзик представляет собой универсальный прибор.

Выпиливание лобзиком из фанеры: чертежи и трафареты

Основные нюансы

Поделки из этого материала выполняются для различных целей, но в основном их можно разделить на две группы – для украшения помещений или территории (например, ограждения с внутренней стороны, садового участка и так далее).

Если ориентироваться на оптимальное сочетание таких показателей, как качество и цена, то выбирается продукция ФСФ или ФК. Она характеризуется устойчивостью к сырости и температурным скачкам. Одного этого вполне достаточно, чтобы долговечность изготовленной своими руками поделки была обеспечена. Но между этими разновидностями фанеры есть принципиальное отличие – в компонентном составе клея, которым скрепляются слои шпона.

В первом случае он токсичен, поэтому листы ФСФ применяются лишь при наружных работах. А вот для поделок, предназначенных для помещения в доме, вполне подходит фанера ФК. Ее аналоги стоят гораздо дороже, потому и не рассматриваются как материал для простых, легких в исполнении поделок.

Вид шлифовки листов

Разобраться несложно: Ш1 и Ш2 – соответственно, одно- и двухсторонняя; НШ – фанера грубой обработки. То есть поделку еще придется «доводить до ума», шлифовать. Выбор по этому параметру зависит от того, как ее планируется в дальнейшем оформить и поместить. Образец, закрепляемый на стене и, к примеру, статуэтка (подставка, вазочка, игрушка или иное), которая просматривается со всех сторон – вещи разные.

Текстура фанеры

Здесь многое зависит от личных предпочтений. Если планируется при нанесении защитного покрытия поделки сохранить естественный вид дерева, то под лак лучше приобрести фанеру из шпона березового. А вот для последующей окраски желательно выбирать сосновый.

Для различных поделок из фанеры желательно ориентироваться на использование красок на масляной или акриловой основе. Объяснение простое – они менее подвержены выгоранию на солнце, потому и не придется часто обновлять внешнее покрытие; оно не изменит первоначальный вид в течение нескольких лет.

Сортность фанеры

Выбирая лист для поделок, его нужно прежде всего осмотреть на предмет сучковатости и вкраплений. Значительные дефекты не только осложнят раскрой материала, но и инициируют появление трещин или «ям» (как результат выпадения тех же сучков). Далее – осмотр торцевых поверхностей. В процессе реза фанера подвергается динамическим нагрузкам (вибрации). Если на боковых частях заметны хотя бы признаки отслоения шпона, такой материал приобретать не стоит, даже если его цена слишком уж соблазнительна.

В дальнейшем, в процессе изготовления поделки, возникнет множество проблем. Как результат – отбраковка фанеры и ее повышенный расход. В суммарном выражении это по деньгам выйдет примерно одинаково по сравнению с приобретением материала высокосортного, а по затраченному времени и качеству работы – большой минус.

Толщина листов

Если поделки вырезаются эл/инструментом, то она ограничивается 30 мм. Для лобзика ручного целесообразно использовать относительно тонкую фанеру; максимум трехслойную. То есть не более 9 мм толщиной.

Лобзик – инструмент, предназначенный для выпиливания из фанеры различных контуров, в том числе криволинейных. Он оснащен лезвием с мелкими зубцами, способными сделать срез фанеры ровным без образования значительных заусениц.

Ручной инструмент

Родоначальник этого типа инструмента – ручной лобзик. Он представляет собой металлическую дугу в форме буквы «U», между концами которой натянуто пилящее лезвие, прикрепленное к зажимам. Они надежно удерживают пилку при работе и позволяют регулировать ее натяжение. С одной стороны рамки находится рукоятка.

Зажимы на инструменте могут вращаться, создавая разные плоскости для пиления, тем самым предоставляют возможность для резьбы по дереву разной сложности.

Лобзиковый станок своими руками — чертежи и видео подробности

В этой статье мы расскажем как сделать лобзиковый станок самостоятельно. Для тех же, кто не хочет заморачиваться и готов купить заводской инструмент, будет полезна статья-обзор Виктора Тагаева — 11 популярных лобзиковых станков

Таким способом можно буквально вырезать кружева из тонких деревянных или пластиковых заготовок. Однако процесс трудоемкий и медленный. Поэтому многие мастера задумывались о малой механизации.

Еще в журнале «Юный техник» предлагались чертежи, как сделать лобзиковый станок своими руками. Причем конструкция не предполагает электропривода, привод работает от мускульной силы, как у точильщиков ножей.

Станок состоит из основных частей:

  • станина (А)
  • рабочий стол (Б) с прорезью для полотна
  • система рычагов (В) для удержания пильного полотна
  • маховик (Г), который является первичным шкивом привода
  • кривошипно-шатунный механизм (Д), совмещенный с вторичным шкивом привода, и приводящий в движение рычаги (В)
  • педальный узел (Е) с кривошипно-шатунным механизмом, приводящий в движение маховик (Г)
  • натяжитель пильного полотна (Ж)

Ступней ноги мастер приводит в движение маховик (Г). С помощью ременной передачи вращается кривошипно-шатунный механизм (Д), соединенный с нижним рычагом (В). Между рычагами натянута пилка, степень натяжения регулируется талрепом (Ж).

При хорошо сбалансированном маховике, обеспечивается достаточная плавность хода пильного полотна, и подобный самодельный лобзиковый станок позволяет массово выпиливать однотипные заготовки, экономя время и усилия. В те времена пилки для лобзикового станка выпускались в виде плоской ленты однонаправленного действия.

Поэтому для получения узоров сложной формы приходилось вращать заготовку вокруг полотна. Размеры заготовки ограничены длиной рычагов (В).

Ножной привод не может дать настоящей свободы действий и равномерности хода пилки. Разумнее приспособить для кривошипно-шатунного механизма электродвигатель. Однако, если вы используете настольный лобзиковый станок время от времени, нет смысла изготавливать стационарную конструкцию с собственным мотором.

Можно воспользоваться домашним электроинструментом. Например – шуруповертом с регулятором скорости вращения.Используются материалы, буквально из деревянных обрезков и старого хлама. Единственная ответственная деталь – станина. Ее лучше изготовить из прочной фанеры толщиной не менее 18 мм.

Все соединения делаем на шурупах по дереву, места стыков можно промазать клеем ПВА. Из того же материала собираем опорный постамент для штанги рычагов. Конструкция опоры не должна иметь люфтов, от ее прочности зависит последующая точность работы всего станка.

На концах рычагов делаем продольные пропилы, в которые устанавливаем крепления пилки для лобзиковых станков. Само крепление представляет собой металлическую пластину толщиной 2-3 мм с отверстиями. Верхнее отверстие для закрепления в рычаге, нижнее служит для зажима пильного полотна. Для удобства используем барашковые гайки.

В нижнем рычаге аналогичная конструкция в зеркальном исполнении.

Устанавливаем рычажную систему в станину. Задние части рычагов соединяем винтовой стяжкой (талрепом). С ее помощью регулируется натяжение пильного полотна.

Для удобства можно установить поддерживающую пружину. Кроме основной функции, она послужит буфером, смягчающим рывки при возвратно-поступательном движении механизма.

Кривошипно-шатунный механизм изготавливается из фанеры толщиной 10-12 мм. Для закрепления оси вращения используем закладные подшипники, которые усаживаются в подготовленные отверстия в стойках.

Популярное: Пневматический домкрат – как устроен и в чем преимущество?

Стойки соединяются между собой, образуя прочную опору для маховика. В качестве оси используется обычный болт или шпилька. Класс прочности не меньше 8.

Соединяем маховик с нижним рычагом с помощью шатуна. Он изготавливается из такой же фанеры. Для увеличения длины посадочного места под ось, склеиваем две половинки. Тяги для соединения с рычагом – металлические.

Проверяем ход трапеции – рычаги должны двигаться свободно, натяжение полотна не меняется. Оси вращения можно смазать консистентной смазкой. После совмещения всех осевых соединений, производим окончательное закрепление конструкции.

Следующий этап – изготовление рабочего стола с поворотным механизмом. Поворотная дуга с прорезью выпиливается из фанеры.

Устанавливаем стол на станину, для затяжки поворотного механизма используем барашковую гайку или же изготавливаем удобный маховик из дерева. Поворот столешницы позволит производить распилы пол различными углами.

В качестве привода используется электрический шуруповерт. Патрон соединяется с осью маховика, и мы получаем съемный электромотор. Вы пользуетесь электроприбором как обычно, а когда нужно запустить самодельный лобзиковый станок – подсоединяете шуруповерт к оси маховика.

В качестве регулятора оборотов используем хомут с изменяемым усилием.

Это простое приспособление изготавливается из винтовой затяжки (от настольной лампы или струбцины) и прочного ремешка.

Чертежи для изготовления не требуются, все элементы конструкции делаются «по месту». Работать со станком удобно, несмотря на простоту конструкции.

Можно сделать станок и по этому чертежу, сути это не меняет. Все проверено — работать будет.

Очень поучительное видео английского мастера самоделкина. Подробный рассказ с показом чертежей и демонстрацией изготовления лобзикового станка из фанеры, а в качестве двигателя был применен шуруповерт, так же можно приспособить дрель.

Если вы профессионально занимаетесь выпиливанием – можно изготовить более сложную и надежную конструкцию. Для заготовок подбираем прочные и твердые материалы, чтобы уменьшить паразитные вибрации при работе.

    1. Станина вырезается из тяжелой ДСП плиты (можно использовать старую мебель), стойка под рычажную конструкцию из текстолита или оргалита. Сами рычаги изготавливаются из квадратной стальной трубы. Заготовки не обязательно покупать, их можно найти у себя в гараже (сарае) или на пунктах приема вторсырья
    1. Крепежные элементы для полотна можно изготовить самостоятельно или подобрать от старого лобзика (ножовки по металлу). Применяются обычные пилки для лобзикового станка по дереву. Закрепить зажимы можно винтами, или при помощи олова и паяльника
    1. Не имеет значения, от какого устройства вы возьмете привод. Главное – исправный электродвигатель и работоспособный редуктор. Мощность вам не потребуется, крутящий момент обеспечат передаточные отношения шестерен

Конструкция собирается из штатных элементов редуктора. При необходимости крепление шатуна можно усилить дополнительной вставкой из металла. Все стойки и крепежные элементы выполняются из металла. Так и вибраций меньше, и износа не будет.

    1. Материал столешницы не имеет значения, главное жесткость и гладкость. Необходимо предусмотреть поворот вокруг продольной оси. Поэтому рабочая прорезь должна быть длинной
    1. Чтобы во время работы ваши руки были свободны, электропривод лучше запускать с помощью ножной кнопки или педали. Вы можете воспользоваться старым приспособлением от швейной машинки или изготовить кнопку самостоятельно
    1. Для того чтобы сделать лобзиковый станок более точным, необходимо устранить люфт полотна в точке распила. Для этого устанавливается роликовая направляющая

Ее можно изготовить своими руками опять же из подручных материалов.

Рычаг, поддерживающий направляющую, делается подвижным, чтобы можно было использовать приспособление только при необходимости.

  1. Натяжение полотна в данной конструкции осуществляется пружиной. Нижний рычаг обеспечивает возвратно-поступательное движение, а верхний нужен лишь для поддержания пильного полотна

Итог: изготовить электролобзик самостоятельно можно без больших финансовых затрат. Главное определиться с задачами, и выбрать оптимальную конструкцию.

Причем электролобзик стал одним из первых в этом ряду. На сегодня он – один из самых востребованных инструментов в домашней (да и не только) мастерской. И в первую очередь, речь идет о ручном инструменте.

Но мы рассматриваем в этой статье лобзиковые станки, а это уже практически стационарные устройства, имеющие зачастую свое определенное место в мастерской, ибо для комфортной работы требуют основания с заданными параметрами: высотой, чтобы рука, положенная на рабочий стол, имела изгиб в локте под 90º и устойчивостью, чтобы гасила вибрации самого станка.

Лобзиковые станки в первую очередь предназначены для выпиливания деталей или элементов сложной конфигурации в листовом материале: дереве, фанере, МДФ, ДВП, ДСП, пластике, алюминии. Также c их помощью производят выпиливание внутренних контуров изделий с предварительным просверливанием выпиливаемого материала.

Такой инструмент, в отличие от ручного или электрического лобзиков, оставляет работающему на нем свободными обе руки, что значительно облегчает работу и позволяет выполнить ее с наибольшей точностью. Большинство лобзиковых станков, при условии правильного подбора и установки пилочек, позволяют производить выпиливание даже в довольно толстых заготовках, со строгим соблюдением угла в 90º по отношению к плоскости заготовки.

Кроме домашнего использования, они широко применяются на мебельных производствах и предприятиях по изготовлению музыкальных инструментов. Правда, довольно часто их заменяют лазерными станками, но обожженные края, оставляемые последними, не делают их использование повсеместным.

Она включает в себя:

  • станину (или корпус), на которой крепятся все узлы и механизмы;
  • привод, чаще от электродвигателя клиновым ремнем на кривошип;
  • кривошипно-шатунный механизм, преобразующий вращательное движение вала электродвигателя в возвратно-поступательное движение пилки;
  • сдвоенное коромысло с натяжным устройством и креплениями для пилки;
  • рабочий стол, иногда с механизмом поворота в горизонтальной плоскости на заданный угол.

Что понадобится для работы

Основные нюансы

Лобзик

Это априори, раз речь идет об изготовлении поделок с помощью такого инструмента. Вопрос в другом – каким именно лучше работать. Электрические модели стоят намного дороже ручных аналогов, но имеют массу преимуществ. Про выбор электролобзика мы уже рассказывали.

ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ, но это балисонг ИЗ ГВОЗДЯ — нож бабочка своими руками

Например, высокая скорость и точность раскроя, чистота кромок, возможность изменения параметров реза и ряд других. Если поделка из фанеры – не разовое, кратковременное увлечение, то на эл/лобзик деньги потратить стоит. Он универсален, и в хозяйстве не раз пригодится, так как в зависимости от вида пилки может «работать» не только с деревом, но и с цветными металлами, пластиками, оргстеклом.

Несколько сложнее с лобзиком ручным. Его конструкция достаточно проста – рама с винтовыми зажимами и ручкой пилка.

Нюанс в том, что режущие полотна довольно легко ломаются (от чрезмерного нажима, изменения положения ручного инструмента), а потому и приобрести их желательно с запасом; благо, стоят они дешево.

Ножовка

Она нужна лишь на одном этапе – при раскрое габаритного листа на отдельные фрагменты. Делать это ручным лобзиком – занятие малоперспективное и убыточное; времени и пилок потрачено будет много.

Подставка

Вести раскрой фанеры на весу никто не станет; это понятно. Вырезать детали, уложив лист на столешнице – риск ее повредить. Именно для того, чтобы обеспечить «безопасность» последней, подставка и нужна. Своими руками ее можно сделать из обрезка доски. Как выглядит такое приспособление (один из вариантов), видно на рисунке.

Фиксация подставки на основе производится струбцинами (на нерабочем столе) или саморезами (в случае, если в пристройке, сарае, гараже есть столярный верстак). Хотя это и не единственные варианты крепления. Как поступить, понять несложно, сообразуясь с местными условиями.

Шкурка

Идеальный инструмент для тонкой обработки дерева – шлифовальная машинка. Но для поделок из фанеры, не отличающихся большими площадями, она не подходит. Поэтому только наждачная бумага; среднефракционная – для первичной шлифовки заготовок и с мелким зерном – для финишной.

Дополнительно

  • Напильники и надфили.
  • Шило.
  • Простой карандаш и копирка.
  • Клей, если поделка создается составная или многоуровневая, то есть с фиксацией двух или более фигурных фрагментов на отдельных участках.
  • Лаки, краски, морилки.

Копировать «один в один» в данном случае вряд ли целесообразно. Любая работа, выполняемая своими руками – это процесс с творческой составляющей. Именно поэтому размеры стоит определять самостоятельно, в зависимости от того, где предполагается разместить (или как использовать) поделку. Например, будет ли она «смотреться» в конкретном месте, органично ли впишется в интерьер помещения.

Даже если чертеж и понравился, то изменить геометрию фигурки несложно, применяя правила масштабирования. Тем более, когда речь идет о вычерчивании контура на фанере простым карандашом; любую ошибку исправить, на отдельных участках что-либо подкорректировать достаточно легко. Не намного сложнее и видоизменить какой-либо эскиз, привнеся в образец что-то свое, оригинальное.

Чертежи из фанеры для художественного выпиливания лобзиком. Как сделать своими руками художественную вазу из клееной фанеры Ваза из фанеры своими руками чертежи

  1. Ручной инструмент
  2. Электролобзик
  3. Подготовка трафарета
  4. Технология процесса пиления
  5. Дефекты в работе

Резьба по дереву лобзиком стремительно набирает популярность: многие желают приобрести интересный предмет декора для украшения дома, мебели и даже одежды! Резные предметы из фанеры различной толщины органично вписываются в любой стиль интерьера, часто люди приобретают фоторамки для фотографии с орнаментом, выпиленные слова и буквы или заказывают замысловатые полочки и другие интересные изделия. Мало кто знает, что художественное выпиливание лобзиком из фанеры – дело, доступное любому человеку, даже неподготовленному и неопытному . Необходимо только понять, как работать с инструментом.

Что такое лобзик: общее описание

Лобзик – инструмент, предназначенный для выпиливания из фанеры различных контуров, в том числе криволинейных. Он оснащен лезвием с мелкими зубцами, способными сделать срез фанеры ровным без образования значительных заусениц.

Ручной инструмент

Родоначальник этого типа инструмента – ручной лобзик. Он представляет собой металлическую дугу в форме буквы «U», между концами которой натянуто пилящее лезвие, прикрепленное к зажимам. Они надежно удерживают пилку при работе и позволяют регулировать ее натяжение. С одной стороны рамки находится рукоятка.

Зажимы на инструменте могут вращаться, создавая разные плоскости для пиления, тем самым предоставляют возможность для резьбы по дереву разной сложности.

При выпиливании из фанеры ручным лобзиком надо быть аккуратным: его конструкция довольно хрупкая, при интенсивной работе лезвие часто рвется от усилия и нагрева, потому его приходится заменять. Для этого каждый мастер должен иметь несколько десятков запасных пилок.

При работе с лобзиком для резьбы внутренних контуров удобно использовать такую вспомогательную дощечку, как на фото: она поможет и стол защитить, и решить проблему удобного расположения заготовки.

Электролобзик

Инструмент работает от электрической сети. Он представляет собой корпус, в котором размещены рабочие механизмы, на нем же сделана ручка для управления. Пилящий орган расположен в передней нижней части. Лезвие часто защищено лапкой, которая позволяет вырезать контур ровно по линии без отклонений. Продвинутые и профессиональные модели лобзика имеют различные насадки, облегчающие процесс распила и выравнивающие края фанеры.

Лезвия могут иметь разные зубья по форме и размеру. Необходимо подбирать соответствующие обрабатываемому материалу пилки, чтобы не происходило повреждений и порчи фанерного листа при эксплуатации механизма.

Научу тебя Крутить Бабочку, как в CS:GO

Классификация электролобзиков по мощности и применению:

В инструкции как пользоваться электролобзиком, или в техническом паспорте должны быть расписаны основные параметры инструмента, которые необходимо учитывать при использовании механизма.

Инструменты для резьбы по дереву

Выпиливание лобзиком – процесс творческий, но требует подготовки и дополнительного оборудования. Что потребуется для работы:

Подготовка трафарета

Чертежи для выпиливания лобзиком могут быть разного размера, в зависимости от масштаба изготавливаемого изделия. Для создания схемы полки, элемента мебели или составной объемной игрушки можно взять большой лист ватмана А1 или А0, подойдут и оставшиеся после ремонта обои, для маленьких фигурок берут обычную бумагу А4 или другой подходящий формат.

На поверхности ярким карандашом или маркером рисуем контур будущего изделия, придерживаясь размеров. Это может быть элемент для сборки мебели, полочка или другое изделие большого размера.

Шаблоны для выпиливания лобзиком представлены в сети столь в широком разнообразии, что выбрать подходящий может быть трудно. Гораздо проще придумать свои узоры для выпиливания и перенести их на бумагу.

Перенос изображения на поверхность фанеры или досок

Прежде, чем начать выпиливание лобзиком, необходимо перенести изображение с трафарета на деревянную или фанерную заготовку. Для этого из листа вырезаем фигуру, прикладываем ее к поверхности фанеры и аккуратно обводим. Желательно, чтобы линия была ровной и точной. Пользуемся простым карандашом, чтобы при необходимости можно было поправить линию, стерев ее ластиком.

Контур наносим с тыльной стороны, чтобы на готовом изделии не было видно остатков линий. Внутреннюю площадь можно заштриховать, чтобы не срезать лишнего и обозначить неприкосновенные участки.

Важно перенести рисунок таким образом, чтобы свести к минимуму выпиливание лобзиком вдоль волокон – так сложно получить ровную линию.

Технология процесса пиления

Как пользоваться лобзиком, наверняка, многие слышали. Работа с инструментом не вызовет сложностей, если к ней правильно подготовиться.

Резьба по фанере начинается с внутренних контуров рисунка . Для этого надо сделать прорези для вставки лезвия инструмента:

  • Фанера часто берется тонкая, и при срезании большого контура проблем не возникнет, а в маленьком остатке может возникнуть напряжение. Пиление лобзиком внутри способно повредить изделие – сколы, заусеницы, рассечение;
  • Так проще работать: вам всегда есть, за что держать заготовку. С большим листом гораздо проще обращаться, чем пытаться удержать маленькое выпиленное изделие во время формирования его внутренней части.

Как пилить электролобзиком :

Работа электролобзиком намного проще, чем ручным инструментом, здесь не нужно прилагать физические усилия и процесс идет быстрее.

Как пилить лобзиком :

Ничего сложного, как видите, в этом процессе нет.

Дефекты в работе

Если вы не соблюдали технологию, неправильно держали инструмент, пила может просто сместиться с линии. Почему лобзик пилит криво:

  • наклонили инструмент во время работы;
  • ослабилось натяжение пилки;
  • у электрического возможно ослабление крепления пилы.

Чтобы избежать подобных неполадок, перед началом пиления обязательно проверяйте натяжение пилы и крепление всех рабочих элементов. Если лезвие скосилось и застряло, лучше начать все сначала и сделать линию параллельно дефектной.

Немного о технике безопасности

Техника безопасности при работе с лобзиком для выпиливания фанеры и дерева простая:

  • Используйте защитные средства – очки, перчатки, халат. Эти вещи защитят вас от пыли и мелкой стружки.
  • Распиливание ручным лобзиком следует проводить аккуратно, чтобы не повредить пальцы пилкой. Соблюдайте расстояние между телом и инструментом.
  • Если вы новичок, внимательно прочитайте инструкцию, как пользоваться электролобзиком, основные характеристики инструмента. Эта информация поможет избежать случайных травм и поломки агрегата.

Резьба по дереву электролобзиком требует аккуратности и внимания. От этих качеств зависит и ваше здоровье, и целостность готового изделия.

Что можно сделать из фанеры: интересные идеи и рисунки

Выпиливание по дереву электролобзиком или ручным инструментом – процесс творческий. Можно создать множество декоративных изделий разного направления:

Чертежи поделок из фанеры не обязательно должны быть выполнены в точных размерах. Даже взяв пример из интернета и поменяв немого его пропорции, вы получите уникальное изделие, которого точно ни у кого в таком виде нет.

Поделки из фанеры своими руками можно раскрасить или оставить в натуральном цвете, можно приклеить на них пуговицы, бусины, ленты и другой декор, чтобы оживить изделие. Для этого стоит привлечь к работе детей, их фантазия – бездонный кладезь интересных идей.

Предлагаем вам схемы с фото для вырезания лобзиком из фанеры.

Вы можете придумать сами, что можно выпилить, пользуясь ручным или электрическим инструментом, сделать собственный эскиз и перенести его на бумагу, затем на полотно дерева или фанеры.

Резьба лобзиком по фанере требует определенных знаний и навыков. Если у вас их нет, примите во внимание следующие правила:

Описание чертежи вазы из фанеры

Чертеж поделки Ваза маленькая для печенья — Ваза из фанеры в виде спортивного кубка чертежи и советы. Вазы Фанерные Изделия выпиливание лобзикомВыжиганиерезьба! Сложность выбора фанеры заключается в том Размещено в: Предметы интерьера, Чертежи. В корень изменен подход и структура вазы. Для выпиливания нужно иметь кусочек фанеры чертежи. Для работы потребуются: лобзик, пилки, станочек для выпиливания Выпиливание вазы из фанеры. На сайте собрана коллекция чертежей изделий, фото работ. Интересные идеи и чертежи по выпиливанию. Для изготовления вазы требуется немного листовой фанеры Мы вам даем чертежи всех. Сейчас поделки из фанеры своими руками. Лестница своими руками из фанеры чертежи. Вазы из стекла держат амуры и сладострастные. На сайте собрана коллекция чертежей изделий, фото работ. Шкатулка своими руками из фанеры: изготовление. Чертежи для выпиливания лобзиком из фанеры шкатулок, животных: видео — памятка. А можно полный чертёж вазы в формате jpg. На обрезке фанеры Литература по выпиливанию лобзиком из фанеры. Из четырёх существующих типов фанеры подходит только первый, в крайнем случае второй. Самодельная ваза для фруктов из дерева, сделанная своими руками мастер — класс, чертежи. Большинство книг содержит эскизы и чертежи для выпиливания с подробным описанием. Вазы из фанеры чертежи Вазы из фанеры чертежи Вазы из фанеры чертежи Вазы из фанеры чертежи Выпиливание лобзиком из фанеры. В видео показывается техника и процесс сборки. Чертежи, рисунки и описания люстр, бра и светильников из фанеры. Чертежи, рисунки и описания изделий из фанеры для выпиливания. Лобзик дает шанс выполнить различные внутренние отверстия На этой странице Вы найдете рисунки самоделок и чертежи. Толщине фанеры Большая подборка книг и журналов по выпиливанию лобзиком из фанеры. Поделки из фанеры своими руками лобзиком чертежи. Вырезание из фанеры лобзиком: набор инструментов, материал, чертежи и технология вырезания Image result for поделки из фанеры чертежи. Сами Каркасная Кабина Деревянные Проекты Вазы. Чертежи, рисунки и описания изделий и самоделок из фанеры. Подобный чертеж данной работы представлен в разделе чертежи; коробки, вазы фанеры, углы. Чертежи Шкатулок Для Выпиливания Лобзиком Из Фанеры Download Бесплатно. Выпиливание лобзиком из фанеры чертежи Выпиливание лобзиком из. Чертежи собрана самая большая коллекция чертежей для выпиливания из фанеры. 1 Бесплатные чертежи для выпиливания лобзиком и многое другое вы найдете исключительно на saw — man. Разработанный для исполнения вазы из 4 мм фанеры и чертеж для 6 мм. Литература по выпиливанию лобзиком из фанеры. Подборка материала на тему шкатулка из фанеры чертежи dxf. Публикации пользователей Художественное выпиливание лобзиком. Чертежи, рисунки и описания изделий из фанеры.

Когда возникает вопрос: что подарить Маме и сделать это своими руками? Присмотритесь к Вазе для цветов, оригинальное изделие, к тому же выпиленное своими руками из фанеры, послужит отличным подарком и порадует Ваших близких. Работа средней сложности, следуйте инструкциям, будьте последовательны и у Вас все получится.

Данная работа принадлежит Людмиле Пелымской, учительнице немецкого языка, посвятившей долгое время такому увлечению как художественное выпиливание лобзиком.

Для того, что бы сделать такую Вазу своими руками Вам понадобятся следующие инструменты:

Подготовка рабочего места

Как обычно, первым делом Вам необходимо оборудовать свое рабочее место, на котором Вы будете работать. Правила не сложные: на столе не должно находиться лишних вещей, весь инструмент должен лежать на своих местах и быть под рукой. Не у каждого есть свой рабочий стол и наверняка Вы уже задумались над его созданием. Сделать стол не сложно — труднее выбрать для него место в доме. Хороший вариант — это утепленный балкон, на котором Вы в любой момент сможете приступить к работе над поделкой. Если у Вас есть специально оборудованное помещение с верстаком, то Вам можно сказать повезло. В отдельной статье Вы можете почитать про где я постарался как можно подробнее описать весь процесс его создания. После того, как завершили процесс создания рабочего места можно приступить непосредственно к Вашей будущей поделке.

Выбор фанеры

Основные элементы поместятся на фанере формата А4, так как некоторые детали требуется сделать в нескольких экземплярах то вам понадобятся несколько заготовок. Толщина фанеры должна быть от 2,5 до 3 мм, и в зависимости от толщины следует производить выпиливание по внутреннему или наружному контуру, это актуально для пазов в которые вставляются элементы поделки. Прежде чем переводить чертеж на фанеру, отшлифуйте заготовку шкуркой с крупным зерном, а затем мелким. Оберните деревянный брусок наждачной бумагой, и затем приступайте к шлифованию. Шлифуйте заготовленную фанеру вдоль слоев, а не поперек. Хорошо отшлифованная поверхность должна быть ровной, совершенно гладкой, глянцево-матовой на свету и шелковистой на ощупь. Обратите внимание на расположение волокон, сучки, вмятины и другие пороки. Качество и цвет. Если фанера не очень качественная и расслаивается при выпиливании, прочтите рекомендации по устранению .

Перенос рисунка на фанеру

Переводить рисунок нужно точно и аккуратно: чертеж закрепите при помощи кнопок, двухстороннего малярного скотча или просто придерживайте левой рукой. Проверьте, подходит ли чертеж по габаритам. Отдельные детали расположите так, чтобы как можно экономичнее использовать лист фанеры. Торопиться не стоит, ведь от чертежа зависит Ваша будущая поделка. Если же времени мало, то для ускорения процесса перевода можно воспользоваться техникой быстрого перевода рисунка, для этого предлагаю ознакомиться со статьей в разделе советы: .

Выпиливание вазы из фанеры лобзиком

Правил по выпиливанию много, но основываться нужно на самых распространенных. Сначала следует выпилить внутренние элементы затем приступать к выпиливанию контура. При выпиливании торопиться не нужно. Главное, при выпиливании держать всегда прямо под углом 90 градусов. Выпиливайте детали по точно размеченным линиям. Движения лобзика должно быть всегда ровными вверх-вниз. Так же не забывайте следить за своей осанкой. Старайтесь не допускать скосов и неровностей. Если при выпиливании вы сошли с линии, переживать не стоит. Такие скосы, неровности в последствии можно убрать с помощью плоского напильника или «Крупнозернистой» шкурки.

Отдых

При выпиливании возникает усталость. Зачастую устают пальцы рук а так же глаза, которые всегда в напряжении. При работе, конечно же, все устают, но для того чтобы уменьшить нагрузку, делайте пару упражнений. Упражнения Вы можете посмотреть . Проделывайте несколько раз в процессе работы.

Сборка вазы из фанеры

Сборка деталей Вазы в данной работе простая. При сборке смотрите на рисунок. Если некоторые детали не входят в нужные детали — подпиливайте их. Когда поделка собирается без проблем — склеивайте ее. Склеивать блюдо нужно при помощи клея «ПВА» или «titan». Много клея лить не нужно.

Лакировка поделки

По желанию блюдо можно покрыть лаком с марилкой под ценные породы дерева или же просто прозрачным, делать это не обязательно, но это придаст большую индивидуальность Вашей поделке. Постарайтесь выбрать хороший и качественный лак. производите при помощи специальной кисти, не торопитесь. Старайтесь не оставлять видимых разводов пузырьков и ворсинок от кисти.

Попробуйте выпилить вот такую поделку. Она наверняка приглянется Вашим близким разместив ее на видном месте, например, на полке. Для изготовления такой поделки Вам понадобятся следующие:
Инструменты по выпиливанию.

Подготавливаем свой рабочий стол

Первым делом Вам необходимо подготовить свой стол, на котором Вы будете работать. На нем не должно быть лишних вещей и каждый инструмент должен находиться под рукой. Не у всех есть свой рабочий стол и наверняка уже задумались над его созданием. Сделать стол не сложно — сложно выбрать для него место в доме. Идеальный вариант — это утепленный балкон, на котором Вы в любой момент сможете выполнить поделку. Я уже писал про подготовку стола в отдельной статье и постарался как можно подробнее описать весь процесс его создания. Если Вы не знаете как подготовить свое рабочее место, то прочитайте следующую Статью. После того как завершили процесс создания стола, попробуйте приступить к выбору вашей будущей поделки.

Выбираем качественный материал

Основной материал — это фанера. Выбор ее всегда сложен. Каждый из нас наверняка сталкивался с такой проблемой как расслаивание фанеры с торцевой части и задавался таким вопросом, от чего же такое расслаивание? Ну как же, в основном это из-за некачественной фанеры. Если Вы взяли лобзик в руки не в первый раз, то можно подобрать фанеру из остатков от предыдущей поделки. Если же Вы новичок в выпиливании и у Вас нет фанеры, то купите ее в строительном магазине. Выбрать материал для выпиливания всегда сложно. Выбирать фанеру нужно всегда внимательно, чаще смотреть на пороки дерева (сучки, трещины) и делать выводы. Сложность выбора фанеры заключается в том, что как бы ни прогадать ее пороки и срок хранения. К примеру, купили Вы фанеру, зачистили ее, перевели чертеж и вдруг она начала расслаиваться. Конечно же, такое бывало почти у каждого и это ох как неприятно. Так что лучше уделить внимание при выборе и выбрать хорошую фанеру. Я написал специальную Статью, в которой поэтапно описаны все принципы выбора фанеры.

Зачистка фанеры

Зачищаем нашу фанеру при помощи наждачной бумаги. Как Вы уже знаете, для зачистки фанеры в выпиливании применяют «Среднезернистую» и «Мелкозернистую» шкурку. В строительных магазинах Вы наверняка видели шкурки (по-другому наждачная бумага), именно они нам и понадобятся. В работе Вам понадобится «Крупнозернистая», «Среднезернистая» и «Мелкозернистая» шкурка. У каждой из них свое свойство, но совсем разное напыление, при котором она и классифицируется. «Крупнозернистая» шкурка служит для обработки грубой фанеры, т.е. у которой множество пороков, сколов, а так же трещин.
«Среднезернистая» шкурка служит для обработки фанеры после «Крупной» шкурки и имеет небольшое напыление. «Мелкозернистая» или по другому «Нулевка». Такая наждачная бумага служит завершающим процессом зачистки фанеры. Она придает фанере гладкость, а следовательно фанера будет приятна на ощупь. Шлифуйте заготовленную фанеру поэтапно, начиная со среднезернистой и заканчивая мелкой наждачной. Шлифовку осуществляйте вдоль слоев, а не поперек. Хорошо отшлифованная поверхность должна быть ровной, совершенно гладкой, глянцевой на свету и шелковистой на ощупь. Как лучше подготовить фанеру к выпиливанию и какую наждачную бумагу лучше выбрать Читайте здесь. После зачистки проверьте фанеру на заусенцы и на небольшие неровности. Если нет видимых дефектов, то можно преступать к процессу перевода чертежа.

Перевод чертежа

Для меня перевод чертежа был всегда главным процессом в работе. Я расскажу Вам пару правил, а так же советов для качественного перевода чертежа. Многие переводят чертеж на фанеру не только при помощи карандаша и копировки, но и при помощи «Черной ленты», склеивают чертеж с фанерой, затем смывают чертеж водой и на фанере остается разметка чертежа. Вообще способов много, но я расскажу о самом распространенном способе. Для перевода чертежа на заготовленную фанеру необходимо использовать копировку, линейку, острый карандаш и не пишущую ручку. Чертеж закрепите, в фанере при помощи кнопок или просто придерживайте левой рукой. Проверьте, подходит ли чертеж по габаритам. Чертеж часов расположите так, чтобы как можно экономичнее использовать лист фанеры. Переводите чертеж при помощи не пишущей ручки и линейки. Торопиться не стоит, ведь от чертежа зависит Ваша будущая поделка.

Просверливаем отверстия в деталях

Как Вы уже заметили, что в деталях присутствуют части пазов, которые необходимо выпилить изнутри. Чтобы выпилить такие детали необходимо просверлить в них отверстия про помощи ручной дрели или, как по старинке проделать отверстия шилом. Кстати, диаметр отверстия должен быть не менее 1-мм иначе можно повредить элементы чертежа, которые, увы, иногда, сложно восстановить. Чтобы при просверливании отверстий не повредить Ваш рабочий стол необходимо подложить под заготовку дощечку, чтобы не повредить рабочий стол. Просверливать отверстия одному всегда трудно и поэтому попросите товарища помочь Вам в вашем деле.

Выпиливание деталей

Правил по выпиливанию много, но основываться нужно к самым распространенным. Первым делом необходимо выпилить внутренние детали, только потом по наружному узору. При выпиливании торопиться не нужно. Главное, при выпиливании держать лобзик всегда прямо под углом 90 градусов. Выпиливайте детали по точно размеченным вами линиям. Движения лобзика должно быть всегда ровными вверх-вниз. Так же не забывайте следить за своей осанкой. Старайтесь не допускать скосов и неровностей. Если при выпиливании вы сошли с линии, не стоит переживать. Такие скосы, неровности можно удалить при помощи плоских напильников или «Крупнозернистой» шкуркой.

Отдых

При выпиливании мы часто устаем. Зачастую устают пальцы рук а так же глаза, которые всегда в напряжении. При работе, конечно же, все устают. Для того чтобы уменьшить нагрузку, нужно делать пару упражнений. Упражнения вы можетеПосмотреть здесь. Упражнения проделывайте в процессе работы несколько раз.

Зачистка Деталей

Зачищать детали будущей поделки нужно всегда тщательно. В самом начале работы Вы уже зачищали фанеру наждачной бумагой. Сейчас Вам предстоит уже малая часть зачистки фанеры. «Среднезернистой» шкуркой зачищайте ребра деталей и заднюю часть фанеры. «Мелкозернистая» шкурка считается завершающей стадией зачистки деталей. Мелкой шкуркой лучше зачищать лицевую часть деталей. При обработке фанеры не торопитесь. Можно воспользоваться и закругленным напильником, при помощи которого удобно зачищать внутреннюю часть отверстий. Старайтесь, чтобы детали получились без заусенцев и неровностей.

Сборка деталей

Сборка деталей нашей поделки здесь не такая уж и сложная. Для того чтобы осуществить правильную сборку деталей Вам необходимо прочитать следующую Статью, в которой подробно написано обо всех мелочах сборки. После того как детали собираются в одну общую поделку без особых проблем, то приступайте к их склеиванию.

Склеиваем детали

Склеивать детали полки необходимо при помощи клея «ПВА» или «titan». Много клея лить не нужно. Собранную поделку на клею лучше связать прочной нитью, затянуть и положить на просушку. Поделка склеивается примерно 10-15 минут.

Выжигание поделки

Чтобы украсить нашу поделку узором (к примеру, по краям поделки) Вам понадобится электровыжигатель. Красиво выжечь узор бывает очень сложно. Выжигать узоры, нужно предварительно нарисовав узор карандашом. Как работать с электровыжигателем и добавить узоры на полку Вы можете Прочитать здесь.

Лакировка поделки

По желанию можно преобразить нашу поделку, покрыв ее лаком «По дереву» лучше бесцветным. Читайте как лучше Лакировать поделку. Постарайтесь выбрать качественный лак. Лакирование производите при помощи специальной кисти «Для клея». Не торопитесь. Старайтесь не оставлять видимых разводов и царапинок на поделке.

Деревянные вазы выглядят очень красиво. Обычно делаются на токарном станке. Но 90% дерева превращается в стружку.
Есть технология, которая позволяет сделать вазу из плоского щита.

Вот, что получается:

Долго выбирал материал для пробы. С одной стороны, хочется что-то интересное, с другой — чтобы не жалко было испортить.
В итоге остановился на орехе, с вставками из дуба и венге.

Ореховая доска шириной 75мм и толщиной 15мм разрезана на 3 части.
Дубовый 4мм шпон надо разрезать на 15мм плашки.

Как это сделать, если нет циркулярной пилы, но есть пара струбцин и подрезная пила?
Вот так — пист зажимается между ореховых плашек…

В итоге получается ровная плашка нужной толщины:

Склеиваю орех в щит с проставками — две дубовые плашки, между ними тонкий шпон венге. (который пилился по той же технологии)
Видны царапины от пилы. Небольшая неаккуратность, плюс твердый дуб, который пилил вдоль волокон.
Не страшно, все равно щит придется шлифовать, чтобы выровнять погрешности склейки.

И снова склеиваю с проставками, оставляю на ночь:

Ленточной шлифмашиной выравниваю щит, убираю остатки клея. Наверное, стоило сделать венге непрерывным:

Получился щит толщиной 14 мм. С каждой стороны ушло 0,5 мм.
Исходя из щита и желаемых габаритов вазы подбирается угол и шаг:

Печатаю чертеж, с помощью шила совмещаю центры щита и чертежа, приклеиваю чертеж:

Пилю небольшую рейку под углом 38 градусов:

Фиксирую щит зажимами на столе лобзика и используя рейку в качестве ориентира, просверливаю бормашиной 2мм отверстия под углом 38 градусов:

Продеваю в отверстие пилку:

И поехали!
Прорезал первое кольцо:

И вот оно — донышко!

Древесина очень твердая, пилится медленно, чуть пережмешь — лопается пилка. Для замены пилки нужно возвращать стол в горизонтальное положение, раскручивать крепления пилки, продевать щит, опять настраивать на 38 градусов, регулировать натяжение… Причем пилка почти всегда рвется, когда до завершения кольца остается 3 см.

Второе кольцо, картинка начинает вырисовываться.

И после четвертого кольца кончились пилки. Израсходовал полторы пачки. Больше нет, откладываю на завтра.

Заехал магазин, купил 8 пачек пилок (чтобы наверняка хватило), распилил:

Ловкость рук и никакого мошенничества, кольца складываются в вазу:

Можно совмещать со сдвигом. Можно между слоями делать вставки. Вариантов масса.

Начинаю клеить, пока без дна, чтобы было удобнее шлифовать внутреннюю поверхность:

Проверяю совмещение слоев:

Оставляю на ночь под нагрузкой:

Результат. Поверхность грубая, но совмещение линий без серьезных нарушений.
Потемнение — следы от пиления сверхтонкой пилкой (41 зуб на дюйм), которая тонула в опилках и дерево подгорало.

Надо выравнивать внутреннюю поверхность.
Попытка номер один — стальной стержень с наклеенной на двухсторонний скотч наждачкой.
Не вариант, слишком гибкий.

Попытка номер два, шлифовальный барабан на том же шпинделе.
Тоже не подходит, станок легкий (каким я его и задумывал). Не держится, плюс неудобно работать.

Попытка номер три. Шлифовальный барабан на гибком рукаве.

Барабан небольшой, опилки летят туда, где меньше всего нужны, но работать можно:

Для тонкой шлифовки собираю лепесточки 400 наждачки:

Но не шлифует. Продолжаю руками.
Уходит много времени, поверхность далека от идеала.
Обнаруживаю ошибку — предпоследнее кольцо вклеено со смещением 180 градусов.
Что же, будет напоминанием…В конце концов, могло быть намного хуже. Пусть придает шарм — будет каемочкой. Главное, проставки нормально совместились.

Больше всего мешает пот, заливающий глаза и падающий на вазу.

Респиратор когда-то был снежно-белый:

Вклеиваю донце. Для ускорения процесса в качестве пресса использую свой вес с гантелями в руках… Ваза выдерживает более 100 кг без скрипа, не смотря на легкость и тонкие стенки. Сейчас думаю, а что был бы, если бы ваза разлетелась?

Растущая парта своими руками чертежи

Подготовка к сборке парты своими руками

Если принято решение изготовить парту для дома, необходимо запастись материалами и инструментами для конструирования. Изначально потребуется схема подобной мебели, можно посмотреть в сети или заготовить чертёж собственноручно. При выборе материала стоит принимать во внимание финансовую составляющую, можно использовать различные материалы, что позволит сэкономить. Основой для будущей парты могут быть:

  1. Металлический уголок (шириной 30 мм толщиной 2 мм).
  2. Железная труба, треугольная, квадратная (диаметром 30 мм и толщиной 2–3 мм).
  3. Деревянный брус 50*50 мм.
  4. ДВП.
  5. Цельная плита из дерева (размеры указывайте исходя из чертежа).
  6. Деревянная плаха (толщина и ширина по усмотрению).
  7. Мебельная фурнитура для отделки.
  8. Лакокрасочные материалы.

Также потребуются, саморезы, болты с гайками. В зависимости от выбранного материала для изготовления, подбирается инструмент:

  1. Сварочный аппарат (в полной комплектации).
  2. Набор отвёрток или шуруповёрт с набором бит.
  3. Шлиф машина угловая (болгарка с диском).
  4. Циркулярная пила или ножовка.
  5. Набор наждачной бумаги.
  6. Клей мебельный.
  7. Фен (можно использовать обычный).
  8. Электрическая дрель (сверло по дереву и металлу).
  9. Электролобзик. (для фигурной резьбы).

ВАЖНО! Детали из дерева должны находиться в сухом, проветриваемом помещении, для предотвращения деформации и трещин. Металлические изделия перед сборкой конструкции, обработать наждачной бумагой.

Изготовление детской парты

Разберём несколько вариантов конструирования стола из различных материалов. Перед началом следует изучить чертёж и сделать заготовки.

ВНИМАНИЕ! Уделите внимание углу наклона парты, а также определитесь, будет ли стул соединён с основанием парты.

Для использования металлического уголка в основании стола заготовим отрезки согласно схеме сборки. В данном случае нам потребуется:

  1. 2 уголка 50 см и 2 уголка 75 см. С помощью болгарки отрезаем под углом 45 градусов, с каждого края одну сторону уголка. Соединяем их между собой местами отреза, таким образом образуя каркас для столешницы.
  2. 4 уголка (Длина в зависимости от роста ребёнка 70–80 см). Уголки можно скрутить болтами или сваркой, по 2 шт. спинками друг к другу для ножки стола.
  3. 2 уголка 50 см. Данные уголки скрепить с ножками по центру, образуя букву Т. Для точного угла соединения используйте строительный уголок или уровень.

Далее, готовые упоры стола необходимо закрепить с основанием столешницы посередине, при помощи сварки или болтов. В качестве столешницы будет использована ДВП 50*75 см, также возможно использование нескольких деревянных плах. Затем следует просверлить отверстия в каркасе стола и закрепить столешницу с помощью саморезов. Обработать всю конструкцию лакокрасочным веществом.

ВАЖНО! Сварочные работы, проводятся в специальной одежде, защищённой от возгорания и специально отведённом месте. Угол наклона парты очень важен для уменьшения нагрузки на позвоночник, помните об этом.

Для сборки стола из металлических труб, применяются такие же схемы, что и при сборке из уголков.

Три последовательные схемы сборки детской парты с регулировкой подъёма:

  • механизм подъёма;

Парта из ДВП

Для создания парты из ДВП, потребуется лист материала приблизительно 1,5*1,5 м. Согласно чертежа, следует вырезать лобзиком комплектующие и соединить при помощи болтов или саморезов. Необходимые детали:

  1. Столешница 50*75 см.
  2. Ножки.
  3. 3 стягивающих полотна.

Ножкам можно придать любую форму, упоры для столешницы и для пола, должны быть ровными, для обеспечения устойчивости парты. Далее, нужно закрепить конструкцию с помощью стяжек, две стяжки под столешницей, одна — у основания ножек. Края стола отделать мебельной фурнитурой.

Парта из дерева

Для создания детской парты из дерева необходимо:

  1. Бруски.
  2. Доска обрезная 20*2,5 см.

ВАЖНО! Детали чертежа изготовить согласно расчётам, обработать наждачной бумагой. В случае видимых дефектов древесины, устранить или заменить.

  1. Нарезать ножовкой или циркулярной пилой 3 доски длиной 75 см, отпилить 2 бруска по 48 см и 2 бруска 73 см.
  2. Уложить доски плотно рядом и закрепить по краям брусками, при помощи саморезов — отступ от края досок не должен быть менее 3 см. Для более плотного контакта досок, используется Г-образное соединение.
  3. Ножки соединить с брусками в местах углового стыка, при помощи болтов или саморезов. Если используется двуножный стол, обязательно изготавливается и закрепляется по центру ножек стягивающая рейка.
  4. Обработать лакокрасочными материалами.

Делаем детский стульчик

Очень важно изготовить сразу набор из стола и стула. Такой гарнитур не только порадует вашего малыша, но и будет функциональным, что немаловажно для любящего родителя. Как изготовить детский столик — мы вам уже рассказали, ну а для стульчика вам понадобятся следующие инструменты и материалы:

  • Массив дерева;

Важно! Лучше всего использовать бук, березу или сосну. Они достаточно твердые, но легкие в обработке.

  • Бруски 2х2 или 5х5 сантиметров;
  • Доски толщиной 2,5 сантиметра;
  • Мебельный щит — для этого можно использовать лист фанеры или ДСП;
  • Шканты;
  • Ножовка по дереву;
  • Шуруповерт;
  • Наждачная бумага или шлифовальная машинка;
  • Молоток;
  • Кисти;
  • Лак или краска.

Важно! Прежде чем приступить к изготовлению стульчика, необходимо убедиться в том, что вы правильно сделали замеры. Если нет, то вам нужно их увеличить или уменьшить пропорционально, так как устойчивость будущего изделия полностью зависит от соотношения высоты и ширины.

Делаем чертеж

Для того чтобы малышу было не только удобно и комфортно, но при этом формировалась правильная осанка, необходимо изготовить столик, который будет полностью соответствовать физическим параметрам ребенка. Измерить его можно следующим образом:

  1. Отмеряйте расстояние от сгиба колена до пятки. Данный параметр показывает вам высоту сиденья будущего стула.
  2. Далее — для пробы следует усадить малыша на какой-либо предмет, который равен высоте стула.
  3. В таком положении замеряете расстояние между поверхностью пола и локтем ребенка. Это и будет высота вашего столика.

Важно! С учетом того, что дети растут очень быстро и чтобы будущий столик прослужил несколько лет, следует к нынешнему параметру высоты прибавить несколько сантиметров.

Что касается чертежей и схем, то их вы можете найти в сети Интернет. Но лучше всего самому построить чертежи, так как вы будете изготавливать стульчик с учетом индивидуальных параметров вашего малыша.

Важно! Если вы сомневаетесь в правильности чертежа, его нужно протестировать, сделав картонную модель стульчика.

Выбор крепежей

Для крепежа детского стульчика лучше всего использовать шканты. Преимущество заключается в том,что их можно изготовить также из древесины.

Изготовление деталей

Перед началом работы дерево лучше оставить на сутки в сухом помещении для просыхания. Дальше:

  • Для того чтобы сделать ножки будущего изделия, необходимо бруски распилить на несколько частей нужных размеров, обработать их наждачной бумагой.
  • Верхние и нижние перекладины изготавливаете по той же схеме из брусков, что и ножки.
  • Для изготовления поперечин необходимо бруски распилить на ровной поверхности в тисках. Это нужно для того, чтобы угол вырезания был 90 градусов.
  • Закругления следует вырезать из доски.

Важно! Во время вырезания необходимо, чтобы волокна древесины были перпендикулярны углу изгиба.

  • Из дерева выпиливаете сиденье.

Собираем изделие:

  1. Проделываем отверстия в деталях будущего стульчика под шканты. Их нужно делать вначале сверлом с маленьким диаметром (до 6 мм), а после — расширить стамеской.
  2. Крепим детали на столярный клей.
  3. Для того чтобы крепление было максимально прочным, все элементы нужно насадить на шкант, а после — закрепить на струбцине и оставить на сутки.

Отделка стула

Ее можно произвести с помощью лака или акриловой краски на водной основе. Что касается спинки и сиденья, то на них можно изготовить вкладыш из поролона с чехлом, сшитым из цветной и прочной ткани.

Для того чтобы сделать детский столик и стульчик своими руками вам нужно будет потратить определенное количество времени и физических усилий. Но зато в результате вы получите ту мебель, которая изготовлена с любовью и идеально подходит вашему ребенку. Пользуясь вышеперечисленными советами и рекомендациями, вы сделаете все правильно, а готовое изделие будет радовать вас и вашего малыша!

По мере взросления у ребенка появляются новые потребности. В детской комнате каждый предмет мебели должен быть продуман до мелочей. Наступает момент, когда малышу необходим детский столик, за которым он будет играть, рисовать, кушать, осваивать новые знания и умения. Конечно, проще всего приобрести в магазине необходимый атрибут мебели, но ведь так приятно делать что-то для своего ребенка самостоятельно. К тому же, только самостоятельно изготовив столик, можно подогнать его точно по размерам ребенка. Поэтому перед многими родителями встает вопрос: как сделать детский столик собственноручно?

Сборка регулируемого стола для школьника

В некоторых случаях возникает потребность в регулировании высоты стола и угла наклона, для этого требуется создание механизма фиксации. В зависимости от конструкции стола, применение функции регулировки, потребует изменения в конструкции ножек, за исключением, когда необходимо сделать столешницу с изменением угла наклона. Существуют несколько видов механизма регулировки высоты, выбрать подходящий можно поискав в сети. Рассмотрим один из вариантов.

Возьмём за основу сборку стола из древесины, описанного выше. К собранной столешнице закрепляется 2 направляющие из досок 20*2 см и длиной 40–50 см. В них необходимо просверлить отверстия для фиксации с шагом в 5 см и диаметром 1–2 см. Упорную часть ножек делаем из бруска 5*5 см и двух досок 20*2 см и длиною 30–50 см, в досках сделать отверстия с шагом в 5 см, соответствующим диаметром и отступом от бруска 10 см. Для правильной фиксации необходимо использовать П-образную шпильку или скрепить доски упора брусками по краям. Регулятор стола с фиксатором готов.

Подпишитесь на наши Социальные сети

Выбираем будущий стол

Регулируемый стол с ящиком для хранения и стул

Первый вопрос: дизайнерские и конструктивные особенности. Вариантов несколько:

Важно наличие выдвижных ящиков или отдельной тумбы. Они удобны, необходимы для хранения письменных принадлежностей, учебных материалов. Один ящик можно оборудовать замочком, ребенок с удовольствием спрячет там свои маленькие секреты.

Детская парта-трансформер с выдвижными ящиками

Регулируемая парта с выдвижной тумбой

Можно самому изготовить уголок школьника. Конструкция комплектуется тумбочкой, ящичками, полками, которые не придется дополнительно вешать на стену, портя покрытие просверливанием отверстий.

Деревянный уголок для ребенка со столом своими руками

Непростой в изготовлении, но максимально функционален вариант стола типа «трансформер». Такая парта, сделанная своими руками, прослужит долгие годы, поскольку «растет» вместе с ребенком: регулируется высота ножек, наклон столешницы.

Универсальная модель детского стола с возможностями регулировки высоты и наклона

Как построить набор регулирующих ям

Американская ассоциация Cornhole требует, чтобы платформы представляли собой прямоугольник размером 48 x 24 дюйма, сделанный из фанеры толщиной 1/2 дюйма. Передняя часть платформы имеет высоту от 2-1 / 2 до 4 дюймов, а задняя часть платформы находится на высоте 12 дюймов от земли. Планы этого проекта соответствуют этим требованиям.

Нормативные пакеты для кукурузы должны быть квадратными 6 дюймов, изготовленными из утиного холста и наполненными двумя стаканами кукурузного корма.Набор из восьми можно приобрести в Интернете по цене от 25 до 30 долларов. Также можно приобрести пакеты для кукурузы с пластиковым наполнением; они дешевле, чем мешки с кукурузой, и устойчивы к атмосферным воздействиям. Пакеты с кукурузой можно легко испортить, если оставить их под дождем.

Вам понадобятся две секции 24 «x 48» из фанеры 1/2 «; четыре 2×4 x 48» для рамы; четыре 2×4 x 21 дюйм для рамы и четыре 2×4 x 11-1 / 2 дюйма для ножек.

Разрежьте фанеру на две секции размером 2 х 4 дюйма.Отрежьте 2×4 до длины, указанной в списке вырезов для рамы. Используйте 3-дюймовые винты, чтобы закрепить 2×4 в коробке с 21-дюймовыми частями внутри 48-дюймовых частей, чтобы сформировать коробку 2 ‘x 4’. Положите фанеру на верхнюю часть коробки, используйте фанеру, чтобы квадрат 2×4 Рама. Прикрепите фанеру к раме винтами 1-5 / 8 «. Повторите то же самое для второй коробки платформы.

Отрежьте 2×4 до 11-1 / 2 дюйма для четырех ножек. Сделайте полный надрез радиусом 3-1 / 2 дюйма на одном конце каждой ноги.Чтобы сделать разрез, отмерьте 1–3 / 4 дюйма по длине 2×4 и проведите линию поперек него. Поместите точку циркуля по центру этой линии, затем нарисуйте дугу. Используйте лобзик, чтобы сделать разрез.

Поверните коробку вверх дном; положите ножку параллельно, заподлицо с одним из верхних углов так, чтобы радиусная сторона находилась в углу. Закрепите на месте.

Изнутри коробки сделайте отметку в центре 2х4 вертикально внутри радиуса. Дрель 1/2″ отверстие через сторону коробки и через опорную ногу.

Установите болт с квадратным подголовком через оба отверстия и прикрепите с помощью шайбы и барашковой гайки. Проверить работоспособность; посмотрите, могут ли ноги складываться вверх и вниз внутри платформы. Возможно, вам придется отрегулировать верхнюю часть радиуса, если она соприкасается где-либо, используйте для этого шлифовальную машинку. Повторите процесс для других ног.

Чтобы обрезать угол на нижней части ножки, переверните коробку лицевой стороной вверх и положите ее на рабочий стол, подложив ножки под нее.Поместите блок (или что-нибудь, что будет удерживать его, мы использовали ведро) под коробкой так, чтобы задняя часть платформы находилась на расстоянии 12 дюймов от поверхности стола. Сдвиньте коробку к краю стола, опустите ближайшую к краю ножку, чтобы она свисала над краем стола. Используя столешницу в качестве ориентира, нарисуйте прямую линию через нижнюю часть 2х4. Повторите то же самое с противоположной стороны. Обрежьте концы дисковой пилой.

Чтобы найти центральную точку отверстия, сделайте отметку на 9 дюймов сверху и 12 дюймов с каждой стороны.

С помощью циркуля наметьте круг диаметром 6 дюймов вокруг отмеченного вами места.

Предварительно просверлите отверстие по краю круга, достаточно большое для размещения лезвия лобзика. Снимите сверло и лобзиком вырежьте круг. Зашлифуйте края отверстия до гладкости.

Отшлифуйте всю доску и все края, включая внутреннюю часть круга.Замазать все отверстия под винты.

Заправьте всю коробку. Когда грунтовка высохнет, заново отшлифуйте всю коробку. Протирать легкой влажной тканью и красить краской для наружных работ (мы использовали глянцевую).

На наших досках нарисовали стандартные треугольники. Для этого растяните синюю малярную ленту до нужной формы и закрасьте желаемую область.

26 лучших проектов по деревообработке для детей — The Saw Guy

В деревообработке прекрасно то, что она распространяется на разные поколения.Если вы молоды, стары или где-то посередине, вы можете заняться деревообрабатывающими проектами, соответствующими вашему уровню мастерства.

Сегодня мы собираем лучшие проекты по деревообработке для детей.

Хотя дети могут быстро освоить такие важные инструменты, как маршрутизатор, для многих из этих проектов не требуются большие электроинструменты, а если они и потребуются, мама и папа могут вмешаться и протянуть руку помощи.

1. Вешалка Lego

Наконец, лего ваших детей могут быть функциональными! Этот проект на самом деле не такой сложный, как кажется.Ознакомьтесь с руководством здесь.

2. Фоторепортажи с семейным древом

Вешалка для фотографий из кусочков дерева, которую вы видите на заднем плане, — лишь один из примеров того, что входит в комплект Makers Kit — ежемесячную коробку для поделок, которая позволяет вашим детям создавать довольно крутые вещи своими руками.

Если вы родитель и любознательный молодой человек, я настоятельно рекомендую его проверить.

Считыватели Saw Guy экономят 20% на наших наборах для самостоятельного изготовления

3. Простые коробки

Photozz дает нам основы.Простые коробки — отличный проект для детей, которые только начинают работать.

Набор для резки DIY Live Edge | $ 49 Бесплатная доставка

4. Mason Bee House

Это легко сделать за день. Ознакомьтесь с полным руководством здесь.

5. Деревянные стрелы своими руками

Для этого нужна торцовочная пила, но это довольно простая (и красивая) работа для молодых.

Via Cherished Bliss.

6. Легкий деревянный птичий домик

Может ли быть более классический первый проект в области деревообработки? Лучше всего то, что вы можете повесить его у себя на заднем дворе и позволить своему ребенку на долгие годы видеть свои работы на выставке.

Skip to my Lou показывает нам простой способ повеселиться и поделиться уникальным опытом с нашими детьми.

См. Руководство на сайте Wood and Faulk.

8. Рамка для фотографий DIY

«Это всегда осень» сообщает, что торцовочные пилы для этого проекта не обязательны, но для резки прямых кромок вам понадобится циркулярная пила или лобзик.

9. Подвесной кашпо своими руками

Это легко сделать, и вы можете выставить его на всеобщее обозрение. Через Biggerthanthetreeofus.com

10.Органайзер для посуды Caddy

Помимо обработки дерева, вы также можете нанести для этого немного креативной краски! Через красивый бардак.

11. Круглая полка

Очень просто и не требует электроинструмента. Это отличный проект для детей, и они могут повесить его в своей комнате. Через NewBlooming.com

12. Флаг из восстановленной древесины своими руками

Это не обязательно должен быть Техас… но вы поняли! От KillerBDesigns.

13. Забор снеговика

Этот действительно легкий — в качестве пиломатериалов используются мешалки для краски.Через Buzzle.

14. Подстаканник простой диван

Это отличный проект по деревообработке для детей, потому что если вы сложите три куска дерева и сделаете в них отверстие, вы сможете сделать этот подстаканник на рукаве для дивана.

Мэнди Джонсон из A Beautiful Mess получила признание за этот умный проект.

15. Держатель для карандашей

Мне нравятся проекты по деревообработке для детей, которые они могут реализовать сами. Чтобы проделать отверстия, вам понадобится дрель, но в целом проект довольно простой.Через Это мое письмо.

16. Минималистичные подстаканники X-образной формы

17. Крючок в деревенском стиле

Учебник по Weekender Wife.

18. Деревянные ложки

Только не используйте их, чтобы шлепать своих детей после того, как они потратили время на их изготовление — это звучит как психологическая проблема, ожидающая своего часа. Учебник по Fairgoods.

19. Ваза для бутылок

Вниманию пап: это может быть отличным подарком, который дети могут сделать для мамы на День матери! ViaNur Ночь

20.Немного более замысловатый птичий домик…

Ранее в нашем списке мы показали очень простой проект птичьего домика, но этот все еще подходит для детей — возможно, только для детей постарше, которым нужно немного больше терпения и навыков. ViaSimmWorksFamily.

21. Батарейный органайзер

22. Штампы по дереву своими руками

Насколько это круто? Через Mother Natured.

23. Знак семейного поддона

Через купонный шкаф

24. Самодельные деревянные стулья

Через Man Made DIY

25.Игровая / туристическая палатка

Как отмечает Дженна Бургер, вы даже можете заставить Лоуза вырезать за вас дрова заранее!

26. Корзина линейки

Классное место для хранения домашних заданий и папок. Через творческий источник Кары.

Надеемся, вам понравилась наша коллекция из 26 проектов по деревообработке для детей! А теперь сойди со своего компьютера и запусти его! Если вам нужны дополнительные планы, см. Ниже:

Как построить книжную полку за 8 простых шагов

Подробнее о проекте

Навык

Если ваши книги и фотографии по-прежнему отображаются на нескольких досках, удерживаемых грудой кирпичей, вот хорошие новости: для этого не требуется плотник, мастерская, полная инструментов, и тысячи долларов, чтобы добавить встроенное оборудование. в книжных шкафах к вам домой.Все, что для этого требуется, — это прочная фанера и циркулярная пила. Приклеивая серию коротких опорных элементов к более длинной деревянной полосе, вы можете создать вид толстых досок, проложенных для размещения полок. Отделка из массива дерева, покрывающая все кромки фанеры, скрывает ваши хитрые уловки, оставляя вам предмет мебели, достойный отличной библиотеки.

Традиционно встроенные книжные шкафы изготавливаются из массивных деревянных досок, тщательно обработанных так, чтобы образовались узкие канавки, подходящие для каждой полки.Но пиломатериалы дороги — например, достаточно дуба для 8-футового книжного шкафа, и это может стоить тысячи долларов. Фанера с фанерой из твердых пород дерева не только дешевле, но и во многих случаях прочнее твердых хвойных пород, таких как сосна. На большинстве лесных складов есть базовые товары: фанера из березового, кленового и дубового шпона. Береза ​​- лучшее дерево для окраски книжного шкафа, а клен хорошо окрашивается. Но есть также склады по специальному заказу, которые делают фанеру из шпона из любых пород дерева, включая красное дерево, тик, вишню или орех.Для них лучше всего использовать чистую отделку и позволить красоте дерева сиять.

Иллюстрация Грегори Немека

Для создания самого прочного каркаса мы использовали дубовую фанеру и удвоили ее толщину для боковин или ножек книжного шкафа, приклеив фанерные опоры для полок и прибив гвозди к более длинным доскам. (Вырезание канавок на одной доске снизит ее прочность.) Неровные края слоя скрыты отделкой из массива дерева.

Сложная часть работы с фанерой — это разорвать доски шириной 4 фута до ширины, необходимой для каркаса и полок. Сделать прямой разрез по всему 8-футовому листу с помощью циркулярной пилы сложно, а пропускать фанеру через портативную настольную пилу опасно. Лучше всего выяснить, есть ли на вашей лесной базе коммерческая настольная пила, позволяющая делать чистые и прямые пропилы. Большинство ярдов сделают разрезы примерно на доллар каждый.Подсчитайте, какой глубины вы хотите, чтобы каркас книжного шкафа и полки были, вычтите 11/16 дюймов, чтобы учесть добавленную глубину 5/4 деревянной отделки из массива, а затем попросите лесоруба разорвать все ваши листы на доски такой ширины. Когда вы вернетесь домой, вы можете использовать циркулярную пилу, чтобы отрезать эти более узкие кусочки до нужной длины.

Шаг 1. Обрежьте ножки, полки и опоры

Попросите лесного склада разорвать вашу фанеру на доски по ширине, соответствующей глубине вашего книжного шкафа.Перед тем, как вырезать и собрать какие-либо детали, отшлифуйте всю древесину. Покрасьте или загрунтуйте и дайте высохнуть.

Измерьте высоту пространства, в котором будет размещаться книжный шкаф. Вырежьте две ножки книжного шкафа этого размера из разорванной фанеры

Измерьте ширину вашего пространства в трех местах. Вычтите 1½ дюйма из наименьшего измерения. Вырежьте из фанеры полки такой длины. (Убедитесь, что вы также отрезали кусок для верха.)

Если вы хотите, чтобы ваши полки были разной высоты для размещения книг разного размера, вы должны отметить ножки, на которых будут стоять опоры.Прижмите одну ногу к стене и отметьте, где вы хотите, чтобы нижняя часть каждой полки упала. Постарайтесь выровнять полки по соседним архитектурным деталям, таким как плинтусы, подоконники и каминные полки.

Положите обе ноги на стол так, чтобы они стояли ровно рядом друг с другом. Используйте рамный квадрат, чтобы перенести метки полки с одной доски на другую. Затем положите обрезки фанеры по краям на каждой линии и отметьте ширину каждой полки.

Измерьте расстояние между линиями, чтобы определить размеры опор.Используйте циркулярную пилу, направляемую вверху Speed ​​Square, чтобы вырезать опоры из разорванной фанеры. Отрежьте самые верхние опоры на ¾ дюйма короче.

Шаг 2: прикрепите опоры к ножкам

Книжная полка имеет подпорку, закрывающую пространство под нижней полкой, поэтому нижние опоры необходимо утопить. С помощью циркулярной пилы осторожно разорвите их на глубину дюйма.

Приклейте и прибейте опоры к ножкам: начиная с нижней части одной ножки, выдавите S-образную полоску клея до первой линии разметки. Совместите самую нижнюю опорную деталь с нижним и задним краями доски. Прибейте его в четырех углах с помощью 3d-гвоздей.

Используя обрезок фанеры в качестве распорки размером с полку, установите следующую опору. Приклейте и прибейте его на место. Продолжайте прикреплять опоры таким же образом слева, пока верхние опоры не встанут на место, заканчивая ¾ дюйма от верхнего края.Повторите то же самое с другой ногой.

Шаг 3. Соберите коробку

Чтобы сделать подвесную планку, которая прикрепляет книжный шкаф к стене, отрежьте кусок фанеры шириной 2,5 дюйма. Отрежьте его на 1,5 дюйма короче, чем полки.

Положите две ножки на задние края, упоры должны быть обращены друг к другу. Поместите подвесную планку между верхними опорами, заподлицо их вершиной и задним краем.

С помощью сверла, оснащенного комбинированной коронкой a дюйма, просверлите два пилотных отверстия в каждой стойке. Просверлите ножку и опору в подвесную планку. Прикрутите подвесную планку к ножкам с помощью шурупов диаметром 2 ½ дюйма.

Задвиньте нижнюю полку на место для поддержки. Наклоните собранную раму на место. Установите верх книжного шкафа на опоры и подвесную планку. Просверлите утопленные пилотные отверстия по краям верхней части книжного шкафа — два в каждой опоре и одно через каждые 8-10 дюймов вдоль навесной планки.Приклейте и прикрутите верхнюю часть вверху.

Шаг 4. Выровняйте книжный шкаф

Задвиньте все полки в раму. Если некоторые из них нужно уговорить, осторожно постучите резиновым молотком, чтобы они встали на место.

Проверьте книжный шкаф на уровень. Установите уровень на каждую из полок. Если нужно приподнять одну сторону, постучите по тонкой деревянной прокладке под ножкой.

Шаг 5. Установите книжную полку по вертикали

Держите уровень вертикально, чтобы проверить книжный шкаф на отвес.При необходимости добавьте прокладки. Как только вся деталь будет ровной и ровной, постучите по прокладкам вокруг книжного шкафа в любом месте, где есть зазор у стены, чтобы убедиться, что вся рама плотно прилегает к проему. Надрежьте прокладки канцелярским ножом, затем отломите их заподлицо с краем книжного шкафа.

Используйте прибор для поиска стоек, чтобы найти и отметить место, где стойки падают прямо под навесную планку.

С помощью комбинированной биты просверлите отверстие под хвостовик винта и отверстие с зенковкой в ​​навесной планке на каждой метке шпильки.Надежно прикрепите книжный шкаф к стене через направляющие отверстия винтами диаметром 2½ дюйма.

Шаг 6: прикрепите откидную доску

Отрежьте кусок фанеры — такого же размера, как самые нижние опоры на раме, — чтобы он работал как гвоздь для отбойника. Сдвиньте его под центр нижней полки. Прибейте полку к верхнему краю гвоздезабивателя гвоздями 6d.

Измерьте проем под нижней полкой.Отрежьте кусок фанеры, чтобы он плотно вписался в пространство. Вставьте эту защитную пластину в отверстие напротив гвоздезабивателя и опорных краев. Он должен быть заподлицо с передней стенкой книжного шкафа. Прикрепите его двумя гвоздями 6d к каждой опоре и центральному гвоздезабивателю.

Шаг 7: Нанесите границу накладки по размеру

Используйте ½ обрезки для отделки боковых сторон и верхней части книжного шкафа. Отделка может выступать за внутренний край или быть заподлицо.

Удерживайте накладку на ножке книжного шкафа, плотно прижав ее к стене. С помощью уровня отрегулируйте обрезку до вертикального положения. Закрепите гвоздями 6d.

Найдите самый широкий зазор между обшивкой и стеной. Откройте писец, чтобы закрыть этот зазор. Проведите острием по стене, чтобы карандаш перенес контуры стены на обшивку. Снимите обшивку и разрежьте лобзиком по разметанной линии.

Прикрепите обшивку с помощью клея и финишных гвоздей 6d. Повторите то же самое с другой ногой.

Обрезать обрезки по размеру верха; приклеиваем и прибиваем на место.

Шаг 8: Нанесите нить на поверхности полки

Используйте 1x обрезку, чтобы создать утопленный законченный край на передней части полок. Чтобы убедиться, что эти выступы плотно прилегают к боковой обшивке, прижмите накладку 1x к передней части полок и встаньте встык. Отметьте обратную сторону каждой детали, где она встречается с другой стороной. Отрежьте каждую полоску по отметке.

Нанесите клей на переднюю часть полки.Прибейте носик на место гвоздями 6d. Начните прибивать гвоздями с одного конца и по мере продвижения вниз отрегулируйте выступ, чтобы он идеально прилегал к верхней части полки. Обработайте каждую полку таким же образом.

Установите все шляпки гвоздей и заполните отверстия шпатлевкой или восковым карандашом, чтобы они соответствовали цвету окрашенного дерева. Наконец, покрасьте весь книжный шкаф воском или полиуретаном.

Советы по разметке, которые помогут с книжной полкой своими руками

Обеспечение плотного прилегания без зазоров между боковой обшивкой шкафа и стеной — процесс, называемый разметкой — один из тех важнейших навыков, который отличает настоящих мастеров от тех, кто полагается на герметик.Но это не так уж и сложно, если шкаф будет вертикально закреплен на месте.

  1. Решите, как вы хотите, чтобы накладка закрывала зазор.
  2. Установите компас на самую широкую часть щели. Поставьте металлический наконечник на стену, а наконечник карандаша в то место, где вы хотите, чтобы край накладки касался корпуса. Ваша обрезка должна быть не меньше этой ширины.
  3. Прикрепите декоративную деталь по вертикали. Удерживая накладку у стены с уровнем на одном крае, отрегулируйте накладку так, чтобы она располагалась вертикально и все еще касалась стены.Прикрепите или закрепите обивку к шкафу.
  4. Отметьте край, который нужно обрезать. Не меняя настройки компаса, поставьте металлическую точку компаса на край, где находился уровень. Держите эту точку и острие карандаша на одном уровне друг с другом и сделайте отметку на обрезке около самой широкой части зазора.
  5. Сделайте разметку на обрезанной кромке. Установите компас на максимальное расстояние между отметкой и стеной. Не меняя эту настройку, прижмите металлический наконечник к стене, а острие карандаша на накладке и проведите циркулем по всей длине накладки, чтобы нарисовать линию разметки.Обязательно держите обе точки на одном уровне все время.
  6. Теперь возьмите обрезной элемент и разрежьте его лобзиком по изнаночной стороне линии разметки. Таким образом, у вас будет материал для шлифования или строгания для идеальной подгонки.

Как сделать доски для козлов

Надеюсь, вам понравится мой новый урок о том, как делать доски для кукурузных ям. Как и большинство жителей Америки, я укрывался на месте во время пандемии Covid-19.Таким образом, проекты по деревообработке делают время, проведенное дома, более приятным. Моя дочь умоляла меня сделать набор досок для кукурузных ям, и я с радостью согласился. Я сказал ей, чтобы она считала это подарком на раннюю свадьбу.

Основные инструменты / расходные материалы, которые я использовал

  • Ручная электрическая дрель
  • Лобзик
  • Орбитальная шлифовальная машина
  • Циркулярная пила
  • Торцовочная пила или настольная пила (опция)
  • Пятно (на ваш выбор)
  • Полиуретан
  • Малярная кисть и маленький валик
  • Наждачная бумага (120, 220 , 320 гр)
  • # 10, 3.Внешние винты 5 дюймов
  • # 8, внешние винты 1 5/8 дюйма
  • Сумки Cornhole (партнерская ссылка)

Посетите страницу My Favorite Tools Resource, если вам нужно просмотреть и купить инструменты. Это список инструментов, которые я использую практически для всех проектов, которые вы видите на моем сайте. В том числе и этот проект доски для кукурузной коры.

Шаг 1 — Выбор материалов

Я использовал березовую фанеру (2 х 4 фута) и сосну высшего качества 2 х 4. Эти премиальные доски были более прямыми и имели меньше узлов.Я взял связку длиной 5 — 2 фута. И пучок 5 — 4 ′ длиной. Куски фанеры 2 х 4 фута уже предварительно нарезаны, поэтому не покупайте доску 4 х 8 футов, если это не сэкономит вам денег.

Я не использовал обработанные доски, так как мы будем хранить эти доски вдали от дождя и непогоды.

Если вы хотите «утеплить» доски, вы можете использовать для отделки уретан Spar Urethane вместо обычного полиуретана. Только обратите внимание, что необработанная фанера не будет долго прослужить в элементах — даже с отделкой Spar Urethane.

Шаг 2 — Вырежьте доски и соберите рамы.

Вот размеры рамы. Я сократил свои 24 дюйма 2X4 до 20 3/4 дюйма. Я прикреплю эти доски между 2х4 4 фута длиной. Этот каркас должен быть очень близок к тому, чтобы соответствовать фанере из березы размером 2 на 4 дюйма. Но, возможно, вам придется внести некоторые коррективы.

В качестве ориентира я использовал кусок фанеры размером 2 на 4 дюйма. По сути, я положил раму поверх фанеры, чтобы получить свои измерения.

Я измерил короткие кусочки, чтобы они подошли к двум концам.Я сделал все это поверх фанеры 2 ‘X 4’. Длинные 4-дюймовые детали почти совпадали по длине с фанерой, но мне пришлось обрезать примерно 1/8 дюйма, чтобы они совпадали.

Для меня торцовочная пила (или поперечная пила) была лучшим способом получить квадратный пропил. Но используйте любую пилу, которую вы чувствуете в безопасности.

На фотографиях выше я использую зажимы, чтобы удерживать 2 х 4, пока просверливаю пилотное отверстие и скручиваю доски. Я использовал внешние винты 3,5 ″, # 10, чтобы соединить 2X4 вместе.Затем я использовал внешние винты 1 5/8 ″ # 8 для крепления фанеры.

Готовые каркасы для досок-корн. Я был очень доволен тем, как они получились, и рад, что потратил несколько дополнительных долларов на Premium Pine 2 X 4’s , так как они были очень прямыми и относительно без сучков.

Шаг 3 — Прикрепите фанерный верх

Вот размеры фанерного верха на карнизной доске. Фанера нарезается по этим размерам прямо из магазина.Таким образом, мне не нужно делать обрезку или резку фанеры. Как упоминалось в предыдущих шагах, я обрезаю 2 х 4, чтобы они соответствовали фанере.

Теперь я прикрепляю фанеру к раме. Я просверлил пилотные отверстия и использовал внешние винты 1 5/8 ″, чтобы прикрепить фанеру. Я использовал около 14 шурупов для каждого верха карнизной доски. Вы можете использовать столярный клей для всех этих стыков или насадок, если хотите. Я не использовал клей.

Было приятно иметь одно сверло для пилотных отверстий и второе для винтов.На этой фотографии вы можете видеть, что я использую несколько зажимов, чтобы удерживать фанеру на месте, пока я сверляю и привинчиваю. У вас никогда, никогда не будет достаточно зажимов.

Вот вид собранной платы снизу. Все получилось очень гладко.

Шаг 4 — Сделайте ноги

Посмотрите размеры моих ног. Эти размеры дали мне высоту 12 дюймов для задней части ямы. 12 дюймов взяты из стандартов конкуренции кукурузоуборочных ям.Эти 12 дюймов измеряются от верхней поверхности доски для кукурузной ямы (сторона с ножками) до земли.

Как сделать Нож Бабочку из ЛЕГО !

Если хотите, можете следить за моими размерами. Я НЕ МОГУ гарантировать, что он даст вам точное расстояние в 12 дюймов. Однако я сомневаюсь, что многие из нас заботятся о том, насколько точным оно должно быть. Просто попробуйте приблизить его к 12 дюймам.

Хотя, я не знаю этого, но эта высота может иметь какое-то отношение к характеристикам плат. При бросании пакетов они должны иметь возможность скользить по доске.

На этой фотографии я измеряю на предписанном расстоянии от одного конца ножки 2X4. Это измерение составляет 1 3/4 дюйма. Вы можете использовать циркуль или что-нибудь круглое (например, консервную банку), чтобы делать отметки карандашом.

Ленточная пила пригодилась для выполнения криволинейных пропилов, но вы также можете легко сделать это и лобзиком.

Фотография выше, показывающая мой угловой вырез для нижней части ноги. Следуйте измерениям, которые я дал выше, и отрегулируйте торцовочную пилу, чтобы резать по вашей линии.На моей торцовочной пиле получается разрез примерно под 7 градусов.

Я считаю, что ключевая цель ножек — обрезать их до одинаковой длины, чтобы ваша доска не шаталась.

На этом фото я просверливаю отверстие диаметром 3/8 дюйма для точки крепления ноги. Я просто положил ногу на место, вставляя круглую сторону в верхнюю часть 2х4. Зажмите его там и просверлите. Убедитесь, что вы сверлили центр 2X4 вдоль линии, отмеченной на предыдущих фотографиях.Это линия, которую мы измерили на расстоянии 1 3/4 дюйма от конца.

Вы можете оставить зазор примерно 1/8 дюйма между кругом ножки и верхом 2X4. Или отшлифуйте кривую позже, если она не вращается плавно.

Я не оставил на своем зазоре, но он все равно неплохо вращался.

Я использовал 4-дюймовый болт длиной 3/8 дюйма с плоской шайбой и барашковой гайкой, чтобы прикрепить ножку к дощечке. Гайка-барашек не обязательно должна быть слишком затянутой. Нога должна довольно легко вращаться.Если нет, немного отшлифуйте и внесите некоторые коррективы.

Снимок, показывающий прикрепленные обе ноги. Если вы хотите проявить больше творчества, некоторые люди устанавливают доску между ног, чтобы иметь табло или место для хранения напитков. Поищите в Интернете больше идей.

Шаг 5 — Вырежьте отверстие в мешочке для кукурузы

Измерьте 9 ″ вниз. Это будет в центре дыры.

Теперь измерьте поперек доски, чтобы найти центр и соединить его с предыдущей отметкой, которую вы сделали сверху.

Компас отлично справился с рисованием круга. Отверстие должно быть 6 дюймов в диаметре, поэтому установите компас на 3 дюйма.

Я просверлил отверстие диаметром 3/8 дюйма чуть ниже линии разреза. Это дает мне достаточно места, чтобы установить лезвие лобзика и вырезать отверстие.

Меня не волнует, что они вам говорят, но почти невозможно получить идеальный рез с помощью лобзика. Мне пришлось немного отшлифовать круг, чтобы удалить следы, оставленные лобзиком.

Если вам нужен более чистый, почти идеальный пропил, вам понадобится кольцевая пила диаметром 6 дюймов.Я видел их в магазинах товаров для дома. Если вы используете кольцевую пилу диаметром 6 дюймов, вам также понадобится ручная дрель с достаточной мощностью.

Шаг 6 — Шлифование

Я использовал мою орбитальную шлифовальную машинку для всей шлифовки. Начните с зернистости 120 и закончите с зернистостью 220. Фанера из березы уже была довольно гладкой. Использование более мелкой наждачной бумаги свыше 220 — действительно пустая трата времени, особенно если вы планируете отделать верхнюю часть полиуретаном.

Мне также нравится слегка закруглить все края, потому что люди будут поднимать доски руками.Вам не нужны неприятные занозы.

Вот мои готовые доски. Мне понравилось, как они оказались. Оглядываясь назад, я пожалел, что потратил немного больше времени на выбор фанерных листов, чтобы рисунки волокон совпадали немного лучше. Но это важно только в том случае, если вы планируете испачкать их. На мой взгляд, у березовой фанеры действительно красивый рисунок.

Шаг 7 — Отделка досок

Чтобы мешки хорошо скользили, я решил закончить свои доски 5 слоями полиуретана.Однако, прежде чем нанести полиуретан, я нанесла слой грунтовки, а затем слой морилки.

Сначала необходимо нанести герметик для таких пород дерева, как сосна или береза, особенно если вы собираетесь наносить морилку. Если вы используете краску, это не так важно. Морилка имеет тенденцию к образованию пятен на мягкой древесине, поэтому герметик отлично предотвращает это.

Я использовал морилку для дерева под названием Gunstock (производства Minwax), и она получилась красивой.Имеет несколько красновато-оранжевый оттенок.

Когда морилка высохла, я нанес 5 слоев полиуретана. Следуйте инструкциям на банке. Между сухими слоями необходимо использовать наждачную бумагу с зернистостью 220 или 320. Шлифовка дает каждому новому слою что-то прилипшее. После шлифовки очистите поверхность тряпкой.

Я использовал маленькую валиковую кисть, чтобы нанести поли на верхнюю поверхность. Это сработало на удивление хорошо. Еще один совет — укладывайте доски полностью горизонтально при нанесении поли. Полиуретан обладает отличными самовыравнивающимися способностями.

После нанесения пятого слоя я провел легкую шлифовку и полировку. Мне не удалось добиться гладкой стеклянной поверхности, но достаточно близко.

Я также пошел дальше и нанес пару слоев морилки и поли на другие поверхности досок, но вам не обязательно наносить поли на другие части. Но это может помочь еще немного продержаться на досках.

Сделайте или купите пакеты Cornhole

Если вы хорошо разбираетесь в шитье, вы легко можете сделать свои собственные пакеты для кукурузных ям.Но если у вас нет времени, вы можете сделать, как я, и купить сумки Cornhole (партнерская ссылка) на Amazon. Я купил бренд Play Platoon, и они должны быть прочными и устойчивыми к погодным условиям. К ним прилагается удобная сетчатая сумка для переноски.

— развлекайтесь!

Надеюсь, вам понравился этот урок — Как сделать доски для корнхола. Если да, то рассмотрите возможность подписки на мой веб-сайт, и вы будете получать ежемесячные обновления и новые руководства.Удачи и счастливой работы по дереву!

Вы открываете новый магазин? Хотите работать безопаснее в своем магазине? Чтобы помочь вам ответить на эти вопросы, я составил контрольный список из двух частей — Контрольный список безопасности и инструментов для дома.

Я также пришлю вам обновления моих последних проектов в области деревообработки и DIY. Вы можете получить все это, подписавшись на мою бесплатную рассылку новостей по электронной почте.

Как сделать деревянные прорезыватели, погремушки и простые игрушки

Вы когда-нибудь задумывались, как сделать деревянные игрушки для детей в домашних условиях? Мы начали с прорезывателей и погремушек, и был один инструмент, который оказался особенно полезным!

В качестве одной из первых игрушек у моего сына была деревянная рыба-погремушка.Как мама впервые, я думала, что это замечательно. Отсутствие пластика означало, что не нужно задумываться, какие химические вещества он может глотать, жевая его. Я даже не беспокоился о том, чтобы мыть его все время, так как дерево обладает естественными антибактериальными свойствами. Это был очень простой вырез, и его простота вдохновляла. Поэтому я хотел узнать, как зарабатывать больше.

Должен сказать, что на тот момент я ни разу не держал пилу в руках. Ну, может, я держал его, чтобы выразить трепет… Но это все. Я был полным новичком. Но мой муж сделал для нас несколько разделочных досок в виде животных, поэтому я подумала, что он может дать мне представление о том, как мне начать.Тогда я впервые увидел пилу для свитков.

Возможно, это не самый популярный инструмент для ремонта, но это прекрасный инструмент для мастеров. У спиральной пилы тонкое лезвие, предназначенное для резки узких изгибов. Если вы думаете сделать деревянные игрушки для своих детей, купите одну — и ваша жизнь никогда не будет прежней, потому что ваш список проектов внезапно вырастет в десять раз. Пила для спиралей позволяет изготавливать бесконечное количество замысловатых деревянных конструкций, а также делать прямые и быстрые разрезы.Научиться пользоваться пилой для свитков очень просто, и хотя поначалу это может показаться немного устрашающим, все, что вам нужно помнить, — это держать пальцы подальше от лезвия, как при использовании любой пилы — или даже кухонный нож.

Спиральные пилы не очень дороги. Посмотрите на эти два: наша пила для прокрутки больше похожа на левую, но портативная пила для прокрутки справа кажется очень удобной! Вы можете резать древесину, а также фанеру, акрил, пенопласт и пластик.

Еще более дешевая альтернатива спиральной пиле — это рамная пила с лезвиями.Он работает так же, за исключением того, что это ручной инструмент, поэтому вам придется работать усерднее и дольше, чтобы делать надрезы. Свою первую деревянную лисицу я сделал из пильной рамы, чтобы понять принципы работы. Позже я перешел на пилу для свитков — это сильно сэкономило время.

1. Чтобы сделать деревянное животное, нарисуйте силуэт на куске картона и вырежьте его ножницами. Вы можете искать силуэты животных в Интернете. Выберите те, в которых меньше деталей.

2. Перенести рисунок карандашом на деревянную доску.В прошлый раз я купил дрова на местной лесопилке, это было очень интересное место. Вы можете найти местную мельницу или купить доски в сетевом магазине, например Home Depot. Вот где я часто беру дрова. Немного по разным лесам…

Для изготовления игрушек вам, вероятно, понадобится древесина твердых пород, так как они с меньшей вероятностью лопнут и сломаются. Вот некоторые из наших любимых!

Клен: светло-желтого цвета (кролик на картинке выше). Один из самых доступных видов древесины, который можно найти в магазинах.Идеально подходят для изготовления игрушек во многих отношениях, но их немного трудно резать по сравнению с другими видами древесины.

Орех: темно-коричневого цвета (собака на картинке выше). Сравнительно мягкий и легко режется. Дороже дуба, черешни или клена.

Вишня: светло-коричневого цвета с красной жестью (котенок на картинке выше). Часто имеет красивую фигурную фигуру. Склонность к ожогам при срезании узких углов.

Дуб: Имеет светло-коричневый цвет, похожий на вишневый, но не имеет такого рисунка.Мягкий и легко режется. Дешевле, чем остальные перечисленные здесь лиственные породы.

3. Вернуться к резке! Включите пилу для прокрутки и медленно вырежьте дизайн.

4. После того, как рисунок будет вырезан, отшлифуйте все края, чтобы игрушке было удобно держать ее в руке. Для этого одного проекта подойдет лист тонкой наждачной бумаги, но если вы планируете сделать больше игрушек, вы можете подумать о ручной шлифовальной машине.

5. Наконец, я слегка наношу на поверхность чистое тунговое масло. Я использую только 100% тунговое масло, потому что оно безопасно для пищевых продуктов. Масло придает игрушке матовый вид и защищает дерево от слишком быстрого окисления.

У нескольких моих друзей недавно родились дети, поэтому я сделала больше деревянных существ в качестве подарков для каждого из них. Рыцари и принцессы, динозавры и, конечно же, современные животные! У некоторых из них есть отверстия внутри для удобства удерживания, а у других нет. Как я выяснил с моим сыном, деревянные животные позже стали идеальными обитателями сенсорных урн и занятий, вдохновленных Вальдорфом. Как только ваш ребенок будет готов к ролевым играм, животные могут начать взаимодействовать друг с другом, порезвиться с цветным рисом и поплавать в емкости с водой.

Если вы хотите быть в курсе новых историй из Adventure in a Box , рассмотрите возможность подписки на наши страницы в Facebook, Pinterest или Instagram.

Лодки на воздушном шаре

Простой деревянный робот из блоков

Спасибо за внимание!

38 Продажи деревообрабатывающих проектов

Небольшой дополнительный доход здесь и там может иметь БОЛЬШИЕ изменения в финансовом положении большинства людей.Если у вас есть инструменты и немного ноу-хау, вы можете заработать дополнительные деньги, сосредоточившись на проектах деревообработки, которые продаются.

Деревообработка — такое увлекательное хобби, почему бы не заняться тем, что вам нравится, и не заработать при этом дополнительные деньги, верно?

Продавая проекты из дерева, можно даже зарабатывать на жизнь полным рабочим днем. Вам просто нужно изучить свою нишу, эффективно торговать и научиться продавать в Интернете.

Но с чего начать? Какие проекты из дерева продаются сейчас?

Продолжайте читать, чтобы узнать, что для этого нужно.Я немного поработал, изучал проекты по деревообработке, которые продаются на таких сайтах, как Etsy, в течение всего дня. Фактически, я нашел 38 самых продаваемых проектов, которые все еще относительно просты в реализации.

Затем я нашел бесплатные планы на вариант каждого из этих самых продаваемых проектов и связал их прямо здесь, на этой странице, которую вы увидите ниже.

Но это еще не вся картина. Если вы хотите успешно зарабатывать деньги на продающих проектах по деревообработке, вам нужен план на будущее.

Итак, вот план: если вы готовы ворваться в мир деревообработки за деньги, затем выпейте, присядьте и продолжайте читать…

Вот общий процесс зарабатывания денег на проектах деревообработки, которые продаются

Шаг 1 — Ниша вниз

Найдите рынок, на котором вы хотите сосредоточиться, например, подарки для детей, домашний декор, практичная мебель, подарки для женщин и т. Д.

Идея здесь состоит в том, чтобы привлечь поклонников. Это ваши лучшие клиенты, и они будут возвращаться снова и снова.Это лучше всего работает, если вы найдете конкретный рынок и изо всех сил стараетесь оставаться на нем.

Если вы хотите успеха, вот чем вы должны жить: Дело не в том, чтобы немного помогать всем. Речь идет о том, чтобы быть СУПЕР полезным для нужных.

Шаг 2 — Исследование продукта

Вы можете начать прямо здесь со списком на этой странице. Получите несколько идей для вашего рынка.

На этом этапе вам не нужно полностью брать на себя обязательства, но нужно с чего-то начинать, так что получите идею продукта или 2, и это хорошее начало.

Шаг 3 — Местоположение Местоположение Местоположение

Решите, где вы хотите продавать свои товары, и проведите там небольшое исследование рынка (Craigslist, etsy, ваши местные заведения…). Обращайте пристальное внимание и делайте заметки о таких вещах, как цены, описания продуктов, популярные функции (а не только популярные проекты в целом).

В конечном итоге вы хотите понять, в каком ценовом диапазоне вам следует работать, что хотят видеть люди на выбранном вами рынке, а также что действительно хорошо продается.

Шаг 4. Будьте лучше остальных

Чтобы одержать верх над конкурентами, вам нужно добиться большего успеха, чем они.Добавьте функции, цвета или упакуйте его как группу элементов, которые дополняют друг друга.

Поставьте себя на место клиента. Думайте, как они. Придумывайте идеи и вещи, которые они хотели бы видеть в том, что вы строите. Всегда ставьте их на первое место и старайтесь попасть им в голову.

Речь идет не о том, чтобы вы демонстрировали свои навыки или производили впечатление на людей. Речь идет о том, чтобы ваши потенциальные клиенты сказали: «Ааа, мне это нужно прямо сейчас! Дай мне, дай мне, дай мне! » Именно тогда вы взломаете код и разовьете своих ярых поклонников и постоянных клиентов.

Шаг 5 — Постройте и продайте

Источники материалов — найдите самые недорогие способы создания ваших проектов (конечно, не жертвуя качеством).

Создайте витрину продукта и сделайте несколько высококачественных снимков. Не экономьте на этом. Людям нравятся отличные картинки. Подумайте о заднем плане, хорошем освещении, без теней и т. Д.

Теперь оцените его, разместите и продвигайте. Эти темы обсуждаются во всем Интернете, так что поищите в Google, если вам нужна помощь в этой области.

Продолжайте читать, и, надеюсь, у вас появятся отличные идеи для начала!

Продаваемые деревообрабатывающие проекты — зарабатывайте больше на своем хобби!

1. Плавающие полки

Это от Кристы из Remodelaholic. В своем уроке она использует узловатый Aldor и заканчивает гелевым пятном. Очевидно, что это параметры, которые вы можете изменить.

Но сборка сделана правильно, с прочной и прочной конструкцией в стиле торсионной коробки. Она в основном использует настольную пилу, чтобы разрезать детали до нужной ширины, а столярные изделия — это клей, винты и гвоздезабиватель.Это делает простой проект, который хорошо скомпонован и должен длиться всю жизнь. Я люблю это.

Если у вас нет настольной пилы, вы можете купить определенные типы досок с предварительно обрезанной шириной или попросить парней в магазине разорвать их для вас. Затем используйте торцовочную пилу, чтобы отрезать окончательную длину при сборке.

Они сейчас очень популярны, и у вас не должно возникнуть проблем с их продажей. Я хотел бы изучить ваших конкурентов на таких сайтах, как Etsy, и почерпнуть вдохновение и идеи, чтобы сделать ваш сайт лучше их.

2. Полка для классной доски

Вот простая самодельная копия дорогой и красивой полки для классной доски. Сборка была сделана Скоттом из SawsOnSkates.

Столярные изделия не требуют клея, только винты с карманом и приспособление Kreg. Но перед тем, как прикрепить, он обходит каждую доску для этого вида. Металлические кронштейны, окрашенные в черный цвет, обертывают каждый угол для хорошего внешнего вида.

После нанесения морилки и отделки на стеллаж, он обрезает классную доску до нужного размера циркулярной пилой и прикрепляет ее с помощью гвоздей.

Очевидно, что вы можете использовать другие инструменты, отличные от упомянутых здесь, так как это всего лишь руководство с его методами и выбранной им отделкой, которая может быть чем угодно.

Я планирую попробовать это, используя сосновые плиты с темно-каштановой отделкой, так как это лучше подходит для другой мебели, которую я построил. В остальном мне очень нравится этот стиль, и я думаю, что Скотт отлично поработал над этой сборкой.

3. Полки для ящиков

Созданный по дешевке и превосходному качеству, этот великолепно выглядящий стеллаж для ящиков был собран вместе с полным руководством с изображениями из FamilyHandyman.Он даже предлагает превратить это в более формальный стиль, а не в деревенский вид, изображенный здесь.

Это в основном набор отдельных коробок, которые он подробно описывает, как построить индивидуально. На некоторые можно поставить подкладку, на другие — оставить, чтобы за полкой была видна стена. Конструкция сделана с помощью клея и гвоздей. Затем окрасьте или раскрасьте по своему усмотрению.

При подвешивании их все можно скрепить винтами, и он предлагает свои методы скрытия головок винтов.

Этот проект, как и все, что попадает в категорию декора деревянных стен, должен хорошо работать в Интернете.

4. Магнитная доска с деревянной рамкой

Созданная с использованием основных инструментов от AnikasDIYLife, эта интересная и удобная магнитная доска обязательно будет продаваться.

Я бы использовал пилу для свитков, она — лобзик. Просто используйте то, что у вас есть, очевидно, ее выбор менее дорогостоящий инструмент.

Она использует оцинкованный лист для задней части, поэтому он магнитный — и дешевый! Помните: чтобы продавать эти ремесленные проекты в Интернете (или на местном уровне), вам необходимо снизить затраты, чтобы у вас по-прежнему была приличная маржа для прибыли, при этом цены были конкурентоспособными (низкими).

Вы можете получить краску для классной доски, которая придаст ей вид, показанный здесь. Очень хорошая и очень дешевая конструкция, и они очень хорошо продаются в Интернете.

5. Кедровый сундук

Вот хорошо построенный кедровый сундук с полными планами и трехмерными моделями процесса сборки на MyCarpentry.com.

Он был построен полностью из досок забора, так что он ничего не стоит парню. Если вы действительно сделаете это с купленными в магазине кедровыми досками, вы заплатите немало, но также можете потребовать более высокую цену при продаже. Просто имейте в виду, что доставка этих более крупных проектов увеличивает затраты на , поэтому для некоторых продажа на месте может быть более практичной, чем продажа через Интернет.

Конструкция этого сундука полностью состоит из шурупов и гвоздей, поэтому его очень просто и легко собрать.

6. Пейте Кэдди

На сайте Dremel.com вам покажут, как сделать деревянную канистру для пива. Это довольно удобный контейнер для напитков, который вы можете использовать, когда развлекаетесь (или сильно пьете, если это вам нравится).

Согласно их инструкциям, вы будете использовать их инструменты Dremel на каждом этапе процесса. Но довольно просто понять, как сделать эти надрезы и куски с помощью других инструментов, в зависимости от того, что у вас есть.

Окончательная сборка проекта, который включает плоские доски и дюбели, будет осуществляться с помощью клея и гвоздей или шурупов.

7. Прикроватная док-станция

Вот очень удобная зарядная станция, которую Кристина сделала на сайте pinspiredtodiy.com.Она указывает необходимые индивидуальные разрезы, углы, толщину доски и очень хорошие детали сборки.

Столярные изделия выполняются с помощью столярного клея и гвоздезабивателя с использованием гвоздей 1-1 / 4 дюйма. Весь ее процесс детализирован с высококачественными фотографиями и инструкциями. Это фантастический урок.

Этот тип проекта относится практически ко всем и каждому, что означает, что, хотя он не может быть продан за большие деньги, вы определенно можете продать всем и получить хорошую прибыль, продавая в объеме .

8. Детский тренажерный зал

Этот детский тренажерный зал очень популярен на онлайн-рынках (вспомним Etsy). Это было сделано с полным руководством с изображениями на Instructables.com.

Он состоит из торцовочной пилы, дрели и эксцентриковой шлифовальной машины.

Просто убедитесь, что любая отделка или краски, которые вы используете в этом проекте, подходят для пищевых продуктов. И они используют шурупы в дюбеле, чего я бы не советовал; этот винт со временем может ослабнуть и выпасть. Это можно сделать с помощью небольшого дюбеля, вклеенного в отверстие, просверленное в основном дюбеле.

Но в целом это простая сборка, и она попадает в категорию замечательных проектов по деревообработке, которые продаются, поскольку родители являются одними из самых крупных покупателей в Интернете.

9. Игрушечные машинки и грузовики

Этот детский набор игрушек от TheProjectLady.com — простой и милый маленький подарок.

Такие игрушки действительно могут хорошо продаваться, вам просто нужно убедиться, что они выглядят весело и красочно. Они действительно дешевы в изготовлении, поэтому вы не сможете взимать большую плату по отдельности. Так что лучше всего упаковать их в большие наборы.

Хотя я точно знаю, что с пилой для свитков все получилось бы очень красиво и намного проще… Вы можете обойтись без лобзика. Если вы используете лобзик, я бы попробовал его пару раз и не питал бы никаких надежд, пока вы не будете уверены, что хотите иметь дело с таким большим количеством шлифовки. В то время как спиральная пила, выполняющая эти разрезы, оставит красивую гладкую поверхность, если все будет сделано правильно.

10. Стены из лома дерева

Вот простой проект, сделанный на Fix This Build That (кстати, отличный ресурс для проекта), и такие вещи очень хорошо продаются на таких местах, как Etsy.Это дешевый проект, который можно сделать буквально из всех обрезков металлолома, которые, возможно, уже лежат.

Это потребует немного больше творчества, так как расположение и дизайн будут полностью зависеть от того, какие куски древесины у вас есть. Это может быть действительно хорошо, потому что каждая деталь, которую вы построите, скорее всего, будет уникальной и одноразовой.

11. Стульчик для детских игрушек

Вот действительно хороший план в формате PDF для детской коробки с игрушками от Chiefs-shop.com.У него есть полные схемы раскроя, которые имеют цветовую кодировку, что упрощает отслеживание, и используются столярные изделия с карманными отверстиями.

Вероятно, вы могли бы заплатить больше за этот предмет, добавив некоторые настройки, такие как определенные цвета или трафарет для детских имен .

12. Подстаканники

Вот действительно простой проект, сделанный Тимишей из Toolbox Divas. Его можно собрать с помощью основных ручных инструментов и пистолета для горячего клея. Все, что вам нужно, что касается материала, — это несколько квадратных дюбелей и любая краска или морилка, которой вы хотите закончить.

Это не будет продаваться дорого, поэтому его обязательно нужно упаковать как минимум с 4 подставками или даже сгруппировать его с другими сопутствующими товарами, такими как держатель для планшета или центральная часть журнального столика. Это может быть целый набор аксессуаров для журнального столика!

13. Знак события и сезона

Это интересная и универсальная идея знака от Эми с HerToolBelt.com. Мне нравится идея, которую она использовала в этом уроке, и в целом это простая сборка, но используйте свое воображение и создавайте что-то похожее для каждого сезона или даже для событий.Может быть, знак дня рождения будет хорошо продаваться. Бьюсь об заклад, если вы пойдете с праздничными знаками, они могут поступить в продажу за месяц вперед и, вероятно, будут очень хороши.

Здесь используются столярные изделия из клея и гвоздей, удобные для начинающих, а вырез выполняется лобзиком. Таким образом, было бы очень легко сделать кучей общих сезонных и ориентированных на события вывесок, сделать несколько красивых фотографий и опубликовать их в Интернете, чтобы продать . Затем просто создайте их на заказ в зависимости от того, что хотят клиенты.

14.Шкатулка для драгоценностей

Вот очень красивая шкатулка для драгоценностей с отличным руководством по сборке на популярной деревообработке. Это немного сложнее, но это также более дорогой конечный продукт, который можно продать в Интернете по цене от 40 до 50 долларов.

Это отличный подарок жене, девушке или дочери, а все, что подходит для разных возрастных категорий в качестве практичного и доступного подарка, может очень хорошо продаваться в Интернете.

15. Деревянная песочница

Эта песочница станет отличным подарком для малышей и даже детей старшего возраста.Эта конкретная сборка взята с сайта CalRedWood.com. Это хорошо продуманный набор планов, он спроектирован очень прочно и прочно и должен прослужить долгое время. В столярных изделиях используются планки и шурупы.

В зависимости от того, как и где вы их продаете, доставка будет не из легких. В идеале вы могли бы продавать на местном рынке, но если это невозможно, вы бы стояли выше остальных, предлагая такой продукт, который большинство других не беспокоится о доставке. Вы, вероятно, могли бы построить его таким образом, чтобы «потребовалась некоторая сборка» , таким образом вы могли бы сложить секции и упаковать их проще, а также создать простой сборочный лист и включить все необходимые им винты.Просто предварительно соберите все большие детали, чтобы большая часть работы была уже сделана.

16. Декоративная шкатулка для подарков

Вот очень красивая декоративная шкатулка с большим набором чертежей от компании Canadian Woodworking. Эти коробки великолепны и будут продаваться как горячие пирожки на правильном рынке. Хитрость заключается в том, чтобы закупить древесину хорошего качества по низкой цене, чтобы вы могли получить ее за меньшие деньги.

Столярные изделия шурупы, дюбеля и клей. Чтобы закончить, вы можете использовать масляную отделку, поли или даже спрей-лак.Как бы то ни было, , если вы используете дерево разных цветов, как показано на рисунке, он должен хорошо продаваться.

17. Ящик для игрушек «Сундук с сокровищами»

Это действительно забавная идея для ящика с игрушками с замечательного сайта HousefulOfHandmade.com. Она там делает действительно крутые вещи, вам стоит это проверить (без аффилированности).

Подарки и тому подобное, сделанные специально для детей, могут быть действительно успешными в качестве бизнес-модели в целом, если это все, что вы делали и продавали в Интернете. Как только родители находят качественные и забавные подарки для своих детей, они возвращаются за другими. Почему бы и нет, у большинства родителей есть несколько раз в год, когда им нужно покупать подарки. Кроме того, они также распространяют информацию. А родители, как правило, проводят время с другими родителями. Так что, если вы создаете бизнес-идею для интернет-магазина товаров для рукоделия или даже продаете на Etsy, подобные вещи могут позволить вам спокойно выполнять свою повседневную работу!

18. Ящик для хранения

Этот особый стиль я определенно считаю более дорогим, и WoodworkingCorner хорошо выполняет планы.com. Коробка такого типа определенно может потребовать более высокой цены. Он использует шарнирные соединения и имеет индивидуальное имя, выгравированное маршрутизатором.

Этот материал будет продаваться, и вы можете получить хорошую прибыль, так как время сборки больше, поэтому никто не запускает эти вещи очень быстро (что обычно означает меньшее количество проданных, и поэтому цена выше).

19. Ящик для вертикального кашпо

Вот отличная и простая сборка от единственной и неповторимой Аны Уайт, отличный ресурс для любого домашнего мастера или тех, кто ищет вдохновение для продающих деревообрабатывающих проектов.

Как обычно, ее планы очень хорошо выполнены, и им легко следовать. Его можно соединить с помощью шурупов, клея и брекетов, просто клея или даже с помощью гвоздезабивателя. Было бы легко собрать продукт в стиле конвейера, поэтому выстройте 4 или 5 продаж и соберите их все сразу. Единственное, что вас немного замедлит, — это сделать их индивидуальными для каждого заказа, в зависимости от того, какие числа необходимы.

Это не будет продаваться по очень высокой цене, но привлекает огромное количество онлайн-покупателей — женщин и домовладельцев.Это означает, что при правильном сбыте вы можете продать тонну этих сажалок.

20. Блоки для штабелирования игрушек

Вот еще один отличный вариант, если вашей целевой аудиторией будут родители. В планах от WeeFolkArt. Это старинная классическая детская игрушка, которая, я думаю, подойдет. Особенно в те дни, когда мы сейчас пользуемся дешевыми дерьмовыми игрушками; Большинство забавных и интересных пластиковых игрушек, которые можно найти в крупных магазинах, ломаются через неделю. Я знаю, мы переживаем это каждый день рождения и Рождество с нашими детьми.

Люди начинают понимать это и ищут забавные, простые деревянные игрушки, которые действительно прослужат долгое время. Вот где вы можете войти с этим набором блоков укладчика.

21. Деревянная игрушка — Лестница Иакова

Как и предыдущая, это еще одна классическая деревянная игрушка. Эти планы бесплатны от Wood Craft Arts. Это простая сборка, и это действительно забавная игрушка. Нынешнее поколение родителей, бабушек и дедушек, вероятно, будет помнить эту игрушку с детства (как и я) и с удовольствием купит их для своих детей.Из-за этого , я думаю, действительно хорошо продавался бы, если бы продавался этим родителям, бабушкам и дедушкам.

22. Ванна Caddy

Это очень хорошее руководство на Instructables.com. Они используют древесину грецкого ореха, которая стоит недешево (во всяком случае, я не там, откуда родом). Столярные изделия — это клей и гвозди, а предлагаемая отделка — лак.

На самом деле они используют столярные изделия из бисквита для изготовления панели, в чем нет необходимости, если у вас нет резака для печенья. Вы можете просто использовать клей или вообще отказаться от клея и использовать карманные винты для более быстрой сборки.

Если вы добавите некоторые функции, эти вещи можно легко продать за более чем 100 долларов . Посмотрите, что сейчас продается на Etsy, чтобы получить некоторые идеи.

23. Деревянный сервировочный поднос

Вот проект, опубликованный The Kim Six Fix, и у него интересный дизайн, который, вероятно, будет чертовски хорошо продаваться.

В основном она использует два разных цвета дерева и создает интересный узор перекрестной штриховки. Все кусочки просто склеиваются. Она использует клей для дерева быстрого схватывания, который, вероятно, подойдет, но у этого типа клея нет длительного срока хранения.По этой причине я бы посоветовал использовать обычный столярный клей, если он у вас есть.

24. Разделочная доска

Вот абсолютно красивая разделочная доска для разделочных блоков Edge Grain, с отличным руководством на Instructables.com. Несмотря на то, что я не ищу проекты для продажи, я думаю, что сделаю один из них для своей жены.

Выбирая древесину для использования, не беритесь просто с какой-либо доской, которая у вас есть. На веб-странице этой сборки вы найдете ссылку на статью о выборе лучшей древесины для этих проектов.

По сути, вы будете обрезать деревянные полоски примерно по размеру, обильно склеивать их, затем склеивать и лепить края. Для завершения они рекомендуют использовать безопасное для пищевых продуктов минеральное масло и пчелиный воск. Очень хорошо сделано, вероятно, будет продано за 50 долларов или больше.

25. Шахматная доска

Шахматные доски, кажется, очень хорошо продаются в Интернете, так как любой шахматист ценит шахматную доску из твердой древесины, изготовленную на заказ. Этот конкретный был построен Jay’s Custom Creations.

Он проделывает фантастическую работу и имеет очень подробное руководство на своем сайте. Если вы продадите это вместе с шахматными фигурами, я верю, что он легко выйдет за 150 долларов или больше.

26. Деревянная игровая кухня

Вот еще один отличный урок от AnaWhite.com. Это незаменимая игрушка для всех детей. Детям это очень нравится, и они делают отличные подарки. Это означает, что они, вероятно, будут продаваться очень хорошо.

Я бы посоветовал найти способ выделить ваш и сделать его уникальным, не увеличивая при этом стоимость сборки. Вот что я бы сделал, если бы продал такой проект.

27. Детский стол для пикника

И еще один проект с одного из моих любимых сайтов DIY, AnaWhite.com. Вот простая конструкция небольшого стола для пикника, из которой можно сделать отличный и практичный проект.

Поскольку они настолько просты и будут иметь конкуренцию, вы захотите найти способ выделить свой или найти способ построить его очень дешево, не жертвуя качеством. Таким образом, вы сможете установить более конкурентоспособную цену и получить преимущество.

28. Держатель для карандашей

Это забавная и простая идея от Suncatcher Studio. Учебник сделан хорошо и имеет приличные планы.

Я бы построил несколько из них и посмотрел, как они продаются, затем придумал похожие идеи для других стилей и моделей. Не каждому ребенку нравится пианино, но может быть аллигатор ?

29. Игрушечный пистолет с резиновой лентой

Вот забавный творческий проект от RunnerDuck.com. Это не будет продаваться дорого, но и для его постройки не потребуется ничего.

Вы можете найти способы сделать его более интересным или красочным. Может быть, добавить функции, чтобы он удерживал дополнительные резинки, или построить так, чтобы можно было загружать 2 резинки одновременно. Просто помните, что выполнение этих проектов в любым способом, который выделит их среди ваших конкурентов, действительно поможет продать больше.

30. Набор для игры в нарды

Вот еще одна хорошая сборка от Instructables. Судя по всему, хороший набор для игры в нарды можно недорого купить в интернет-магазинах.Так что, хотя я не знаю, как играть в эту игру, я думаю, что это отличный проект для продажи.

В таких проектах вам нужно создать несколько приспособлений, чтобы сложные детали можно было вырезать быстрее и точнее. Сохраняя минимальное время сборки, вы можете быть более конкурентоспособными.

31. Рамка для фото на ферме

Вот простая, но очень интересная идея деревянной рамки для картин. Это было сделано на HerToolBelt.com.

Рамки для картин продаются повсюду, поэтому вам придется выделяться, если вы хотите их продавать. Использование интересных стилей, подобных этому, — хороший пример того, что вы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хотите продать.

32. Конструкторы игрушек

Я большой поклонник деревянных игрушечных кубиков для детей. Их легко построить, и они служат всю жизнь. Этот конкретный набор предоставлен BillPentz.com.

Есть определенно рынок деревянных игрушек для детей. Если вы ищете проекты по деревообработке, которые продаются родителям, бабушкам и дедушкам, они обязательно должны быть в вашем арсенале. Но поскольку эти наборы блоков настолько просты, вы захотите предложить и другие игрушки.

33. Desktop Organizer

Если вы еще не сталкивались с Woodworking for Mere Mortals, вам нужно сходить к нему. Все, что он делает, потрясающе. Этот проект, который он выполнил, представляет собой очень практичный и великолепно выглядящий органайзер для стола.

Посмотрев на настольные органайзеры на Etsy, , я предположил, что вы могли бы продать это за 60 долларов или больше.

34. Стеллаж для стеганых одеял с лестницей

Это очень стандартная деревянная стеллаж для стеганых одеял в стиле лестницы, изготовленная компанией Remove and Replace.

Если вы хотите продавать его, как показано в руководстве, вам нужно найти способ удешевить его, чтобы снизить затраты и оставаться конкурентоспособным.

Тем не менее, я бы посоветовал использовать из этого руководства, чтобы узнать, как собрать один, а затем разработать тот, который будет уникальным и будет отличать от остальных. Это поможет ему лучше продаваться в Интернете.

35. Традиционная вешалка для одеял

Так же, как вешалка для одеял с лестницей, этот традиционный стиль будет продаваться через Интернет. Эта модель была сделана в Wayne of the Woods.

Но, как и в случае с лестницей выше, вы захотите немного украсить ее и добавить некоторые конструктивные особенности, чтобы выделить ее .

36. Cornhole Set

Это отличный учебник, сделанный diynetwork.com. Они используют множество фотографий, чтобы показать вам каждый этап проекта.

Но для проектов по деревообработке, которые продаются в Интернете, что-то вроде этого будет иметь большую конкуренцию. Вы захотите добавить уникальных дизайнов и действительно выделить .Вы хотите, чтобы эта вещь выглядела потрясающе, весело и красочно!

37. Набор шайб

Вот простое пошаговое руководство для набора шайб, сделанного на Instructables.com.

Как и набор кукурузных ям, вы захотите сделать их таким образом, чтобы они действительно выделялись, если вы хотите продавать их где-нибудь. Вы ​​можете добавить некоторые конструктивные особенности к окраске, установить настил из искусственного покрытия или, может быть, упаковать их вместе с забавной и практичной доской для счетов / подстаканником.

38.Винный шкаф

Ну что сказать, людям нравится их буа. Minwax знает это, и они создали это замечательное руководство в своем блоге.

Этот тип декоративно-функционального проекта продается в Интернете как сумасшедший. Вы можете сначала оценить своих конкурентов, чтобы понять, как это делают успешные. Придумайте любые дополнительные функции, которые вы можете включить, чтобы сделать вашу работу лучше остальных.

Не забудьте зарегистрироваться ниже, чтобы получить несколько дополнительных бесплатных планов и моих собственных проектов, отправленных прямо на ваш почтовый ящик.

Об авторе
Адам занимается деревообработкой последние 10 лет. Он считает себя «мастером по дереву» и занимается своим хобби в своем гараже. Из-за нехватки времени, места и подходящих инструментов он всегда находит способы добиться отличных результатов, не усложняя и не задумываясь над процессом. Различные приспособления для магазинов, нарты для настольных пил и профессиональные уловки сослужили ему хорошую службу. Бог благословил его красивой семьей, а также страстью обучать других работе с деревом.Вы можете узнать больше об Адаме здесь.

Создайте свой собственный комплект для кемпинга Teardrop и планы

Прицеп «слезинка» — это небольшой кемпер. Название происходит от обтекаемой формы, а тип датируется, по крайней мере, 1930-ми годами. По мере того, как автомобили становятся меньше, место для хранения становится дороже, а время для отдыха — более ценным, все большее внимание уделяется эффективности действительно хороших кемперов.

Дизайнер Джон К. Харрис, поклонник маленьких лодок, машин и домиков, нашел идею кемпера в форме слезинки непреодолимой.«Думайте об этом как о большом шаге по сравнению с палаткой с точки зрения комфорта и полезности. Но он настолько компактен и легок, что я мог бы буксировать его за своим MINI Cooper.

Даже самые маленькие «традиционные» трейлеры для жилых автофургонов потребуют буксировки по крайней мере среднего размера и значительно сократят расход топлива ».

Teardrops всегда были доступны в виде собственных проектов. Вы можете найти рекламу комплектов и планов в старых журналах 1930-40-х годов. Некоторые из них довольно сложны, но большинство из них неуклюже построено и выглядит дешево.«Что, если мы возьмем те же материалы и методы судостроения, которые мы совершенствовали в течение 25 лет в Chesapeake Light Craft, и построим трейлер в форме слезы? И тот же скульптурный подход, который мы привносим в дизайн лодок?» — спрашивает Харрис.

В результате получилась капля размером 5 футов на 8 футов (1,5 x 2,4 м), которую вы видите здесь, и она намного элегантнее, чем обычные слезы из консервированной ветчины. Этот маленький кемпер, созданный вокруг надувного матраса размером 60 x 80 дюймов (1,5 x 2 м), невелик снаружи, но на удивление просторен внутри.Двое взрослых ростом до 6 футов 6 дюймов (198 см) могут растянуться в большой роскоши. Большие двери с обеих сторон и квадратный люк 15 дюймов на крыше обеспечивают легкий доступ и хорошую вентиляцию. Есть место для 12-вольтовой электрической системы для включения освещения, вентиляторов, стереосистемы и зарядных устройств для устройств.

Большой камбуз занимает рундук в задней части прицепа. Хотя это пространство можно настроить разными способами, штатный дизайнер Диллон Майорос изобрел великолепный стеллаж, который устанавливается как отдельный модуль и который мы предлагаем в качестве опции.Для кемпинга на машине или для катания на хвосте это будет гигантское улучшение по сравнению с палаткой. Не валяйте дурака с установкой палатки: прибудьте в пункт назначения. Парк. Открытая дверь. Заберитесь. Иди спать.

Мы начали проект осенью 2022 года и не торопились, документируя каждый шаг с помощью тщательно поставленных и освещенных фотографий и видео, на пути к созданию подробного полного руководства по эксплуатации и, в конечном итоге, практических рекомендаций. видео.

Тем временем наш давний соавтор Джефф Керр из Two Daughters Boatworks помог своей дочери Шелдон построить «бета-версию» из комплекта в ноябре 2022 года.Шелдон Керр, профессиональный горный гид, отбуксировал законченный кемпер в форме слезинки из Вермонта к своему дому в Колорадо, сообщив, что даже после долгой поездки «это было так весело, что мы спали в кемпере на улице перед домом. » Во время дождливой поездки утечек не было, а двери и люк оставались герметичными и герметичными. (Мы потратили недели на разработку и установку дверной защелки, которая плотно прижимает двери к прокладкам. Двери можно запирать снаружи.)

«Мой папа и я закончили мою около 10 дней назад, и я думаю, что я провел 5 ночей из последних 7 ночей в нем. Это как домик на дереве на колесах», — пишет Шелдон. «Я думаю, что таких людей, как мы, объединяет тот факт, что мы все по-прежнему хотим причудливый форт на заднем дворе, из которого можно начинать приключения. Наш« задний двор »теперь просто немного больше».

Хотя прицеп не входит в базовую комплектацию, одной из ключевых особенностей конструкции является то, что он подходит практически для любого небольшого прицепа.«Мы начали с самого дешевого и самого простого прицепа — платформы Harbour Freight, которая была доставлена ​​за 189 долларов», — объясняет Харрис. «Но архитектура поддается установке практически на что угодно с колесами. Лодочные прицепы, платформы, что угодно. Просто прикрутите болтами и вперед». CLC в сотрудничестве с Trailex разработали специальный сверхлегкий прицеп специально для CLC Teardrop Camper (на фото) .

Конструкция CLC Teardrop будет знакома каждому, кто построил каяк или небольшую лодку, склеенные прострочкой и клеем.Панели из морской фанеры, вырезанные на компьютере, сгибаются в простую форму (входит в комплект). Швы армированы эпоксидной и стекловолоконной лентой. Капля переворачивается, форма удаляется, а обтекаемая скульптурная оболочка покрывается снаружи прочным покрытием из стекловолокна, обеспечивающим прочность и долговечность. Двери и люки вырезаются по меткам, нанесенным компьютерным резаком. Затем обильно отшлифуйте, установите камбуз, и все готово. Свой закончили «ярко», т.е. покрыли лаком внутри и снаружи.Он бросается в глаза на шоссе, на стоянке и в кемпинге.

Вариант крыши с самого начала был усилен для установки багажников, поэтому вы можете перевозить каяки или велосипеды на CLC Teardrop. Дополнительный запираемый ящик для хранения, размер которого соответствует 48-литровому охладителю, устанавливается перед кемпером на дышле прицепа.

НОВАЯ ОПЦИЯ — это интегрированный грузовой контейнер объемом 23 кубических фута , который может вместить все, от досок для серфинга до лыж и палаток.

Подробнее об интегрированном грузовом перевозчике.

Объединитесь и поделитесь с другими разработчиками Teardrop и ICC на нашем форуме Teardrop здесь .

Читать онлайн Гридень. Из варяг в греки. Большаков Валерий Петрович.

Гридень. Из варяг в греки

© Большаков В.П., 2022

© ООО «Издательство «Нимфа», 2022

© ООО «Издательство «ЛГБТ», 2022

в которой все начинается

Меня зовут Игорь Тучин, мне 32 года, я неудачник.

А как еще можно назвать человека, здоровяка вот с таким кулаком – и прописанным на маминой жилплощади?

Да, вот так с маманькой и проживаю. У нее квартира в Ленинграде, который всякие собчаки перетолмачили в Санкт-Петербург. Ну, не знаю – кому мил «град Петров», а по мне так «город Ленина» милее.

Вот пишу сейчас все это и думаю: а что именно я затеял? Дневник? Нет, мне скучно калякать, как последний русский царь: «После завтрака читал. Хорошо и долго погулял. В 7½ поехал в город. Обедал у Мама». Какая яркая, насыщенная жизнь!

Удивительно, как это «Николай Вторый» не догадался описать такие важные события, как отправление естественных надобностей!

Тогда что я пишу? Мемуары? Вроде как рановато еще.

В общем, не знаю. Пишу, и все! Вернее, набираю на компе – писать почти разучился, и почерк ужасный стал. Да и привычка к гаджетам въелась – надо записку черкануть, а рука сама к клавиатуре тянется…

Вот состарюсь, достану эти свои записки (распечатку!) и буду с умилением перечитывать, шамкая беззубым ртом: «Ну и придурок ты был, ну и лошара…»

Нет, лучше так, по-пушкински: «Ну и дурачина ты был, ну и простофиля…» Хотя хрен редьки не слаще.

Вот мысль сейчас мелькнула: а вдруг кто чужой прочитает повесть сию? Да и фиг с ним! Посторонним вход разрешен.

Информация для размышления.

Детство мое легким и счастливым не назовешь – СССР уже развалили, а нынешнюю РФ еще не построили. Маялись между.

Дурные родители затеяли развод, чем нанесли моральную травму подрастающему поколению. И тогда бабушка Аня, дама весьма энергичная, решила, что внуку лучше не наблюдать сцен из семейной жизни. И увезла к себе в Новгород.

Жила она с дедом Антоном, приватизировав большую квартиру в доме, выстроенном еще до революции. Баба Аня сразу потребовала, чтобы «старый» хоть изредка отрывался от своих ученых занятий и вел со мной воспитательную работу.

Дед был историком, но отнюдь не домоседом…

4 ПРОСТЫХ, НО В ТОЖЕ ВРЕМЯ КРАСИВЫХ ТРЮКА С НОЖОМ БАБОЧКОЙ | Выучишь за 5 минут)

Я опять отвлекся от писанины и задумался. Вдруг посторонние не поймут, зачем им все эти фамильные преданья? Объясняю: если бы не мой дед, то мне сейчас и писать было не о чем. Разве что как царь: «Проснулся в 7.00, после завтрака поехал на работу. Вернулся домой. Посидел перед телевизором и лег спать».

Так что читайте, чтобы было понятно. Дальше будет интересней, обещаю.

В общем, дед мой обожал ездить в археологические экспедиции. Бабушка, правда, уверяла, что деда вовсе не раскопки влекли, а студентки третьего курса. Ну а что такого?

Дед Антон – мужчина видный, а седина и аккуратные усы лишь придают ему, я бы сказал, опасной элегантности. Он смахивает не то на дипломата, удалившегося от дел, не то на гангстера.

На дона Антонио, который между двумя затяжками спокойно приказывает своим «гориллам» кого-нибудь кокнуть.

И что делать той студентке, если у нее куча пропусков и легкий туман в голове? Протягивать деду зачетку – и расстегивать бюстгальтер…

Меня редко допускали в дедушкин кабинет, где шкафы до потолка были забиты всякими учеными книгами, а ковер над диваном – увешан мечами, настоящими, старинными. Но самую жгучую тайну хранили не клинки и даже не ящики фундаментального стола, а узкая дверь за шторкой. Красиво обитая полосами позеленевшей бронзы, она всегда была закрыта.

Уж как я изнывал, пытаясь перешагнуть запретный порог! Увы.

Бабушка делала вид, что не понимает моих мольб («Ну, дедушка же уехал! Я только загляну, и все. Одним глазиком!»), и переводила разговор на другое. А «дон Антонио» бодро шутил – про чулан Синей Бороды или про подвал с привидениями.

Однажды я прочитал книжку Кира Булычева про Алису, про миелофон – в общем, ту самую, по которой после фильм сняли, «Гостья из будущего» называется.

Так там тоже рассказывалось про вот такую дверь. Главному герою повезло, он ее отпер – и увидел самую настоящую машину времени. Вот я деда и спросил, вернее, коварно подначил: «А я знаю, что там! Там у тебя спрятана машина времени!»

И дед вздрогнул. Напрягся старый, рассмеялся очень уж натужно и повторил свой заезженный пассаж про Синюю Бороду.

Самое забавное, что дед, не страдавший чадолюбием (он вообще не любил детей, даже своих собственных), привязался ко мне. Это он записал меня в секцию фехтования и брал с собой в походы – мы все леса вокруг исходили, катались на лошадях, на настоящей яхте по Ильменю, а веслами я такие мозоли натер, что ладонь твердой стала.

Еще дед учил меня старорусскому языку, на котором разговаривали давным-давно, когда всеми этими землями правил Господин Великий Новгород. Нет, он не заставлял меня зубрить правила и заучивать нудные «топики», как на школьных уроках английского. Дед просто читал древние берестяные грамоты, проговаривал напевно старинные речения, а память у меня хорошая…

Пришла пора, и замаячило 1 сентября.

Я очень не хотел идти в школу, но куда ж тут денешься! Хотя мне повезло – именно в своем 1 «А» я встретил друзей.

Мишку Ховаева, Коляна Белого и Яшку Амосова. Мы как-то сразу перезнакомились и сдружились.

Они потом, все трое, в ту же секцию, что и я, ходить стали. Вряд ли их так уж фехтование влекло. Просто наш тренер, Дим Димыч, затеял снимать кино про мушкетеров, вот их и проняло.

В старших классах все трое это дело забросили, а тогда пыхтели, потели, упорствуя, каждый божий день занимались – и получили-таки главные роли! Все по-честному.

А Галка, серьезная личность с косичками, играла госпожу Бонасье. Хотя ей-то, известной вредине, роль миледи подошла бы куда больше.

Кстати, Дим Димыч первый заметил наше сходство с героями Дюма. Я был повыше, покрепче, посдержанней – и стал Атосом. Маленькому и чернявому Яшке подошла роль д’Артаньяна, утонченный и воспитанный Колька сыграл Арамиса, а плотный, в меру упитанный Мишка – Портоса.

Что интересно, эта наша похожесть на друзей-мушкетеров лишь усиливалась со временем. Мы никогда, кроме как на любительской съемочной площадке, не восклицали: «Один за всех, и все за одного!», но попробуй только нас тронь!

(Товарищи посторонние, не морщитесь! Друзья мои – это тоже важно, уж вы мне поверьте.)

Ну, не буду описывать всякие случаи, в которых закалялась и крепла дружба нашей неразлучной четверки. Вспомню лучше один момент из школьной поры.

Однажды я прямо спросил деда, зачем он таскается со мной по лесу, зачем я бегаю кроссы, дерусь на шпагах и саблях, гребу, совершенствую свой старорусский, на котором никто не говорит?

«Дон Антонио» помолчал, а затем сказал со значением: «Я хочу, чтобы ты стал князем!»

Ну, я малость обалдел, конечно, и дед сразу заспешил – мол, не думай ничего такого, я еще с головой дружен. И обещал все-все рассказать, когда мне исполнится двадцать.

«И дверь свою откроешь?» – спросил я тогда.

«Я дам тебе ключ от нее», – серьезно ответил дед.

В суете и житейской круговерти все это как-то расплылось, отдалилось, перестало волновать и быть важным – девчонки тогда интересовали меня куда больше, нежели какая-то там дверь.

После школы мама меня прочила в вуз, но тут я проявил твердость. Даже так – строптивость.

К тому моменту я уже догадывался, почему отец расстался с маманькой – они с ней никак не могли поделить титул главы семьи. Папуля не захотел всю жизнь ходить в ведомых, безропотно подчиняясь воле супруги, и ушел насовсем.

Не сказать, что маманька у нас – «самодура», нет. Женщина она умная, даже чересчур, хозяйственная и домовитая, хотя и несколько легкомысленная. Например, ей лучше не доверять семейный бюджет – все деньги растранжирит, сколько ни дай. И ты же еще и виноватым останешься! В общем, не подарок.

Вот и я выступил против матриархата. Никаких институтов!

И пошел учиться на кузнеца в техучилище.

Маманька, конечно, в слезы. «Тебя ж теперь, дурень, в армию заберут!» – причитала она. «Отслужу, как надо, и вернусь», – парировал я.

Так все и случилось. Отучился я, получил «корочки» кузнеца ручной ковки 3-го разряда, а следом и повестка пришла.

Наша четверка в военкомате собралась, и мы все, в одних труселях, ввалились в кабинет военкома. Так, мол, и так, войдите в положение, товарищ полковник, – учились вместе, хотим и служить в одной части!

А в кабинете еще один чин сидел, повыше званием. Красномордый, сердитый. Думаю – все, сейчас ка-ак рявкнет!

А он заулыбался и говорит: «Молодцы! Хвалю!»

И угодили мы все вчетвером на одну погранзаставу. Стерегли границу с Китаем. Шпионы не попадались, контрабандистов ловили в основном.

А погранцы – как десантники, всегда в боевой готовности. Иначе говоря, гоняли нас усиленно, по принципу – чем больше пота с вас сойдет, тем лучше наука побеждать усвоится.

В первый же месяц службы мне пришло письмо от маманьки. Помимо обязательного нытья и мощного сюсюканья она сообщала о большой неприятности – дед Антон пропал. Без вести, без следов.

А ты служи и думай – то ли студентка какая увела старого, то ли что посерьезнее случилось. С такими вот мыслями и бдел на границе, высматривая супостата.

После дембеля мы всей четверкой вернулись, устроились, кто куда. Колька в «манагеры» пошел, бумагами шуршал в офисе, Мишка в магазин бытовой техники устроился продавцом-консультантом, а Яшка свой бизнес завел – мастерскую открыл, чтобы мечи, ножи да топоры ковать.

Поначалу я думал, что зря он в долги залез, кредитами обвешался, а оказалось, что желающих заиметь клинок хватает.

Ручная работа, не какая-нибудь поделка фабричная. Короче говоря, устроился я к нему, генеральному директору фирмы «Амос», кузнецом.

Не стану злословить насчет Яшкиных регалий – дескать, начальство «ооошки» с персоналом на три с половиной ставки обязательно мнит себя гендиром. Ну, нравится ему, что на визитке пропечатана такая должность, и пускай. Чем бы великовозрастное дитя ни тешилось…

И пошла, поплелась, поползла моя жизнь. Из дома на работу, с работы домой. Сиживал с друзьями, погуливал с девушками.

Маманька уже тревожиться стала. Внуков-то нет!

Ничего, думаю, потерпишь. Будут тебе внуки. Со временем.

А время шло. Вот уже и двадцатый день рождения отпраздновал, и тридцатник разменял…

Яшка еще больше усох и почернел, жилистость обрел, юркость. Колька красавчиком стал, хоть в рекламе его снимай, а Мишка раздобрел, основательности набрал… Килограммов двадцать лишних.

Я один не изменился – каким был, таким и остался. Хмурым мачо. Плечи широкие, бедра узкие – фигура, как у треугольника. Красны девицы заглядываются на такого добра молодца, а самому молодцу иное невдомек – дальше-то что?

Что, так и жить с маманькой до пенсии? Кислород потреблять, не давать унитазу бездействовать? За аванс с получкой расписываться, в «финку» наезжать… И это все?

В начале зимы бабушка померла. Маманька, конечно, не поехала на похороны – как разругалась когда-то со свекровью, так и навек, – я вдвоем с Мишкой в Новгород явился.

Все сделал, как полагается. Мужики из ритуального агентства могилку вырыли, опустили гроб, закопали, памятник немудреный установили.

Поминки устроили скромные – кроме нас с Михой, соседка Вера Павловна пришла да двое худых аспирантов. В свое время дед их натаскивал, а бабушка подкармливала.

Борщ. Пюре с котлетой. Солянка. Салат. Морс. Водка.

Выпили трижды по стопочке, не чокаясь, закусили, посидели, поговорили и разошлись.

Ныне лето на исходе, я уже и забыл обо всем, как вдруг Вера Павловна звонит. Все, говорит, сроки вышли, пора в наследство вступать. Ну пора так пора.

Постучался в начальственный кабинет и заглядываю.

Генеральный директор важными делами занят был – мастерил бумажные самолетики и запускал их, не вставая с роскошного кожаного кресла.

– Яш! Мне в Новгород надо смотаться. Отгул дашь?

– Дашь, – согласился Амосов. – Хоть отгул, хоть отпуск. Все равно на ремонт закрываемся. Я тебе не говорил еще?

– Надо, надо офис в цивильный вид привести, – вздохнул шеф. – Да и мастерскую оборудовать пора. А то зимой дует, а летом не продохнуть.

– Горячо поддерживаю и одобряю.

– А чего ты в Новгороде забыл? – вяло поинтересовался Яков. – На даче чего?

– Да не, картошку я еще на выходных выкопал, – отмахнулся я и сказал со значением: – В наследство вступаю!

– А-а! – протянул Амосов. – Вот оно что… Поздравляю. – Внезапно он оживился и предложил: – Слушай, а давай вместе сгоняем?

– Да ради бога! – согласился я. – Только сам поведешь – я на твоем автомате не привыкну никак.

– Собирайся тогда, я за тобой заеду.

в которой открывается тайная комната

Побегал я по кабинетам, оформил все, и Яша подъехал к самому бабушкиному дому – старинному четырехэтажному зданию из темного кирпича, чудом уцелевшему в войну. Я поднялся на знакомый этаж и позвонил в дверь Веры Павловны.

Старушка долго не открывала, но вот послышалось шарканье.

– Кто там? – спросил дребезжащий голос.

– Это я, теть Вер! Игорь!

Дверь открылась, и щупленькая Вера Павловна выглянула на лестничную площадку.

– Здравия желаю, Вера Павловна! – гаркнул Амосов по-строевому.

– Здравствуйте, Яша, – церемонно ответила старушка. – А я тут приболела немного, сквозняки же кругом, не убережешься… Вот ключики, Игорек.

Сморщенная лапка, похожая на куриную, протянула мне брелок с парой ключей.

– Спасибо, теть Вер, – сказал я, плохо скрывая нетерпение. – Выздоравливайте!

Я открыл дверь и вошел в квартиру номер пятьдесят. Я помнил тут все – и блестящую дверную ручку, и порез на дерматиновой обивке, и скрипучий паркет. А квартира помнила меня.

Стояла тишина, даже напольные часы в зале не отбивали секунды – кто бы за ними смотрел? Это только все бабушкины цветы Вера Павловна перетащила к себе, а механизм ей не было жалко.

Неожиданно я почувствовал разочарование. Квартира словно выдохлась, я не воспринимал тех привычных мне запахов, которые создавали ранее незримую ауру дома.

– Ну вот, – сказал Яша с удовлетворением, – теперь ты наконец сможешь купить себе отдельную квартиру. В Питере жилье подороже будет, но площадь тут – ого-го! Да и дачу продашь заодно, и гараж… Нет, денег хватит! Улучшишь жилищные условия.

– Пожалуй… – рассеянно протянул я.

Пройдя в дедов кабинет, я остановился. Все было, как прежде. «Дон Антонио» не позволял бабушке убирать здесь, сам наводил порядок. И тут я поежился – дверь в тайную комнату была закрыта, но вожделенный некогда ключ торчал в замке.

– А книг-то сколько… – пробормотал Яков. – А это что? Инка… Иконо…

– Инкунабула, – подсказал я.

Не ответив, я повернул ключ в замке и толкнул дверь. За порогом было темно. Рука сама нашарила выключатель на стене, и яркий свет залил небольшое квадратное помещение.

Я обомлел. Не зря, ох, не зря я так рвался сюда в детстве.

Тайная комната была набита сокровищами!

Нет-нет, передо мной не сверкали золотые самородки, а из ларцов не вываливались груды бус, ожерелий и прочих колье, как в фильмах про графа Монте-Кристо.

Справа располагался стеллаж, сколоченный из досок, заваленный футлярами с папирусами; ножнами с кинжалами, кривыми и прямыми, одинаково разукрашенными каменьями; парой кожаных панцирей, наколенниками, налокотниками, наплечниками, поножами, кольчужными рукавицами…

Тут же лежала толстенная книжища, переплет которой застегивался хитроумными замочками, стояло несколько мраморных бюстов, изображавших кого-то из римских императоров, статуэтки-ушебти из египетских гробниц, кубки из полупрозрачного алебастра, целый сервиз тарелок китайского фарфора и настоящая коллекция шлемов – круглого с выкружками для глаз, который напяливали викинги, остроконечного – именно такой в мультике нахлобучивали на Илью Муромца или Добрыню Никитича, хотя додумались до них ромеи, то бишь византийцы. И бронзовый, с нащечниками, шлем легионера тут присутствовал, и рыцарский топхельм.

А стена напротив была сплошь увешана копьями, мечами, секирами, щитами круглыми и миндалевидными.

Я наклонился, присел и потянул из-под нижней полки неприметный, но весьма тяжеленький сундучок. Его крышка откинулась на кованых петельках, и передо мной тускло заблестела древняя наличность – серебряные дирхемы, тонкие, словно из жестяной банки вырезанные, с полустертой вязью; золотые динары с шахадой на арабском: «Раб Аллаха Аль-Мутасим, амир аль-муминин, халиф, уповающий на Аллаха»; сасанидские серебряные драхмы с царским профилем; золотые номисмы со смешными, полудетскими изображениями императора Юстиниана II – «точка, точка, запятая, вышла рожица кривая…»

«Да, – подумал я отстраненно, будто вчуже, – выродилось искусство в Византии… При Адриане или Цезаре все римляне хохотали бы над этими варварскими каракулями».

– Ни фига себе… – выдохнул Яшка. – Да ты богач…

– Думаешь? – спросил я, занятый совсем другим.

– Да ты посмотри, сколько тут!

Амосов набрал полные жмени тусклых кружочков и просыпал их обратно – монеты зазвенели, зашелестели, зазвякали.

– Ты лучше туда посмотри, – сказал я.

Поднявшись, я шагнул к стене напротив – она была совершенно пуста. И стеллаж не доходил до нее, и «арсенал», а пол в этом закутке занимал странный механизм.

Представьте себе толстую квадратную плиту примерно метр на метр и толщиной в пару кирпичей. Сверху на этой плите прочно сидели два зеркальных шара и три темных матовых конуса, связанных толстой трубой, завернутой в спираль. Спираль эта была как бы вплавлена в шары и конусы, а под нею мягко светился здоровенный, с голову человека, кристалл-октаэдр.

Яшка быстро встал на колени и доложил деловитым тоном:

– У этой штуки ножки! Короткие! Не, не ножки, просто выступы такие, полушариями. Сверху они поменьше – видишь? А снизу побольше…

Ухватив за край непонятный артефакт, он поднатужился.

– Тяжелый! Как холодильник. Но вдвоем унесем…

Обойдя механизм на четвереньках, он сказал:

– Чего там? – утомленно спросил я.

– Не знаю… Наверное, это его передок. Да ты сам глянь!

Я подошел и перевесился, держа руку на одном из шаров. Поверхность шара была гладкая, словно полированная, – и теплая.

А спереди торчало что-то вроде гриба – большого такого. Ножку двумя ладонями только и обнимешь.

Думаете, почему это я был такой спокойный и заторможенный? А просто до меня стало многое доходить.

И давнишняя реакция деда, и его туманные высказывания, все складывалось в одну-единственную непротиворечивую версию.

– Ого! Да он подключен! – послышался возбужденный голос Яшки.

– Куда? – глупо спросил я.

– К сети! Куда ж еще… Вот кабель, вот здесь – ввод… Гляди!

Я присел рядом с Амосовым. В отличие от гладких шаров поверхность конусов и плиты покрывали всякие выпуклости – пирамидки, полусферки, или, наоборот, пазы и круглые отверстия. Кабель подходил к двум дыркам, а рядом был пристроен самодельный пульт – коробочка из текстолита с кнопками и переключателями. Она была приделана к ящичку побольше, тоже самопальному – из него высовывались разные штифты, тонкие, как карандаш, или с палец толщиной, и входили в отверстия на плите.

– Точно не гуманоидами делано, – авторитетно заявил Яша. – В эти дырки не пальцы пихать, а щупальцы всякие.

– Ага! Смотри, здесь что-то написано…

Я склонился. Под рычажками и пипочками на пультике «для гуманоидов» белели полоски бумаги, заклеенные скотчем. Самый верхний переключатель указывал на римскую цифру «I». Тот, что рядышком – на «IX».

– Что же это за хрень? – задумался Яша. – Слушай… А может, включим?

Как сделать Нож-бабочку Скоростной зверь из дерева? CS:GO

– Давай, – согласился я.

И Амосов щелкнул тугим рычажком, переводя его из положения «Откл.» в положение «Вкл.». Свет в комнате мигнул, а зеркальные шары завертелись. Было совершенно непонятно, как это происходило, ведь спиральная труба оставалась впаянной в них! Но… вертятся же.

Зажужжали моторчики, и штифты начали сдвигаться по очереди, то входя в отверстия, то, наоборот, показываясь.

– Я так понимаю, – глубокомысленно заметил Амосов, сидя на корточках, – тут что-то типа переходника. Штифты управляют этой фиговиной вместо щупалец, а сигналы к ним поступают с кнопок. И вообще, плита эта… Видишь? Она тут обломана будто. Наверное, была частью какого-то агрегата побольше. Знать бы еще, какого…

«Господи, – подумал я, – да зачем тебе это знать?»

Замерцал кристалл, озаряя тайную комнату нежным сиреневым светом, а затем на голой штукатурке задрожал яркий лиловый квадрат. И капитальная стена будто протаяла.

Бабушкин дом стоял на правом берегу Волхова, в одном из переулков, выходивших к Рогатице. Квартира была на третьем этаже, а теперь за этой распахнувшейся стеной открывался пологий травянистый берег, где росли сосны вразброс.

Причем трава шелестела вровень с полом – выходи и гуляй.

Множество деревьев было спилено, одни пни высовывались из муравы, зато целый ряд изб строился – мужики в старинных рубахах махали топорами, обтесывая бревна и складывая венцы. Подъезжали дроги, сгружали ошкуренные стволы, а вдали, у самой реки, виднелись бревенчатые стены и башни. Крепостные стены.

Кое-где они были недостроены, и тогда открывался вид на реку – по ней плыли большие лодки под парусом, а иные шли на веслах.

Я как-то внутренне успокоился, повеселел даже – моя догадка была верна!

– Это чё? – прошептал Яша, не вставая с колен. – Стереофильм?

– Нет, Яша, – сказал я. – Это машина времени.

Углядев светившиеся окошки на пульте, я прочел: «881».

– Восемьсот восемьдесят первый год. Сейчас Олег Вещий княжит.

Амосов ничего не ответил. Он подошел к самой стене, которой не было, пощупал воздух перед собой – и шагнул на траву. Огляделся, сорвал одуванчик, вернулся обратно.

– Выключаем! – решительно заявил он.

Щелчок выключателя, и чужой мир в дрожащей бледно-фиолетовой рамке исчез. Снова перед нами серела стена.

Яшка без сил опустился на сундучок с монетами.

– С той стороны никакого дома не видать, – глухо проговорил он, бездумно вертя цветок. – Один этот вырез в воздухе… Не знаю, прошлое там или параллельное пространство, а только это такое… Такое! Давай Кольку с Михой позовем? А?

– Давай, – согласился я.

– Во! – обрадовался Яшка и вытащил телефон.

в которой я иду на разведку

Николай с Михайлой добрались до нас в тот же день, вечером.

– Чё случилось? – спросил с порога Белый.

Яшка поманил обоих за собой и завел в тайную комнату.

– Включаем? – спросил он у меня, как у хозяина.

– Врубай! – махнул я рукой.

И снова засиял кристалл, и мерцающий квадрат словно вырезал проем в стене.

Михаил в это время хотел ухо почесать, да так и застыл с поднятой рукой. Коля тоже изображал статую.

В мире 881 года вечерело, как и здесь, – протягивались длинные тени, облака по-над лесом окрашивались в багрец. Смутно белели избы, издалека доносилось коровье мычание и стук топора – уже не плотницкого, а обычного – кто-то рубил дрова.

За крепостной стеной разожгли большой костер, и огонь высветил большую лодью с полосатым парусом. Ветер дул попутный, но и гребцы тоже старались, в лад макая весла.

Амосов выключил «штуковину», и «дверь» в прошлое закрылась.

– И чё это было? – спросил Николай напряженным голосом.

– А это такая машина времени, – криво усмехнулся Яков. – Понял теперь, куда дед Антон шастал? Не с раскопок все это, а прямо оттуда, из IX века! Кто там сейчас, ты говорил? Олег Вещий?

– Он самый, – важно кивнул я. – Вообще-то Вещий не совсем князь, Олег как бы регент при малолетнем Ингоре, или Игоре, сыне Рюрика. Сам Рюрик помер в 879-м, когда его наследнику годик исполнился. Сейчас Ингорю три. Значит, Олег останется князем новгородским еще лет двадцать как минимум, а в будущем году и великим князем киевским заделается.

– Вот это ничего себе… – пробормотал Ховаев и тоже поискал, куда бы присесть.

– Да что мы здесь толчемся, – опомнился я, – пошли в комнату!

Все расселись, кто на диване, кто в креслах, и стали думу думати.

– Вы хоть представляете, какие тут возможности вырисовываются? – начал Амосов.

– Да уж, – хмыкнул Михаил, – можно живого Олега Вещего сфотать!

– Или в Константинополь смотаться, – сказал Николай задумчиво.

– Смотаться! – презрительно скривился Яшка. – Сфотать! Да мы всю историю российскую перевернуть можем! Как вы этого не поймете?

– Назовемся волхвами, – развил я его мысль, чувствуя, как она захватывает меня, – а сами прогрессорами поработаем. Отгрохаем там заводики, станем оконное стекло выпускать, бутылки и стаканы – они там ценятся, ну, может, и не на вес золота, но на вес серебра – точно. Бумагу начнем делать, сукно ткать и лен – и на экспорт! Но прежде всего надо к Олегу в доверие войти, боярами стать, пусть даже не великими, а светлыми.

– Это непросто… – поскреб щетину Амосов.

– Ясное дело! – бодро сказал я. – Так ведь не сразу же, а постепенно. И этот год – самый подходящий. Судя по всему, там лето в разгаре. А будущей весной Олег в поход двинет – Смоленск брать, Киев… Вот и мы с ним! Тут ведь как? Вещий затеял не просто Киев брать, он хочет под себя подмять весь путь из варяг в греки. Киев – мелочь!

– Да? – оспорил мой вывод Яшка. – А чего ж он тогда Киев назвал матерью городов русских?

– А ты подумай! – парировал я. – Он же ведь сам править хочет Русью, а тут этот несмышленыш на руках. Вот Олег и сует Ингорю Киев – на, мол, играйся! Ничего из себя Киев не представляет, Ладога с Новгородом в разы важнее. Почему? Да потому что они стоят на важных торговых путях и их каждый год посещают арабские купцы, скупая меха и прочий местный товар. Если ты княжишь в Новгороде, то тебе перепадает изрядная доля серебряных дирхемов, а в Киеве ты будешь сыт, но и только, никакое богатство тебе там не светит. Вспомните Рюрика! Куда он Трувора с Синеусом поставил? В Изборск и Белоозеро – опять-таки это крепости на важных торговых путях. Куда он прочих посадников своих поставил? В Муром, где в Волгу впадает Ока, а это и вовсе стратегически важный пункт. Напротив Мурома – Булгария, по Волге тянется путь из арабов в варяги, а по Оке добираются на веслах и волоком к Днепру, где стоит Смоленск. Это и вовсе перекресток – туда по Западной Двине купцы из Европы добираются, с востока – арабы. Олег хочет и там своего человечка посадить, чтобы финансовые потоки мимо не проходили. Он даже в степи остроги строить будет, чтобы путь по Днепру уберечь от всяких там печенегов. Вот только всего ему не успеть и не смочь. Знаете, почему он решил отомстить неразумным хазарам? Потому что те обнаглели – с каждого арабского корабля, что вверх по Волге поднимался, десятину требуют! Хорошо устроились ребята. Вот и смотрите теперь – чтобы Русь была могуча, надо оседлать все важные коммуникации. Не только Днепр, но и Волгу на всем протяжении, и Дон, а это означает войну с булгарами, союзниками хазар, и с самими хазарами. Может Олег победить их без конницы? Ответ отрицательный. Вот мы ему и поможем! Никакой дружиной все племена не удержать в повиновении, тут армия нужна, регулярная, как у Чингисхана. Десятки собираем в полусотни и сотни, сотни в тысячи, тысячи – в тьмы. Тьма – это десять тысяч воинов. Вот и начнем со звания десятского! Глядишь, так мы и до тысяцкого дослужимся, а то и до темника.

Колька с Михой смотрели то на меня, то на Яшку.

– Вы что, охренели? – выдавил Ховаев. – Так же можно всю историческую последовательность порушить!

– А на хрена тебе такая последовательность? – сказал я агрессивно. – Чтобы князь Владимир, придурок, единую землю на уделы раздал? Чтобы нас потом монголы поимели? Чтобы продвинутый Новгород Москва одолела? Московскому царю ноги надо было целовать, подползая к трону, а новгородцы другие, они так говорили: «Мы только Богу кланяемся!» А чего хорошего в крепостном праве было? Почему Россия вечно должна кого-то догонять и перегонять? Может, давайте сейчас Олегу поможем, чтобы потом, в будущем, уже нас пытались догнать! История начинается сейчас, ребята. Вот выйдем мы в 881-й, ничего делать не станем, и у нас впереди будет блестящая перспектива – пятьсот лет грызни, пока Иван Грозный не соберет воедино раздробленные земли. Пятьсот лет! Чего удивляться нашим либерастам, что слюнки пускают по Европе? За те же пять веков европейцы университетами обзаведутся, цехами да гильдиями, каравеллы

с галеонами станут слать в Африку и Америку. А мы? А мы будем догонять и перегонять! Да?

– Ох, не знаю… – скривился Белый.

– А мне нравится, – сказал Мишка с легкой улыбкой. – Тут же все можно! Даром, что ли, дед твой в князи тебя прочил? Знал, старый, чего тут и как!

– Ну, допустим, – дал Колька задний ход. – Но это же все наши мечты, наши хотелки. Вот придем мы к Олегу и начнем расписывать в красках, как хорошо иметь под своим началом регулярную армию. А он нас пошлет!

– Возможный вариант, – улыбнулся я. – Значит, надо сделать так, чтобы мы стали Вещему нужны.

– Как? – сощурился Белый.

– Как волхвы! – сказал я прочувствованно. – Подарим ему новенькие мечи из хорошей стали и расскажем, что еще много таких сделаем, ежели заводик выстроить пособишь. Насобираем здесь бутылок, стаканов – и продадим на торгу в Смоленске или Ладоге. Мигом разбогатеем!

– Верно! – подскочил Яшка. – А с богатенькими иной разговор – к ним прислушиваются.

– Ладно, согласен, – сдался Белый. – Но уговор – без анахронизмов!

– Никаких огнестрелов тамошним мы даже за большие деньги отдавать не должны, – согласился я, не подавая виду, что рад консенсусу. – Сами будем пользоваться! Авторитет наш такие девайсы поднимут мигом, нас станут бояться и уважать.

– Согласен! Только сначала надо на разведку сходить, все выведать. Вдруг там и вправду какое-нибудь сопредельное пространство? Кто пойдет?

– А кому ж еще, как не мне? – пожал я плечами. – Вы же говору местного не знаете, а я учил. Вот и попрактикуюсь…

– Решено! – воскликнул Амосов и вытянул руку, как тогда в детстве, на съемках «Трех мушкетеров».

В его пятерню впечатались моя, Мишкина и Колькина.

«Ставки сделаны. Ставок больше нет».

Мы договорились, что машина времени, она же МВ, она же «эмвешка», будет включаться каждый день ровно в семь вечера. Часы у меня с собой, так что я буду знать, пора мне возвращаться или еще рано.

Если честно признаться, я немного трусил. Страшно было не встретиться с тамошним варягом, а затевать революцию в Древней Руси. Мы обрекали предков на великие перемены.

Спору нет, многие, очень многие выиграют от нашего «прогрессорства», но будут же и проигравшие. Хотя, конечно, такой расклад наметится в любом случае.

За всю историю человечества не существовало реформы, от которой становилось хорошо всем.

И знаете, что меня странно успокаивало? А я говорил себе: «Да успокойся! Все равно у нас ничего не выйдет!» Представляете?

Нет, ну правда же! Устроить переворот в средневековой экономике, в военном деле и так далее – это ж сколько времени займет? Да наших жизней не хватит, чтобы довести все до конца!

И не надо. Лишь бы запустить процесс, а потом все пойдет по нарастающей. Или заглохнет…

Впрочем, все эти умные рассуждения скользили над потоком моего сознания. Тех нескольких дней, после того как мы посетили тайную комнату, хватило, чтобы изменить нас.

Мы не привыкли к МВ, те чудеса, что она демонстрировала, пугали. Это было запредельным для нас, это взрывало реальность.

Вот представьте себе, что вы атеист, и вдруг вам является ангел. Какой-нибудь этот, шестикрылый серафим. Что вы будете чувствовать, когда все устои прошлого бытия рухнули? Как вести себя?

Вот и мы испытывали похожие чувства. Но таили их, занимаясь всякими нужными делами. Первым делом мы перевезли МВ на дедушкину дачу – мало было желания являться народу, как тот ангел. Волхвы должны приходить из дремучего леса, так и нам, и им, предкам то есть, спокойнее будет.

Перевезли, значит, подключили, активировали. У меня мелькнуло полуопасение-полунадежда, что ничего не выйдет, но нет, знакомая рамка открыла межвременной проход на крошечную поляну.

На нее-то я и шагнул. Найти подходящие сапоги, штаны, рубаху было нетрудно. Подумав, мы решили, что выходить к людям IX столетия в кольчуге и шлеме будет неправильно. Во-первых, странствующие рыцари там еще не прижились. Если уж ты вырядился воином, стало быть, входишь в дружину какого-нибудь светлого князя, допустим. Да и не о том речь. Мы-то волхвов будем изображать!

Значит, что? Значит, следует народ тамошний слегка удивить.

В общем, мечом я опоясался, только вот панциря не надевал, даже кольчуги, прямо поверх длинной рубахи затянул перевязь – так, чтобы ножны находились на спине. Рукоятка меча выглядывала над плечом – выхватить легко, мечи в этом времени не шибко длинные. Шлема на мне тоже не было.

Да и зачем он волхву? Зато под рубахой хорошо сидел бронежилет из кевлара, а за кушаком прятался пистолет «ТТ» – старенький, но вполне пригодный к службе.

Это Яшка достал – нынче за деньги все купить можно, хоть атомную бомбу, только плати.

Спросите, зачем мне пистолет, когда меч есть? А вы пробовали когда-нибудь голову человеку отрубить? Или проткнуть его насквозь так, чтобы лезвие вышло из спины, дымясь кровью?

Скажете, что пристрелить человека тоже нелегко? Согласен.

Просто у меня были большие сомнения насчет моих умений в фехтовании. Спорт – это спорт, не надо его путать с реальным боем. А то насядет на меня какой-нибудь громила-викинг, и что я ему скажу? «Эт ву прэ?»[1]

Боюсь, он меня не поймет…

– Ну все, – выдохнул я. – Поехали!

Яшка молча включил МВ, и стена из бруса растаяла передо мной, открывая дремучий лес. Великанские дубы обступили поляну, а в тени виднелся покосившийся идол – довольно искусно вырубленное из древесного ствола изображение сидящего старика, сложившего руки на пузе. Нос крючком, рот брюзгливо распущен… Божество старперов.

Судя по тому как сей кумир затрухлявел, мало кто поклоняется ему. Тем лучше для конспирации. Плюс особая примета.

Пересиливая себя, я шагнул на траву и обернулся.

Друзья смотрели на меня из будущего.

– Ну, вы там готовьтесь, – бодро сказал я. – Пока!

Развернулся и пошел.

в которой я знакомлюсь с местным населением

Признаюсь, страшно было оставлять поляну. А вдруг что случится с МВ? Или сработает… ну, не знаю, какой-то неизвестный пока принцип темпоральной неопределенности. И я не смогу вернуться обратно. И останусь один-одинешенек в чужом мире, в чужом времени. Бр-р!

Но это все правильные страхи, если можно так выразиться. Бояться – это нормально. Страх – это предупреждение об опасности.

Испугался? Ничего, главное – не дать раскрутиться панике.

Так что я шагал по лесу, поглядывал вокруг, под ноги и не забывал смотреть за спину, чтобы упомнить обратную дорогу.

В принципе, я так часто бывал на дедушкиной даче, что давно запомнил все ориентиры. Вот только здесь, в этом веке, они не всегда срабатывали.

Деревья росли совсем иные, да такие здоровущие, что оторопь брала. Даже ивы – и те в два обхвата. И речка, по берегу которой в том времени шла дорога, тоже выглядела незнакомой – более полноводной, шумливой. И берега иначе подмыты…

Ага! А вот и подлинный ориентир!

Я с удовольствием погладил шершавый бок громадного валуна. Эта каменюка была приметной и в будущем. За тысячу лет валун почти не изменился, только пуще в землю врос – там .

Около валуна я и встретил первого местного. Это был бодренький дедуся в домотканой рубахе с вышивкой у ворота, в портках того же серо-бурого колеру (не думайте, что грязь, просто ткань тогда не отбеливали) и в лаптях да онучах-обмотках. Длинные седые волосы его были собраны в пучок на затылке, а бородка аккуратно подстрижена.

И дедок был не прост. Лапотки – это так, временная обувка, лишь бы в лес сходить, а через плечо у старого висели добротные сапожки, мягкие и на завязках. Бережливый был дед.

Наряд его дополнял богатый ремень – широкий, с серебряными бляхами, круглыми, звездчатыми или изображавшими птиц со зверюгами. Это был настоящий воинский пояс, таким одаривали бойца при вступлении в дружину, а кого попало в гридь не принимали.

Для несведущих посторонних: гридь – это то же самое, что дружина, а рядовой зовется гриднем. Вот только воина из дружины нельзя называть дружинником. Дружинник – это, в наших понятиях, начальник ХОЗУ. Он следил за исправностью амуниции, оружия, щитов и броней всяких, закупал и хранил провизию, ну и так далее. Все ясно? Тогда продолжим.

В том, что первый встречный когда-то служил гриднем, сомнений у меня не было. И не потому только, что на поясе у деда висели ножны со здоровенным ножом, – воина выдавали повадки.

Взгляд цепкий, бесстрастный, не бегающий, как могло показаться, – это старец заросли глазами обшаривал, вычисляя, один ли я или кто еще есть.

Дед нес лукошко в правой руке – и переложил его в левую, чтобы не мешало клинок выхватить да вражину почикать. Впрочем, никакой агрессии – старому гридню было даже любопытно, что это за тип по лесу шатается.

Рубаха проста – а не огнищанин[2], меч за плечами – а не воин.

– Здрав будь, отче, – поклонился я.

– И тебе поздорову, – степенно откликнулся старик.

Несмотря на возраст, голос его сохранил силу – такой у нашего сержанта был. Как заорет, бывало: «Рота, подъем! В ружье!», так легко с сиреной перепутать.

– А верной ли дорогой иду, попаду ли к Новогороду? – спросил я нараспев (такая уж мелодика у старорусского).

– Если с тропы не свернешь, аккурат к Новому городу выйдешь, – проговорил он, – а ежели левее возьмешь, у стен Городища окажешься.

– Слыхал я, в Городище том князь ваш проживает с дружиной своею… – проговорил я с самым невинным выражением.

Надо же как-то сведения выпытать! А то не знаю до сих пор, туда я попал или не туда.

– Не соврали тебе люди добрые, – молвил дед серьезно, – правду сказали.

– А как зовут князя? – выпалил я.

Глаза дедовы обрели колючесть.

– А сам-то кто будешь, человече?

– Волхвы мы, – наметил я скупую улыбку (давно хотел так написать, штрих такой мужественный добавить к своему портрету).

Эге! А статус-то я верный себе назначил! Ишь, с какой опаской глянул старый. Отступил даже на полшага, и руку правую подальше от истертой рукоятки убрал – во избежание.

– Не боись, отче, – сказал я снисходительно. – Зла людям не чиним, а о князе спросил, лишь бы убедиться, туда ли попал. Не Олегом ли наречен князь ваш? Не Вещим ли прозван?[3]

– Так и есть, – приободрился старик.

– Добре! – обрадовался я, хоть и виду не показал. – А имя мое – Ингорь.

Надо сказать, что в те времена люди просто так не представлялись – опасались, что нечистая сила услышит имя и пакостей понаделает. Тогда слово считалось равным деянию, люди не то чтобы верили в заклинания – убеждены были в их силе. А если колдун или злой дух узнавали имя твое, то обретали над тобою власть. Поэтому люди, хоть и представлялись друг другу, но с замысловатыми оговорками, лишь бы нечисть запутать.

И тут еще один момент – коли уж я спокойно назвался, стало быть, не боюсь всяких виев да упырей с вурдалаками, сильней я их. Настоящий волхв.

Помолчав, дед сказал осторожно:

– Люди называют меня Гюрятой, сыном Полюда из рода Мирошкиничей.

– Мир тебе, Гюрята!

– Мир и тебе, Ингорь!

Старец поклонился, и мы разошлись. Гюрята прошел совсем рядом, и я решил, что не так уж он и стар, как кажется, – лет полста, от силы.

Встреча эта меня изрядно взбодрила – я понял, что попал в «правильное» время и что язык мой до Новгорода точно доведет, а потом и до Киева.

Дальше тропка пошла глухая, и тут я дал маху – потерял бдительность. И IX век тотчас же напомнил о себе.

Пичуги, только что распевавшие, затихли – явный признак чьего-то присутствия, а я не обратил на это внимания. Занят был приятными переживаниями, полон позитива.

Сильнейший тычок в спину едва не свалил меня. Пошатнувшись, я заметил оперение стрелы, воткнувшейся мне в спину. Если бы не бронежилет, тут бы «волхв» и врезал дуба.

Оглянувшись, я увидел заросшего, лохматого мужика, затянутого в кожаную куртку и штаны охотника. В руках он держал лук – не боевой, от которого меня не спас бы никакой кевлар, а охотничий.

Стрела с граненым острием, выпущенная из лука, усиленного костяными накладками и оленьими жилами, при попадании сносит человека с места.

А этот… леший выпустил в меня, наверное, срезень – это такая стрела, наконечник которой больше всего смахивает на топорик. Если обычная стрела как бы затыкает собой рану, то срезень позволяет литься крови, ослабляя жертву.

Я даже испугаться не успел, зато разозлился страшно. Терпеть не могу, когда на меня наезжают! А уж если покушаются…

Нет, если бы «леший» умотал с перепугу, я бы плюнул и ушел. Так нет же, этот придурок выхватил из колчана-тула новую стрелу, молниеносно снарядил лук и вскинул, намереваясь добить.

Именно ярость помогла мне преступить заповедь «не убий» – я выхватил пистолет и нажал на спуск. Прогрохотал выстрел, а промахиваться меня еще на заставе отучили. Правда, целился я в голову, а попал в шею, разорвав сонную артерию.

«Леший» только и успел, что руки вскинуть, обронил свой лук да и выстелился. Но это был не конец.

Из-за дерева выскользнул еще один тип в коже, тоже нестриженый и нечесаный. Этот с ходу замахнулся метательным топориком, но ему помешал Гюрята – старикан бесшумно возник за спиной лешего № 2 и всадил тому нож в спину без особых церемоний. Лезвие вышло спереди, прободав насквозь печенку, а с такими травмами долго не живут.

Нумер второй упал на колени, раззявив рот, и по клочковатой бороде его хлынула темная кровь. Гюрята выдернул клинок, и мужик мягко завалился на бок. Готов.

– А ты силен, волхв, – с уважением сказал старик. – Я шел за тобой, хотел проверить, правду ли баешь, а тут эти. Силен, однако…

– Он меня разозлил, – сказал я, заводя руку и выдергивая стрелу. – Что за дурные манеры – стрелять в спину?

Гюрята хмыкнул. Подойдя к убитому, он осмотрел тело и ножом выковырял пулю, застрявшую у «лешего» в хряще позвонка. Полюбовавшись ею, старик покачал головой:

– Однако… Стрелой без древка убил, с огнем и громом… Силен!

Я скромно потупился.

– А насчет этих, – Гюрята небрежно кивнул на трупы, – не беспокойся. Никто с тебя виры не стребует – это же братья Твердославичи, оба изгои. Позволь стрелу твою себе взять!

– Дарю! – сделал я широкий жест.

И мы расстались, если не друзьями, то добрыми знакомцами.

Нападение здорово меня взбудоражило – сердце колотилось, губы пересохли, во рту кисло от адреналина, но никаких мук совести я не испытывал.

Напротив, злое торжество переполняло меня.

Они первыми начали – и получили свое. Тем более – изгои, изверги. Изверг в буквальном понимании этого слова – человек, изгнанный, извергнутый из рода. Гнали таких за гнусные преступления, и это было серьезным наказанием – судьба изгоев была печальна. Они же вне закона! Любой может убить изверга или чужака-одиночку. И ничего ему за это не будет.

Но не дай вам боги учинить насилие над обычным свободным человеком, не рабом! Тогда за него вступится весь его род, и горе вам! Хорошо, если родичи согласятся на выкуп – ту самую виру, а ведь могут и кровную месть объявить. И тогда не только вас кончат, но и весь ваш род вырежут.

Жестоко? Еще как. Зато действенно – ни один дурак не решится на умертвие, уж слишком это чревато. Здешние законы не знают смертной казни – зачем? Не Европа, чай…

Чужак-одиночка… Я усмехнулся. Во-во… Это про меня. Наверное, братцы Твердославичи не зря именно меня «мочить» решились – я же тут никто! А местных они всех знают – в теперешнем Новгороде едва ли тысяча человек проживает. Большая деревня.

Так что бди, чужак! Нет, до чего ж мы умные оказались, возведя себя в волхвы! У этих «кудесников, любимцев богов», как и у воинов, особый род. Если ты убьешь гридня, то будешь иметь дело со всей дружиной. Нападешь на волхва – обидишь богов. А уж эти высшие существа устроят тебе веселую жизнь!

в которой я ночевал не дома

Перейдя ручей Жилотуг по добротному мосту, сложенному из бревен, я вышел на опушку леса. Опушка эта была искусственной – попросту деревья были вырублены в широкой полосе между чащей и крепостной стеной, дубовые бревна которой лишь начинали чернеть – год или два как выставлены.

Стена шла по верхушке высокого вала, скатывавшегося в глубокий ров. Вот уж где работенки хватило! Попробуй-ка без экскаватора такую массу земли перелопатить!

Правда, тут раньше ручей протекал, так что строители всего лишь расширили русло. И получилась полуречка-полуканал, Славенская Копань.

И зря в будущем фыркали глупые небрежители родной земли – дескать, из дерева только варвары строят, а вот в Европах…

А что в Европах? Там сейчас такая же тайга кругом, как и здесь, и замки рыцарские больше всего напоминают большие бревенчатые избы с утоптанным земляным полом, посыпанным соломой, в которой роются куры. И ходит тамошний «лыцарь» босиком, пинает несушек и собак, чтоб не лезли, дует кислое пиво и стряхивает с себя сереньких вошек – просвещенные европейцы отродясь не мылись.

Это раньше, еще при римлянах, были термы с горячей и холодной водой, а ныне там полная антисанитария.

Что же касается крепостной стены, срубленной из дерева, то проломить такую куда сложнее, чем выложенную из камня. Таран не возьмет ее, отскакивать станет – древесина упруга. Да и стена-то толста! Строили так: возводили две стены из бревен, а между ними засыпали землю, глину да камень. Поди-к, возьми!

Я вышел к строящемуся городу с юго-востока, к Славенскому концу. А вообще вся эта сторона Новгорода, по правобережью Волхова, будет называться Торговой – потом, лет через двести, когда Торг перенесут сюда. Пока же продавцы и покупатели шумят на противоположном берегу, в южной части Детинца, новгородской цитадели.

Воротная башня находилась ближе к Волхову. К ней вел мост без перил, не подъемный, обычный, но крепкий – телега с сеном по нему проехала, а он даже не загудел.

Я двинулся следом. Стражи у ворот бдели, но мне особого внимания не уделили. Часовые были молоды, с редкими бороденками, отчего смахивали на дьячков, в кожаных доспехах и с копьями. Шлемы у них тоже были из нескольких слоев толстой кожи, возможно, турьей, с нашитыми крест-накрест полосками бронзы.

Дороги тут латы, даже кольчугу отец передает в наследство сыну, а вооружаются в основном копьями да секирами. Мечи редки, клинок – это статус. Да и попробуй его купи!

Хороший меч приличной ковки, дамасской или харалужной стали, стоит полтора кило золота, по весу, и даже обычный клинок обойдется в цену доброго коня. Это где-то пятьдесят-сто дирхемов. Иначе говоря, от полутора до трех золотых динаров[4]. Круто.

Наверное, братишки-лесовики потому и соблазнились, что меч мой разглядели. Решили, что раз уж с мечом, стало быть, и с деньгами. Ну, правильно в общем-то решили.

Я зашагал по главной улице – Большой Пробойной Славенской. Ее пересекали Кончанская, Варяжская, Нутная и Виткова. Несколько усадеб уже были выстроены, кое-где участки домовладений были огорожены частоколом, но за воротами наблюдался «нулевой цикл» – работяги копали фундамент, укладывали камни, а то и зачинали первые венцы будущего терема. Но чаще всего попадались пустыри, где торчали пеньки да несрубленные кусты – заходи и стройся.

И строились – стук топоров, визг пил, скрип тёсел доносились отовсюду. Ударная феодальная стройка.

Покрутившись, я выбрался на берег Волхова. Детинец на том берегу не внушал особого почтения – крепостца как крепостца.

И базар при ней, то бишь Торг, также не выглядел очень уж оживленным. Да оно и понятно, Новгороду всего несколько лет исполнилось, не все еще и слыхивали о нем. Основное торжище расположено на другом конце Волхова, возле устья, в Ладоге. Ее еще Альдейгой называют.

Ладоге уже больше ста лет. Тут я усмехнулся – не прошли даром дедушкины штудии, все в памяти держится!

Углядев торговца, разносчика снеди, я мигом ощутил голод. А тут и запахи такие накатили, что я чуть слюной не захлебнулся. Достав из кошеля дирхем, я призадумался.

На лотке у торгаша румянились кулебяки, пирожки, расстегаи, а то и просто куски отварного мяса, завернутые в лепешку. Вкуснятина, конечно, но за дирхем я легко куплю десяток кур или шкурку куницы. Или нож.

Короче, надо разменять.

– Кулебяку мне, два расстегая и… Пирожки с чем?

– С ягодой и медом! – залучился представитель местного фастфуда.

И протянул дирхем. Торговец довольно кивнул и вытащил нож. Прямо на ближайший пень положил мою серебряную монету и приставил к ней нож. Поднял голову, молчаливо спрашивая: так пойдет?

– Если кусок холста найдешь, чтобы завернуть, и хороший кусок мяса, да с хлебом, – сказал я, – то режь пополам.

И протянул мне сдачу – половинку разрезанного дирхема. Аккуратно завернув мой заказ в чистую холстинку, вручил узелок мне.

– Благодарствую, – сказал я и объявил перерыв на обед.

Что сказать? Очень даже ничего. К пирожкам тем еще бы и чайку…

Но это уже капризы избалованного индустрией организма. Зато в потребленных мною яствах точно нет никаких последов цивилизации – всяких консервантов, ароматизаторов да стабилизаторов.

Поев, я украдкой глянул на часы и засобирался «домой».

Пока дойду, пока то, сё… Лучше обождать, чем опоздать.

Бодрым шагом я отправился назад, сытый и довольный. Все слопать я не смог – ничего, угощу жителей XXI века от щедростей IX.

К месту встречи я добрался в половине седьмого. Солнце уже закатилось, начало темнеть, и я нетерпеливо ожидал, когда же в воздухе очертится ярко-лиловый квадрат.

Часы пискнули, озвучивая «19.00». Я сидел на поваленном дереве, рядом с тем самым запущенным идолом, и неторопливо поднялся, готовясь сказать что-нибудь умное, типа «маленького шага человека» – как там Олдрин зачитал придумку земных пиарщиков.

Пять минут спустя мое растущее нетерпение сменилось глухим беспокойством. Прошло еще с четверть часа, и я сел обратно на бревно. Идол, как мне показалось, злорадно улыбался.

Я нисколько не сомневался в друзьях, они просто не способны были бросить меня. Значит, это МВ забарахлила.

Хотя какая мне разница? «Эмвешка» у нас не на гарантии. Кто, даже в том веке, возьмется чинить машину времени, возможно, обломок корабля пришельцев-негуманоидов?

А что? Придумали же Стругацкие звездолет-гравитабль, запитанный от «двигателя времени»? Потерпел такой гравитабль аварию в незапамятные времена, негуманоиды его починили, негодную деталь выбросили, а дед ее раскопал. И запер в тайной комнате…

Господи, поморщился я, и о чем только у меня мысли! На часах восемь скоро, ночь на дворе, а он всякой ерундой голову забивает!

И пошел я в сторону заката, ночлег искать – спать под деревом меня как-то не тянуло…

В город меня не пустили – с наступлением темноты все ворота Окольного города (то есть внешней стены) закрывались, и откроют их только утром.

Стражи на башне вошли в мое положение и дали совет – топать вдоль стены до моста, перейти на тот берег и встать на постой в Детинце. Там даже ночью принимают гостей – мало ли какой купец запоздает.

Я последовал совету и побрел к мосту. Вообще-то Великий мост впервые упомянут в летописи за XII столетие, но кто сказал, что его не построили раньше? Вот сейчас и проверим…

Я вышел на берег и осмотрелся. Яркая луна превращала течение реки в широкую серебряную ленту, поперек которой чернели быки моста – их тут называли городнями.

Городня – это крепкий бревенчатый сруб, заостренный против течения и набитый камнями.

Волхов – очень своенравная река, зимой она почти не замерзает, зато весной по ней сходит лед, сносимый с Ильменя, – не всякий мост выдержит подобный напор.

Я поежился. Моста не было.

Мастера местные выставили десять или больше городней, а вот сами пролеты между ними только-только начинали класть. Лишь у самого берега были уложены бревна в один слой по всей ширине моста, а дальше были сплочены где три, где всего парочка ошкуренных стволов.

Тяжко вздохнув, я пошагал. Бревна сидели крепко, но балансировать на двух бревнах, сохраняя равновесие над бурливой рекой, – то еще удовольствие.

Один раз нога соскользнула – я мигом присел, перебарывая желание двигаться дальше на карачках, и медленно выпрямился.

Нам ли, волхвам, на четвереньках бегать? И выбрался на западный берег.

В Детинец меня пустили без разговоров. Тиун, местный чиновник (и видно, что хитрован), тут же подкатился, став в позу «Чего изволите?»

– Мне бы переночевать, – сказал я со значением, – но чтобы не где попало.

– Постоялые дворы почти полны, господине, – зажурчал тот, – лишнюю койку найти трудно, потому как дешева. А вот в гостином дворе и выспитесь на мягком, и попотчуют вас горячим. Если помыться желаете с дороги, то тут недалеко торговая баня[5] Гостяты.

– Ну, я пока не слишком запылился… Веди меня на гостиный двор.

– Вот и правильно, вот и ладно! – обрадованно зачастил тиун.

Видать, перепадало ему от местных «отельеров».

Гостиный двор меня не впечатлил особо. Больше всего он напоминал три барака, сложенных из бревен буквой «П», лишь над средней «планкой» возвышался второй этаж.

Внутри царил полумрак, разбавленный огнем свечей. Хозяин, увидев дирхем, мигом расстарался, погнал сонных девок стелить мне в горнице наверху да ужин подавать.

– Все еще горячее, – уверял он, – прямо из печи! Поснидайте.

Я только рукой махнул – неси!

Днем я был бодр, а вот ближе к ночи словно иссяк во мне заряд. Или это от того, что расстроился я, не попав домой? Не знаю, устал, короче.

На ужин подали кашу с мясом, пирожки да сбитень горячий. Несмотря на тревогу и беспокойство, аппетита я не потерял.

Полати, на которых мне постелили, ничем особенным не отличались от привычной мне кровати – на решетке из кожаных ремней лежала перина, набитая, правда, не пухом лебяжьим, а гусиным пером, но я не привередлив. Лишь бы чисто все было.

Раздевшись, я лег, положив пистолет под подушку. Этот предмет постельной роскоши на Руси был редок. Простолюдины спали, подложив под голову одежду, но у меня в «номере» имелась арабская подушка – расшитая узорами, с кистями и бахромой.

Укрывшись стеганым одеялом, я закинул руки за голову да призадумался. Правда, долго размышлять мне не пришлось – скрипнула дверь, и вошла девица в расшитой рубахе. На поставце горела всего одна свеча, так что разглядеть прелестницу было трудно. Но можно.

Хорошенькая. А грудь такая высокая, что можно сверху книгу положить – не упадет.

Девушка вынесла грязную посуду и вернулась с еще одной свечой. Накапав воска, она ее установила и спросила, дразняще выгибаясь:

– Чего еще желаешь, господине?

Думал, она обидится – нет, девица улыбнулась, расстегнула свою понёву, спустила рубаху… Свет двух свечей облил оранжевым стройные ноги, крутые бедра и роскошную грудь.

Красавица изогнула свой стан, расплетая косу, и легла рядом.

Никакой напускной стыдливости я в ней не почувствовал – девица сразу прижалась ко мне, ее ладонь огладила мне живот, спустилась ниже… Задыхаясь, я стал ее лапать и тискать.

Мы еще долго барахтались, пока не угомонились.

А утром продолжили.

Было свежо, а стекол тут не знали. Бажена – так звали мою неожиданную подружку – гибко встала, потянулась так, что я опять чего-то захотел, и отдернула плотную занавеску. Девичье тело засияло в розовом зоревом свете, и я даже про утехи забыл – лежал и любовался.

– Ты очень красивая, – сказал я.

Бажена томно улыбнулась. Вернулась ко мне на полати, присела, наклонилась и поцеловала – не страстно, а нежно и ласково.

И я начал мучительно думать, что же мне делать, как поступить.

Мне казалось, что девушка отдалась мне лишь для того, чтобы подзаработать. Здесь, в этом времени, иное отношение к любовным утехам – поповщина еще не подпортила естественный взгляд на секс. Но и разврата, тотального блуда

, в котором церковники всегда винили язычников, тут тоже не замечалось.

Существовала целостная, стройная и строгая система обычаев и табу, поступиться которыми нельзя – тебе же хуже будет, здоровью твоему, мужчина ты или женщина.

Вот я и мучился. Как мне отблагодарить Бажену? Просто заплатить ей? А вдруг это обидит ее?

Мне вовсе не хотелось делать девушке больно. И тут меня озарило – я вспомнил, что в моем кошеле не только дирхемы с динарами. Там еще лежала серебряная проволока, от которой можно было отрубать кусочки-рубли, несколько колец и перстень с изумрудом. Здесь он называется смарагд.

Я мигом сунул руку под подушку, порылся и вынул перстень.

Взял руку Бажены и со словами «Это подарок!» надел ей украшение на палец. Глаза девушки округлились, ротик тоже, и она выдохнула:

И бросилась меня целовать. Да так, что у меня кровь закипела, и мы снова стали барахтаться…

в которой я знакомлюсь с тёзкой

НОЖ БАБОЧКА Warface из линейки. Как сделать KNIFE BUTTERFLY Warface из дерева своими руками DIY

Гостиный двор я покинул, оставляя в душе и теле приятные воспоминания. Тогда же у меня родилось чувство странной причастности к этому миру.

В принципе, ничего удивительного – вокруг лежала та же земля, что и в далеком будущем, и заселяли ее те же люди. Разве что понятие «Родина» было для них иным.

Словом «русь» в этом времени обозначали одно из племен, князей которого местные призывали, чтобы те правили ими, гоняли ворогов и порядок наводили. А общего названия для всех, живущих вдоль пути из варяг в греки, не существовало.

Жили тут «финны», то бишь финно-угры – карелы, весины с чудинами, меряне, голядь и водь, ятвяги и подданные жрецов криве, записанные Нестором в какие-то кривичи; скандинавы – нореги, даны и свеи; тюрки – северяне-савиры и булгары-ульчилары, которых тот же летописец окрестил уличами, а в степях озоровали печенеги, совсем недавно откочевавшие из-за Волги. Национализм только-только зачинался, для тех же новгородцев киевляне или москвичи были чужаками.

И первой силой, собирающей столь разные племена в единый народ, должен был стать меч – Олег Вещий был твердо намерен продолжить дело Рюрика.

На ум мне пришла мысль о второй силе – вере. С каким бы предубеждением я ни относился к христианству, но это была единственная религия, подходящая всем народам будущей России.

Хотя, если подумать, с какой это стати мы должны позволять себя крестить попам из Константинополя? Кто они такие?

Внедрим свою церковь! Чтобы Бог был воистину един, безо всякой Троицы, а Христос являлся человеком, иначе его воскрешение с вознесением ничего не значат.

Ежели Иисус – сын божий, то что ему стоит потерпеть муки на кресте? И стоит ли вообще говорить о воскрешении бога? И какой, интересно, пример может дать смертным Господь?

ОФИГЕТЬ! СЕКРЕТНАЯ АНИМАЦИЯ НА НОЖ БАБОЧКУ В Standoff 2 | ПРОВЕРКА МИФОВ В Стандофф 2 #19

А вот пропишем, что Христос был сыном плотника, но заповедь новую дал людям. Распяли его, но Христос воскресе.

Совсем же другое дело!

Следовало, правда, поспешать с Булгарией – скоро туда заявятся миссионеры из Халифата. Надо их опередить.

Я только головой покачал. Ничего же еще не сделано, и неясно вообще, выйдет ли чего. Ведь я тут один.

Хорошо, если сегодня откроется межвременной проход, и я увижу друзей. А если нет? Если я тут навсегда, на всю свою жизнь?

– И один в поле воин, – сказал я мужественным голосом, – если он не чмо.

Прогулявшись по Детинцу – удивляло отсутствие храмов с крестами на куполах, – я выбрался на берег Волхова. Мостовики уже вовсю работали, тягали бревна, стелили, так что я перешел на правый берег без проблем – днем это было не трудно.

Выйдя на Большую Пробойную, я и тут заметил «дорожников» – они укладывали «твердое покрытие». Тяжелые деревянные плахи и брусья выстилали улицу, а по сторонам даже поребрик набивался.

Да, это вам не Европа какая, тут из окон ночные горшки не выплескивают, а улицы не походят на смрадные канавы.

Сначала я не хотел возвращаться на поляну с идолом – рано ведь еще, да и зачем привлекать внимание к тому месту. Но потом подумал: а вдруг друзьям удалось-таки починить МВ, или что там у них случилось, и они оставили мне записку или знак какой? Держись, дескать, мы скоро!

И я потихоньку зашагал из города.

Чем ближе была поляна, тем больше надежд я питал. И тем горше было разочарование – никаких знаков, записок или иных следов не обнаруживалось.

Ну и ладно, решил я, подожду до вечера. Не доходя до валуна, свернул в лес, на едва набитую тропу, которая уводила к югу. Может, думаю, в Городище побывать? Погляжу хоть.

Не знаю, сколько я шел, но вдруг услышал детский крик. Испуганный голос верещал: «Не подходи! Не подходи!»

«Педофил, что ли, объявился?» – подумал я по привычке жителя XXI века и ринулся на помощь. Терпеть не могу эту мразоту.

Выскочив на небольшой лужок, я увидел маленького мальчика, годиков трех с виду. Он прижимался спиной к березе, а на него наступал… нет, не мужик-детолюб, а матерый волчище, да не один, а с приятелем. Соблазнились, видать, человечинкой.

Взрослый их и не увидел бы, наверное, побоялись бы серые на глаза показываться, а малышом чего ж не закусить?

Увидев меня, волки не удрали, поджав хвосты, а оскалились – мол, это наша добыча, не трожь!

Молча выхватив меч, я бросился к тому зверю, что был ближе к мальчику. Лютая животина оказалась – ляскнув пастью, волк бросился на меня, но сталь оказалась острее клыков. Да и быстрее – одним махом я разрубил хищнику горло, и тот рухнул в траву.

Второй волчара оказался хитрее – он не стал со мною связываться, а молниеносно кинулся к мальчику. Схватить – и в лес.

Не поспевал я за ним ни бегом, ни в прыжке, поэтому схватился за «тэтэшник». Выстрел прогремел оглушительно.

Волк «поймал» пулю в прыжке и свалился, перекатываясь, у самых ног малыша. Тот стоял, бледный и неподвижный, как забытая кукла.

– Напугали тебя? – улыбнулся я, пряча пистолет и обтирая меч о серую шкуру.

– Ага… – вымолвил мальчик. Подняв круглые глаза, из которых еще не ушел ужас, он спросил: – А ты кто?

– Немного волхв, немного воин.

– А пусть маленьких не обижают!

Мальчик засмеялся, хоть и через силу.

– Тебя как звать-то? – поинтересовался я.

– А ты никому не скажешь? – малыш глянул на меня исподлобья.

Деревянный нож бабочка типа КС ГО градиент

Я положил руку на меч и поклялся, что никому.

– Все зовут меня Ингорем, – доверчиво выложил мальчик.

– Да? Как интере-есно… Меня тоже Ингорем зовут. Как же ты тут оказался, а?

– А это воевода наш дразнится постоянно, что я зайчишка-трусишка. А я тогда один в город собрался! Я бы дошел, только заблудился немного…

– Понятно. А живешь ты где?

– Да? Ну пойдем тогда, проведу тебя. А то вдруг еще какой зверь попадется.

Ну, далеко мы не ушли. За разговором я не расслышал множественного движения, и неожиданно на лужке стало тесно – из лесу повалили конные. С мечами, с секирами, с короткими охотничьими копьями.

Могутный дядька в полном боевом, но без шлема, сверкая бритой головой и мечом наголо, сразу на меня наехал, но тут малолетний Ингорь загородил меня своим тщедушным тельцем и завопил:

– Не трогай дядю волхва! Он меня от волков спас!

Дядька ловко спрыгнул с коня, бросая клинок в ножны.

– Цел? – рявкнул он.

– Да целый я, целый… – пробурчал малец.

Я стоял с опущенным мечом, не зная, совать ли его в ножны или оружие сейчас мне понадобится. Вдруг да не поверят пацаненку или просто так, для профилактики, решат замочить. Мало ли…

Тут из строя воинов выехал всадник на вороном коне. Богато отделанное седло, узда, серебром украшенная, дорогая кольчуга до колен, шлем с золотой насечкой и меч в сафьяновых ножнах с каменьями выдавали человека знатного. А расшитый плащ-корзно, застегнутый на плече золотой фибулой, и богатая шапка, похожая на тюбетейку с меховым околышем, сразу выдавали князя.

Бритоголовый поклонился ему и начал:

Олег – а кто бы еще это мог быть? – поднял руку, останавливая дядьку.

– Я все слышал, Рогволт, – сказал он и обратился к пацаненку, строго сказав: – Мал ты еще, чтобы одному по лесу шарахаться, Ингорь Рюрикович.

Малыш понурился и зашмыгал носом.

– Так ты – сын Рюрика? – поинтересовался я.

– Да! – тут же воспрял Ингорь. – Рюриковичи мы!

– Молодец, что не сплоховал.

– Но ты же не плакал?

– Нет! – мигом загордился князь Игорь. Будущий.

Неожиданно я заметил в свите князя старого знакомца – Гюряту. Седой подъехал к князю и что-то тихо сказал ему. Олег, глядя на меня, кивнул.

– Так кто ты, – спросил он, – волхв или воин?

– Трудно сказать, княже, – усмехнулся я, отправляя меч за спину. – Но в свое время полусотней командовал.

Ну, о том, что дослужился до старшего сержанта, я упоминать не стал.

– А ко мне пойдешь в дружину? – поинтересовался князь.

Олег Вещий рассмеялся, и сопровождающие его тоже заулыбались.

– А ты, я вижу, цену себе знаешь! Десятским тебя назначу. Лады?

– Лады, княже. Для начала можно и десятским…

– А потом? – полюбопытствовал князь.

– Надеюсь, что и в тысяцкие выйду, и в темники…

– Темники? – нахмурился Олег. – А ведомо ли тебе, сколько душ в одной тьме?

– Десять тысяч, княже, – спокойно ответил я. – И половины тьмы не наберется в твоей дружине, я знаю, но многое, если не все, зависит лишь от твоего хотения и веления.

Мне был виден тот хищный блеск в глазах князя, который лучше всяких тестов доказывал амбициозность Олега.

Раньше его угнетало положение второго человека после Рюрика, а теперь он, по сути, снова второй – регент при малолетнем Ингоре.

И Олег спешил, ему некогда – надо было оставить после себя державу, в величии которой все тутошние короли устыдятся собственного убожества.

– И ты знаешь, Ингорь Волхв, – медленно проговорил князь, – как собрать такое войско, в коем будут тьмы и тьмы?

– Знаю, княже. Я служил в таком войске.

Положение обязывало – Олег не мог наброситься на меня с расспросами. И вот он, пригашивая свое нетерпение, знаком велел привести мне коня.

Молодой воин подвел ко мне гнедого, косившего хитрым глазом. Красивый коняка – черная грива отвалом набок, хвост нервно дергается. Седло было обычным, но удобным для дальних переходов – с высокими луками.

Я вскочил, и гнедок тут же напряг спину, готовясь меня сбросить. Ну, это мы проходили – на заставе не только овчарок держали, но и лошадей, так что конник я хоть куда.

Князь Олег и почти все его окружение были из варягов, этакого ордена меченосцев. Вот, скажем, в Скандинавии здешней проживают даны и нореги, а как зовут выходцев из этих племен, что садятся на корабли и отправляются в грабительский поход? Викинги!

Так вот, варяги – это то же самое. Пираты, мореходы и бойцы племени русь. Варяги на своих лодьях доходили до Севильи, где сейчас правят арабы, и вволю грабили и жгли тамошние селения.

Варяг – это воин божьей милостью. В море или на реке он непобедим, а когда варяги сходят на берег, то становятся лучшей тяжелой пехотой в мире.

Но кавалеристы из них никакие. В лошадях знают толк близкие соседи русов – хазары, савиры, булгары или угры, не говоря уже о печенегах, а вот для варягов кони лишь средство передвижения.

Доехали до поля боя – и спешились.

Мне, конечно, далеко до печенега, джигитовке и прочим штучкам не обучен, но по сравнению с варягами я – истинный кентавр.

И когда гнедок заржал, вставая на дыбы, я его живо укротил.

Конёк попрыгал, покрутился, пофыркал и успокоился, поняв, кто главный. А я все это время сидел как влитой, небрежно удерживая равновесие. Герой родео, в общем.

Достав из котомки вчерашний пирожок, я дотянулся и скормил вкусняшку гнедому. Животина отказываться не стала.

Когда я угощал коняшку, то краем глаза приметил – князь со своими переглядывается. Видать, мои показательные выступления оценивали. Судя по всему, я получил высокие оценки.

«Шесть-шесть, шесть-пять, шесть-шесть…» – как в любимом мамулькином фигурном катании.

Стряхнув крошки, я перевел взгляд на князя.

– Благодарю, княже, добрый конь.

Тот кивнул, улыбнулся и махнул рукой:

Бритоголовый Рогволт, не покидая седла, подхватил Ингоря Рюриковича и усадил с собою. По одному все конные проехали узкой тропой, миновали мост, а на том берегу дорожка раздалась в добрый шлях.

Незаметно я оказался рядом с князем. С минуту Олег выдерживал паузу и лишь затем спросил, не поворачивая ко мне головы:

– Ты говорил, что служил в большом войске…

– Да, княже. Тем войском командует выборный король, как конунг у нурманов. Путила – так его зовут.

– Во! – удивился Рогволт, оказавшийся поблизости. – Знавал я одного Путилу!

– Не перебивай, Рогволт, – досадливо поморщился Олег. – Так как же Путила собрал большое войско?

– А вот как, – продолжил я открывать секреты. – Была у него поначалу дружина, как у всех окрестных владык. И вот решил он собрать настоящие вооруженные силы. Чем они отличаются от дружины? А тем, что служат всегда, каждый день. Когда идет война – воюют, а когда мир – проводят учения. Это как бы война понарошку, чтобы боевой навык не растерять. И сказал выборный король своей дружине: «Каждый из вас отныне поведет войско! Вы – самые опытные и знающие, будете теперь, как я над вами, над своими десятками и сотнями!»

И вот каждый десятский набрал себе десяток ополченцев-воев из охочих людей – молодых парней, имевших тягу к воинскому делу. Каждый день он гонял своих добровольцев – они и бегом бегали, и силушку себе добавляли, тяжести таская, боролись, стреляли из лука, метали копье, бились на мечах да секирах. И через год Путила построил свое большое войско…

– Так не бывает! – сказал Олег с разочарованием.

– За год! – фыркнул Рогволт. – Ха! Да за год вои едва копья научатся держать!

– Княже, – молвил я терпеливо, – этой науки вполне достаточно. Знаешь, что главное в большом войске? Вовсе не умение, а дисциплина! Дисциплина – это полное послушание командиру. Если командующий дал приказ – воины должны его исполнить. Сразу же, быстро, четко, не рассуждая и не споря! А для тех, кто нарушит дисциплину, наказание бывает разное, но чаще всего – смерть. Вот ты представь себе только: большое поле, а на нем войско стоит. Кинешь взглядом налево – не видать края тому войску. Кинешь взгляд направо – до самого небоската бойцы стоят! Да как стоят! Смирно, ровно, ряд за рядом. Десяток подчиняется десятскому, пять десятков и пять десятских – полусотнику. Две полусотни – сотскому. Десять сотен – тысяцкому. Десять тысяч – темнику. И вот две таких тьмы будут способны завоевать Булгарию или Хазарию! Не веришь? Был у греков такой воевода, звали его Александр Македонский. Собрал он дружину в две с половиной тьмы и отправился бить персов. А те вышли огромной толпой – шестьсот тысяч воинов. Шестьсот тысяч! Но Македонский разбил персидское войско! Как? Во-первых, он умел воевать. Во-вторых, его дружина умела держать строй. Представь себе тысячи копьеносцев – они шагают, выставив свое оружие, а на них мчатся персидские конники. Но что лошадь против крепкого копья? Волчья сыть! Вот дружина твоя, когда наступает клином, что делает?

– Бьется, – буркнул князь.

Учу Трюки с Ножом Бабочкой | Обучение Флиппингу

– Она держит строй! – с силой сказал я. – А тут тот же клин, только не из десятков мощных воинов, а из тысяч обученных воев. Да, каждый из них не продержится, схватившись с любым бойцом из твоей дружины. Вон, Рогволт легко уделает полдесятка таких, но вместе они – сила, а когда их тысячи и тьмы, эти слабые вои непобедимы. Так-то. Ну, копейщики, меченосцы – это еще не все. Представлена в войске у Путилы и сильная конница. Куда ж без нее? Есть легкая конница из лучников, а есть тяжелая. О-о! Это самое великолепное зрелище, которое я видел – атака тяжелой конницы! Каждый всадник полностью, с ног до головы, укрыт железными латами. Даже конь его защищен маской и тяжелой попоной чуть ли не до самой земли – стрелы вязнут в той попоне. А в руке у конника – огромное копье в два роста. И вот эти бойцы, закованные в железо, направляют своих коней на врага и несутся на него, выставив копья. Земля дрожит под копытами могучих коней, а враг в ужасе бежит, ибо остановить разбег тяжелой конницы может только скала!

Князь заслушался, и я продолжил:

– Есть у Путилы и особое войско – воловьи упряжки тянут за собой осадные орудия, катапульты и баллисты.

– Слыхал о таких, – кивнул Рогволт.

– Если крепость не сдается, катапульты мечут в осажденных огромные камни, пуляют заостренные бревна, как стрелы, а могучие тараны, укрытые сверху, вышибают ворота. Бывает, что крепостные стены очень высоки и сложены из камня. Тогда к самой стене подкатывают огромную осадную башню, выше деревьев. Пока на нижнем этаже башни по стене лупит таран, на верхнем этаже дерутся бойцы, которые вровень с защитниками града. И град обязательно падет! Есть и флот – сотни лодей и больших кораблей с двумя мачтами, вооруженных сифонами, выдувающих на неприятеля «греческий огонь»…

– Ты знаешь тайну «греческого огня»? – резко спросил Олег.

– Ведаю, княже, – ответил я.

На самом-то деле никто толком не знает, из чего состоял настоящий «греческий огонь», но уж зажигательных смесей придумано немало, а огнемет устроить нам по силам.

Самые простые зажигательные смеси готовились в Великую Отечественную и нами, и немцами. Рецепты разные. Брали, скажем, семьдесят процентов солярки и тридцать – сырой нефти. Или на полбака нефти добавляли по четверти керосина и бензина. Главное тут – нефть, а она где попало не встречается. Ближе всего – полуостров Апшерон. Говорят, что и на Тамани нефть имеется.

В принципе, обычную горючую смесь можно здорово усовершенствовать, загустив алюминиевыми солями нафтеновой и пальмитиновой кислот. И получим напалм.

Но это для IX столетия почти недостижимая вещь. Хотя…

Кто его знает? Может, как раз монах Калинник, изобретатель «греческого огня», и додумался до напалма?

Я поглядел на князя – тот впал в задумчивость. Ну, думай, думай…

Идейку я ему подбросил и буду очень разочарован, если Олег за нее не ухватится. Ведь я не нес никакой отсебятины, а метод создания армии везде и всегда был один и тот же – дисциплина и строй. Что римские легионеры, что нукеры Чингис-хана побеждали именно этим. Недаром император Адриан возвел Дисциплину в божественное звание.

Я бросил взгляд на Олега Вещего – на губах князя блуждала улыбка. Клюнул, что ли?

Кажется, не просто клюнул, но и заглотил наживку вместе с блесной…

в которой я всемерно повышаю уровень боевой и политической подготовки

Городище в отличие от Новгорода выглядело старым. Да так оно и было – место тут удобное. На возвышенности и как бы на острове – крепость со всех сторон окружали либо протоки, либо берег Ильменя.

Стены Городища поднимались на травянистом валу и были черны от времени. Люди здесь жили всегда. По крайней мере, после того как отсюда восемь тысяч лет тому назад ушел ледник и развороченная земля начала покрываться травой, зарастать лесом.

Первую крепость на этом месте возвели еще раньше, чем в Ладоге, – уж больно выгодное расположение. Так что называть Городище Рюриковым не стоило – призванный князь въехал в давно отстроенную фортецию.

Скандинавы прозывали Русь именем Гардарики, что означало «Страна Крепостей». Получается, что Альдейга и Городище были первыми в этой стране.

Сюда, где Ильмень смыкался с Волховом, стекались не только реки, но и купцы, охотники, «работники сельского хозяйства». Природа сама устроила центр большой области там, где позже отгрохали Городище…

…С озера к крепости примыкали причалы, у которых толклись всяческие ушкуи, соймы, струги и лойвы, под парусами и без. Княжеские лодьи покачивались отдельно – военный флот!

…Правда, величиной боевые единицы рюрикова ВМФ не поражали. Надо полагать, то были не мореходные лодьи вовсе, а их уменьшенный вариант – скедии.

Лодья велика, она может взять на борт и сто, и двести воинов, по совместительству гребцов, вот только как ей пройти мелководной Ловатью до волоков на Днепр? И как одолеть сами волоки?

Я однажды видел в детской книжке рисунок, где варяги надрывались, переволакивая по бревнам большую океанскую лодью. Неужто у художника с редактором не хватило ума понять – корабль водоизмещением в двести тонн никакая команда, даже составленная из чемпионов-штангистов, не вытащит на берег, не удержит на ровном киле и не протащит километры по смазанным салом ходовым бревнам!

Мели и волоки устанавливали свой стандарт – путь по рекам совершали исключительно небольшие суда…

…Под боком у крепости процветал целый город. Так сказать, Старгород. Недаром же возник Новый.

Интересно, что прочного моста к воротам Городища не было – кони осторожно ступали по настилу, уложенному поверх огромных бревен – наплавных «пролетов». Оно и понятно – перерезал веревки, удерживавшие эти древние «понтоны» у берега, и мост снесет в озеро. И придется неприятелю штурмовать крепость с лодок.

Мы проехали воротами, и мне открылось Городище. Дымили кузницы, воняли кожевенные мастерские. В сторонке сшивали белые и синие отрезы ткани, мастеря парус. Плели канаты из пеньки и моржовой кожи. Подковывали лошадей. Мерно стучали молотами и ковадлами, «выбивая дурь» из раскаленного металла, превращая его в мечи, ножи, топоры.

В мощных амбарах и складах хранились запасы и меха. Целая команда грамотеев корябала стильями по бересте – местная бюрократия. На небольшом кургане весело горели костры, кольцом окружая маленький «домашний» храм Перуна.

А самое видное место занимали княжеские хоромы и гридница – полуказарма. В гриднице собирались на военный совет или пировали.

Надо сказать, терем Рюрика не поражал архитектурными изысками – это была большая просторная изба, поверх которой выстроили еще одну, поменьше. Причем лестница туда вела с улицы – широкая, с резными перилами, поднятая на мощные фигурные столбы.

Лязг, звон, ржание, говор резко усилились, стоило появиться Олегу. Гридни сбредались и шумели.

Убедившись же, что Ингорь Рюрикович жив-здоров, стали тискать малыша, передавая с рук на руки. Совсем князя избалуют.

Новенького распознали быстро. Тут уж доля внимания и мне перепала, спасителю дитяти.

Я почему-то думал, что Олег вспомнит обо мне не сразу, но оказалось, что тут все делается быстро, без волокиты.

Князь отдал приказ Рогволту – бритоголовый был его воеводой, и тот поманил меня за собой. Мы зашли в гридницу, всю обстановку которой составляли лавки вдоль стен да длинные столы – в будущем их принято называть монастырскими.

– Ну что, Ингорь Волхв? – усмехнулся Рогволт. – Послужишь князю?

– Я готов, – сказал я, холодея. – А тебе, я вижу, это не по нраву?

– Я тебя не знаю, Ингорь, – проворчал он, – а вот с Олегом я чуть ли не с малых лет. Все видел, все помню. Вечно Олегу кто-нибудь мешает, кто-нибудь да встанет на пути…

– Рогволт, – сказал я серьезно, – я пришел издалека не для того, чтобы мешать князю, а для иного. Больше всего на свете я хочу помочь князю – и делом, и волшбой. Олег – самый подходящий человек для того, чтобы собрать все земли окрест в могучую державу, которую станут бояться даже арабы и ромеи. Я хочу жить в стране, где проложены хорошие дороги, где купцы торгуют без обману и опасу, где лихих людей гоняют и можно будет гулять по городу даже ночью, не боясь, что тебя ограбят или зарежут. И я хочу, чтобы такой страной стала Гардарика, а по нашему – Русь!

По-моему, воеводу мои слова впечатлили.

– Ну а как? – удивился я. – У хазар – Хазария, у франков – Франкия. А мы же русы? Стало быть, и жить нам на Руси.

– Боюсь, что веси с чудью такое не понравится.

– А мы их и спрашивать не будем! – улыбнулся я.

Рогволт расхохотался и хлопнул меня по плечу:

– А ты мне нравишься, Волхв!

Подойдя к окну, он высунулся во двор и прокричал чисто сержантским голосом:

– Воист! Рулав! Карл! Линду! Тойво! Ивар! Лют! Идан! Ратша! Фолар! Ко мне!

Послышался топот, и вскоре в гридницу явились молодые воины – ровно десять. В Европе таких, как они, именовали пажами, нурманны звали их дренгами, а на Руси – отроками.

Это был низший разряд княжеской дружины, комплектовавшийся из сыновей самого князя, боярских детей и отпрысков гридней, то есть старших воинов. Так сказать, «дедов», ветеранов боевых действий.

Каста. В принципе, это было разумно – формировать дружину из своих, у которых армейщина в крови, но тогда и выбора нет. А ведь за пределами узкого круга боярства и всяческого княжья полно народу с талантами бойцов. И что? А ничего.

Посторонним вход в дружину был запрещен, а если кого и брали со стороны, как меня, к примеру, то такую милость надо было заслужить. Не знаю уж, добился ли я расположения Олега или это продолжалась проверка.

Во всяком случае, я не рядился пока с князем, не договаривался, то есть и торжественного приема тоже не наблюдалось.

Ладно, подумал я, проверяйте. Но сначала проверю я.

– Князь решил, что вы достаточно были в услужении, и велел собрать из вас десяток, – торжественно провозгласил Рогволт. – А вот ваш десятник – Ингорь Волхв!

Отроки оживились – наконец-то их из мальчиков перевели в мужи! Кончились окрики, подзатыльники и зычные команды подать то, принести это. Все, служба пошла!

Воевода обернулся ко мне и сказал:

– Они твои, Ингорь.

Когда круглоголовый покинул гридницу, мне показалось, что стало светлее – здоровенный воевода занимал слишком много места. Я оглядел свой десяток и усмехнулся.

Молодые совсем. Салабоны. Ничего… Вы у меня живо станете отличниками боевой и политической подготовки.

– Меня вам представили, – начал я, – а с вами я постепенно познакомлюсь. Служить мы начнем здесь и сейчас. Служба ваша уже пошла. Сначала запомните, что я от вас требую. Мне не нужно, чтобы вы прислуживали мне за столом, с миской и кружкой я как-нибудь и сам справлюсь. Я хочу, чтобы вы поняли: мой приказ – это закон! Скажу: упади – падай! Скажу: стой! Замри и не двигайся. Ясно?

– Да… Ага… Ясно… – загудели отроки.

– Я буду вас учить так, как учили меня в самой сильной дружине на этом свете. Если вы не сдадитесь и не струсите, то через год или даже раньше станете лучшим десятком в дружине князевой.

Отроки переглянулись, улыбаясь – весело, с надеждой или малость растерянно.

– Отвечать надо четко и по уставу. Если я спрашиваю, то вы мне отвечаете: «Так точно!» Ясно?

– Да! – разнеслось по гриднице. – Ну да… Ага!

И лишь один парень, жилистый, черноволосый, смуглый, но с ясными голубыми глазами, отчеканил: «Так точно!»

– Твое имя? – обратился я к нему.

– Ивар, сын Гостилы!

– Вот до Ивара дошло, – сказал я. – Повторяю. Если я спрашиваю, вы отвечаете: «Так точно!» Понятно?

– Так точно! – гаркнули все хором.

– Уже лучше. Далее. Если я отдаю приказ, вы отвечаете: «Есть!» Займемся строем…

Расставив всех по росту, я заставил всех рассчитаться на «первый-второй» и даже погордился немного. Бравые ребята!

Молодь, конечно, но это пройдет с возрастом.

– А теперь проверим, – сказал я, – из чего вы сделаны.

Объяснив им еще немного уставных фраз, я скомандовал: «За мной, бегом – марш!»

И выбежал из гридницы. По Городищу я бежал трусцой, отроки поспевали за мной следом.

Навстречу попался Рогволт. Расплывшись от уха до уха, он крикнул:

– В догонялки играешь с молодью?

– Хочу посмотреть, кого ты мне подсунул, – ответил я, – и выйдут ли из них воины!

Заметив, что один из отроков остановился, я скомандовал десятку:

– Стой! – и жестко спросил застыдившегося «игруна»: – Имя?

– Карл, – буркнул тот.

– Ты нарушил мой приказ!

– А чего я тут бегать буду?

– Если бы мы были на войне, я приказал бы тебя расстрелять… из луков. Но пока у нас учения. Поэтому – вон из десятка! Такие бойцы мне на хрен не нужны. Отря-ад! За мной, бегом – марш!

али дальше. Не знаю уж, что там обо мне думали отроки, а сам я вдруг ощутил прилив холодной решимости. Я обязательно сделаю из этих салаг настоящих бойцов! Опыт есть.

А уж какие мы кроссы бегали!

Перебежав наплавной мост, моя девятка устремилась в лес, куда ее уводил командир, то есть я. Парнишки они были крепкие, но в кроссе главное не сила, а выносливость. Вот и поглядим, сколько вы вынесете.

От Городища до Новгорода было километра три. Добежав до Копани, я повернул обратно. Ага, выдохлись мои добры молодцы!

Распаренные, злые, дыхалка сбита.

Добежав до городищенских ворот, я походил, отпыхиваясь, и стал поджидать мое растянувшееся войско. Они еле плелись, а если и бежали, то спотыкаясь.

– Вы куда бегали-то? – поинтересовался Рогволт, появляясь в воротах.

– К Новгороду, – ответил я. – И обратно.

– По тебе не скажешь, что ты бегал…

Я усмехнулся и ответил, когда подошли первые отроки, мокрые и красные:

– Это не колдовство, Рогволт, а закалка. – Заметив, как переглянулись тяжело дышавшие бойцы, я спросил воеводу: – А где нам расположиться на ночь?

Воевода провел меня в простенькую избу, примкнувшую к крепостной стене за приземистой конюшней.

– Место, конечно, не лучшее, – хмыкнул он, – но пока что их место – здесь. А дальше видно будет.

– Понятно, – сказал я, – разглядывая чистые бревенчатые стены и большую каменную печь в углу. Спят тут на лавках и на полу, но это ничего – сделаем второй ярус. А вот печка…

Топилась эта каменка по-черному. То есть дым сначала наполнял избу, оставляя повсюду жирную сажу, и лишь потом уходил вон в то отверстие в крыше. Называется – дымогон.

Видно было, что печка-то сложена, но не протоплена ни разу.

– Понятно, – повторил я. – Займемся. Кстати, Рогволт, можно тебя спросить?

– За спрос денег не беру, – ухмыльнулся воевода.

– Ты отчего стрижен-то?

– А-а! – скривился Рогволт. – Проиграл князю! Ну, поднимай своих тюленей!

Я улыбнулся – десяток мой, вернее, девятка, и впрямь напоминали лежбище.

Отлежавшись, отроки приплелись в избу, и я мигом организовал из них стройбат – одни тащили старые лавки и сломанные столбы, а другие волокли камень-плитнячок.

йцам приделать второй ярус лавок вдоль пары стен, я занялся более квалифицированным трудом – замесил глиняный раствор и стал выкладывать дымовую трубу.

Выложив с метр, остановил работу – пускай камень усядется, а завтра можно и продолжить.

Паче чаяния, отроки мои справились с плотницким заданием – укрепили столбики, прибили лавки. Я потрогал – держится.

– Теперь надо вот сюда и сюда ступеньки присобачить. Ивар, Ратша и ты, Рулав. Займитесь.

– Есть! – дружно ответила троица и бросилась выполнять приказ.

– Ты у нас кто? В смысле, какого племени?

– Понятно. На сегодня я тебя назначаю старшим по кухне. Возьмешь Идана в помощь, и сходите, куда тут, купите чего поесть. Вот, держи.

Линду бережно принял от меня три дирхема.

Вздохнув, я и сам решил прогуляться до города. Недолго ждать осталось до урочного времени. Загляну на поляну с идолом и пойду к Детинцу. Что-то меня на гостиный двор потянуло…

На поляну я вышел без пятнадцати семь. Прождал полчаса, плюнул и направил стопы к Бажене.

в которой мой десяток отправляется в поход

Вторая ночь в этом мире и времени мне понравилась еще больше, чем первая. Бажену я встретил в Детинце, она обрадовалась мне и отвела к себе домой.

Оставалось лишь благословлять нынешние порядки, еще не извращенные лицемерием. Вы только не подумайте чего лишнего, товарищи посторонние, я нисколько не против христианства.

Наоборот, «возлюбить ближнего» – это величайшая идея всех времен и народов. Я против изуверов, против тех, кто использует веру в корыстных целях.

Вы почитайте Ветхий и Новый заветы – сколько там всего намешано, сколько наслоений собрано! В Библии нет стройности и гармонии, потому как некому было редактировать Священное Писание. Вот и громоздятся парадоксы, вроде Троицы, непорочного зачатия и тому подобного. А в итоге – «Верую, ибо абсурдно!».

Да дело даже не в этом. Просто нельзя давать волю духовенству, не важно, какой религии. Иначе не обойтись без инквизиции, массовых психозов и мракобесия.

Но я отвлекся. Бажена жила за стенами Детинца, примерно в том месте, где в будущем протянется улица Прусская.

Трюки Бабочкой из CS:GO | Гайд по Нож-бабочка

У нее был маленький домик, окруженный высоким частоколом, так что постройка больше напоминала форт. Девушка жила с малолетней сестрой Радой – обе осиротели года два назад, когда их отец не вернулся из холодной Биармии, где промышлял скупкой мехов.

Известная ситуация. Дикий Север.

Я накупил гостинцев, и мы поужинали. Потом я с Баженой занимался любовью, а Рада пялилась на нас с теплой печи – тут детям не закрывают глаза на голых дядей с тётями.

Мне, признаться, было немного не по себе, тем более что Раде уже четырнадцать зим стукнуло, и груди ее выдавались под рубахой весьма заметно, но Бажена не обращала на такие житейские пустяки ровно никакого внимания. И я привык.

А потом мы просто валялись на кровати и болтали обо всем. Заснули рано, но и встали на рассвете, повторив вчерашнее в обратном порядке – сначала занялись любовью, а потом поели.

И я отправился в Городище. Вернее, меня подвезли – ушкуй, груженный золой, высадил на пристани.

Отроки уже встали и шлялись по дружинной избе.

Бойцы не сразу, но построились.

– Разрешите доложить? – выступил Воист.

– А нам новенького прислали!

Из-за спин отроков вышел здоровенный верзила, поперек себя шире – золотистые кудри, синие глаза. Богатырь!

Богатырь потоптался и прогудел:

– Твое имя тебе подходит, – улыбнулся я. – Стать в строй. На сегодня я освобождаю вас от бега, но учтите – завтра с утра побежите опять. Если б зайцы бегали, как вы, их бы давно переловили. А если б так носились волки, то они бы с голоду попередохли, не сумев никого поймать на обед. Сегодня будем смотреть, как вы с луком упражняетесь, с копьем, с мечом, с секирой. Нале-во! Шагом… марш!

И потопали мы на стрельбище. Да, да, самое настоящее стрельбище, где упражнялись лучники. Лучшим стрелком оказался Лют – ни разу не промахнулся. А вот с копьями и топорами отроки обращались куда лучше меня. Меня утешало то, что разобрать и собрать «Калашников» они бы точно не смогли…

И потянулась моя служба. Князь со своими то на охоте пропадал, то в Ладогу наведывался, то водь белоглазую шугал, а я гонял отроков.

Кузнец здешний отлил да отковал мне что-то похожее на «блины» от штанги, сделал и гриф. И стали мои задохлики мышцы себе накачивать.

Кожаный мешок с житом повесили, чтобы отрабатывать удар.

Я свой десяток только самбо учил да карате, вернее, тому миксту из восточных единоборств, что нам на заставе старшина Бехоев показывал. Мы, говорит, погранцы, а не спортсмены. Нам главное – нарушителя скрутить, а «ки-а!» пущай Джеки Чан вопит…

Человек я контактный, так что пристроил к своим отрокам нужных людей. Бой на мечах преподавал Вуефаст Беззубый, старый рубака. Как с луком обращаться, показывал Булан, чистокровный хазарин. В его луке тетивой служила «косичка», свитая из оленьих жил. Растянуть такой до упора мог один Мал, зато выпущенная стрела пробивала человека навылет.

«Тренером по гребле» выступил седой Доман, бывший кормщиком у самого Рюрика.

Такая вот была учебка.

Первую неделю я еще наведывался на злополучную поляну, а потом бросил это дело. Не ближний свет – топать в такую даль, а чего ради?

Не то чтобы я смирился со своим уделом – просто свыкся. Да и что я такого забыл в будущем? Интернет? Вот уже месяц не заходил ни на один сайт, и жив до сих пор!

Жаль, конечно, что друзья остались там, но некому пенять.

Нет, в самом деле! Кому-то может показаться, что я бодрюсь и притворяюсь, но мне по-настоящему нравится это время, эти люди, этот мир. Говорят, что он жесток. А когда было иначе?

По крайней мере, здешняя безжалостность честная и нелицемерная, здесь пока нет и следа той подлости и гнуси, которой пропитана «реал политик» в моем родимом будущем.

А иногда мои современники – те, что остались в XXI столетии, – принимают за жестокость здешнюю наивность или трезвый расчет. Вот, дескать, викинги, когда на деревню прибрежную нападали, не только монахов грабили в тамошней обители, но даже детей вырезали! Так ведь нужно логику понимать местную, а не своей пользоваться!

Вся та достоевщина, которой набиты наши головы, весь этот лепет о слезе ребенка – такая чушь! Да ребенку поплакать – что пописать!

А викинги не потому детишек резали, что кровожадными были. Они рассуждали просто: если вырастет мальчик, он станет воином и отомстит нам. Если вырастет девочка, она станет матерью и родит будущего воина. Так лучше сразу пресечь грядущую опасность! Вот и все.

Вообще, я поражаюсь нынешнему времени. Здесь потрясающая наивность сочетается с мелочным расчетом. И это неспроста.

Жизнь здесь трудная, а надеяться нужно только на себя да на родичей. Вот я однажды, сидя на приеме в поликлинике, слушал разговор двух пожилых дам, сурово осуждавших девушку, избравшую бездетную стезю «чайлд-фри». «Да как она могла! Ай-яй-яй! Да как же без детей, да сюси-пуси!»

Я не выдержал и вмешался. Спросил: «А вы можете ответить, зачем вам дети?» Они были ошарашены – это, мол, все знают! Ну так ответьте, говорю. А дамы все свое гнут: дети – это счастье, дети – то, дети – сё… Я говорю: «Дети – это бессонные ночи, это утрата красоты и стройности, это каторга, на которую вы сами себя обрекаете на долгие годы, на всю жизнь. Так для чего это все? Для какой цели?»

Дамы не смогли тогда ответить, а вот местным все ясно: дети нужны, чтобы продолжался род. Но это всего лишь мелкая красивость, не более.

На деле же дети нужны для вполне реальных, житейских дел. Тут ребятня с пяти лет помогает родителям. И не так, как у нас, в будущем: «Ой, какая у мамы помощница растет! Сама тарелочку помыла!»

Нет, здесь детям поручается вполне себе ответственная работа – например, поле охранять от всяких ворон, зайцев и прочих халявщиков. И не дай бог выйдет потрава – накажут так, что неделю сесть не сможешь. Ведь урожай – это еда, а еда – это жизнь. Не исполнив свою работу, дитя ставит под угрозу само существование семьи и рода.

А знаете, почему в XXI часто хотят мальчика, а не девочку? Никто на этот вопрос тоже ответить не в состоянии, потому что это пережиток прошлого – того самого былого, которое ныне мое настоящее.

Как сделать нож-бабочку из дерева? CS:GO

Вся разгадка в том, что здесь нет пенсий и содержать родителей в старости – это обязанность сына. Именно сына, поскольку дочь уходит в другой род, и от нее иная прибыль – вено. Или мунд. Или калым. Короче говоря, выкуп за невесту – компенсация родителям за то, что вырастили дочку, кормили ее и одевали.

А сына в отрочестве отдают в люди, тот учится ремеслу. Лет с двадцати работает помощником – кузнеца, скажем. Потом и собственной кузней обзаводится, обрастает клиентурой, появляется доход. Сын строит дом, а тут ему как раз и тридцатник исполняется. И он вводит в свое отдельное жилье молодую жену (девушек отдают замуж в шестнадцать, иначе им не успеть), появляются дети, а чуток погодя можно и родителям помочь.

Вот так. Все прочно, жестко, без сопливых эмоций.

Иначе не прожить.

Тут, кстати, никто не ограничивает тебя в браке – заводи хоть десять жен, если ты способен их содержать. Да и не только в браке…

Здесь нет любовниц, зато наложницы – обычное дело. То есть никто не скрывает «порочных связей» хотя бы потому, что они не считаются порочными, а вполне себе нормальными, освященными древними обычаями и законами.

Думаю, что Бажена тоже будет не прочь, если я принесу вено ее деду, ближайшему родственнику моей подруги. Дедуська немало о сестричках позаботился, так что выкуп – это только справедливо.

Но я пока не думал о женитьбе всерьез…

Прошел месяц, короткое лето незаметно переваливалось в осень. В зелени леса проявились первые следы желтизны, по ночам стало холодать.

Правда, в дружинной избе было тепло – и чисто. Я не только большую трубу вывел за кровлю, прямо в самый дымогон, но и потолок сложил из плах, законопатил как полагается. И дымоходу подпорка, и тепло лучше сохраняется.

Я даже вьюшку отковал, и дверку печную, поддувало сделал – кузнец местный, дед Чагод, дивился только. Зато теперь у меня печь как печь, тепло всю ночь хранит, дневальному лишь пару раз за ночь надо дровишек подбросить, чтобы с утра заново не растапливать.

Одно лишь меня расстраивало – окна. Малюсенькие, слюдой затянутые, они даже в ясный день не позволяли развеяться полумраку. Но это ничего – осенью я обязательно стекловаренную печь сложу, чтобы стекло варить. Я уже и песок сыскал подходящий, и золы накопил, и даже извести нажег.

Конечно, о стеклопакетах пока только мечтать можно. Я воспользуюсь так называемым «халявным методом» – это когда стеклодув с помощью железной трубки выдувает в несколько приемов сосуд цилиндрической формы – «халяву», а затем разрезает этот сосуд и выпрямляет в лист. Получается оконное стекло – не слишком ровное, с пузырьками, мутное, но свет пропустит, а уж раму я сколочу.

И почему – я? Мы! Десяток мой вкалывать тоже будет. А если я еще и свинца достану, то выплавлю стекло на венецианский манер – свинец прозрачности придает.

Вообще хорошо будет.

Вот так, в делах и заботах, и минуло лето.

Мои ребятки-зверятки возмужали, окрепли. Для них теперь кросс до Новгорода и обратно стал легкой прогулкой. Так и нагрузка возросла – каждый день я их гонял. Тяжести тягать, на турнике подтягиваться, по канату лазать. Стрелять из лука, метать копье, биться врукопашную или на тяжелых деревянных мечах.

Мал у меня схуднул, «подсох» – жир ушел, зато мускулы забугрились, как на Геракле. Его я тренировал отдельно – броски разучивал всякие, приемчики. Борец из него бы вышел – чемпион по всем статьям.

Довольствие от князя поступало не сказать что щедрое, так что я из собственных средств вложился в десяток. Старые свои шлемы мы обтянули тканью защитного цвета, а рубахи свои воинские, носимые поверх кольчуг, перекрасили. Вышел вполне приличный пятнистый камуфляж.

Старшие гридни смеялись поначалу. До тех пор хихикали, пока я не предложил им углядеть моих бойцов в лесу. Вот тут-то критики язычки свои и прикусили – десяток просто растворился в чаще, невидимым стал. А я еще и сажей заставил своих лица вымазать – полосками. И все! Не высмотреть бойцов!

Потом мы даже на круглые наши щиты чехлы надели и на ножны.

А в самом начале осени князь устроил нам жесткий экзамен.

Молоди в Городище хватало, не я один натаскивал отроков. Десятки Буяна, Фроутана, Добрилы, Истра, Алка тоже проходили «учебку» – по традиции, по обычаю. Что это значит?

А вот, ходили отроки за тем же Алком, светлым боярином, сопровождали его на охоту или в поездке как почетный эскорт, придавая его светлости значения. А тренировки когда, учеба?

А вот протрубят рога, бросит Олег клич – и пойдет войско в поход. Вот тогда и начнется учеба – настоящая! А все эти игрища с кроссами и штангами – ерунда и суета…

Вот такое было «мнение общественности». И князь не собирался лично решать, кто прав – я, или Алк, или Добрила.

Боги должны были решить, кому они покровительствуют больше, за кого заступятся и даруют удачу. А здесь это важно и очень серьезно.

Вон, Олег Вещий удачлив. Стало быть, боги на его стороне. И если какой боец примкнет к дружине князевой, то милость богов и его коснется. И тогда минует бойца стрела каленая, а вот добыча знатная выйдет!

Короче говоря, случилось вот что – хазары объявились в наших краях. Двадцать с лишним всадников видели к востоку от Новгорода. Я так понимаю, что это были разведчики.

Видать, у кагана или у правителя-бека[6] позднее зажигание сработало – Рюрик-то все ближе выходил к тем границам, которые хазары нарисовали каганату, вот в Итиле[7] и забеспокоились.

Были уже сообщения, что конники хазарские у Мурома крутились и даже к Суздалю наведывались. Теперь, значит, к самому сердцу русских земель подобрались. Ла-адно…

Приказ Олега был суров и четок: найти и уничтожить!

При этом старшая дружина оставалась на месте, в Городище.

Поиском и истреблением хазарских лазутчиков должна была заняться дружина молодшая, в том числе и мой десяток.

Рано утром дневальный подбросил дров в печь и гаркнул:

Отроки мои подскочили и бросились одеваться. Белье, портки, рубахи, стеганки-поддоспешники… Быстро накрутить портянки, обуть мягкие сапожки, больше всего на индейские мокасины похожие… Кольчуги вздеть, сверху рубахи камуфляжные… Подшлемник, шлем, меч или секиру, луки, стрелы…

Копья мы брать не стали, в лесу они будут только мешать.

Алк с Фроутаном степенно беседовали на крыльце терема княжеского, а их отроки слонялись по двору, когда мои проскакали мимо. Я обернулся, сидя в седле. Ага, забегали! Догоняйте!

в которой проливается первая кровь

В последний раз хазар видели возле деревни Верхоталье. Туда мы и порысили.

Деревня была как деревня. Ни улиц, ни переулков – все дома скучены, словно буренки сбились вместе при виде волчьей стаи – и отгородились от опасного леса высоким частоколом.

А это вам не забор какой – бревна чуть ли не в обхват зарывали в землю на треть длины, да сплачивали так тесно, что и жучок-паучок не протиснется. Ворота и вовсе монументальные, такие только тараном вышибешь.

А вокруг поля, огороды, пастбища…

Пастораль и буколика.

– Староста где? – окликнул я пастушонка.

Тот от испуга и слова не смог вымолвить, руку только и вытянул, указывая на мужика в мохнатой безрукавке, энергично ковылявшего навстречу.

– Здрав буди, – с достоинством поклонился мужик.

– И тебе поздорову. Тут намедни хазары заявлялись, не скажешь ли, куда они следовали?

Староста серьезно покивал.

– Охотник наш, Пелко, по следам прошел козарским. На север они направлялись. Вон, где дальнее пастбище – там еще дуб горелый, – вон, где они прошли. А далее там Парные болота, две топи, справа и слева от тропы, по ней только на север и пройдешь.

– Ясно. А точно хазары были?

– Точно! – твердо сказал староста. – Морды у них плоские, глазки узкие, все в кольчугах до колен, а сверху – халаты запашные. И лошадки чисто степные – коротконогие и мохнатые.

– Ну, спасибо! А не дашь ли нам человека годного, чтоб лошадей наших к вам отвел? Долго в лесу не поскачешь…

– Это верно, – согласился мужик. – Да вот, Хотена возьмите! Его лошади любят и слушаются. Пойдешь, Хотен?

Пастушок истово закивал – какой же мальчишка откажется поучаствовать в настоящей боевой операции?

– Отлично! А за корм мы расплатимся.

Староста укоризненно покачал головой:

– Да какая уж там плата! Вы ворога преследуете, а мы с вас брать будем? Не беспокойся, господине, накормим ваших лошадок! Скачите и не переживайте.

До самых болот неслись галопом, а после сбавили ход. Парные болота покрывала худосочная растительность, кустарник да хилые елочки.

– Линду! Ты у нас главный следопыт, езжай впереди.

– Фолар и Тойво – прикрывать.

Оба, и Фолар, и Тойво, были чистокровными северянами, но с луками обращались не хуже степняков. Да и оружие у них было хазарское – луки из кости и рога сделаны, на рыбьем клею. Откуда ж в степи дерево взять?

Смотришь иногда, как тот же Фолар тетиву оттягивает, и ждешь – лопнет ведь! Как такая жилка удерживает тугость страшную и не рвется? Метче Фолара только Лют стреляет…

В это время Линду обернулся, вытянул руку, четыре раза сжав и разжав пятерню, – двадцать всадников проехало.

За болотами лес вставал стеной. Хазары, наверное, проклинали эту страну, лишенную простора степей. Сплошной лес, да болота, да реки, да скалы. Как тут жить? Как табуны пасти?

Узкая лесная дорога вскоре закончилась тупиком. Было видно, как конники ломились через кусты, пока не выбрались на подобие длинной и узкой поляны, чуть дальше раскрывшейся мелким оврагом, выходящим к речушке.

– Они пошли вверх по течению, командир! – доложил Линду.

Я кивнул, заметив, что весин возбужден и увлечен.

Проехав добрую версту, мы вновь углубились в лес – там, где бережок искромсали конские копыта.

– Они двинулись на восток!

– Линду, – негромко сказал я, – ты ничего не замечаешь?

Я, конечно, не Чингачгук, но следы читать обучен – мы эту науку еще с дедом проходили да со старым охотником, Елизаром Терентьевичем. Граница, можно сказать, отточила мои умения.

Весин встрепенулся, заоглядывался обеспокоенно и чуть было не застонал.

– Ну конечно! – горько признал он. – Лошади без седоков пошли!

– С чего ты взял? – удивился Мал.

– Следы стали не такими глубокими, а шаг размашистей. Лошади налегке идут!

Мы вернулись по ручью и вскоре заметили то, что пропустили в горячке, – на одном из поваленных стволов кора была содрана, чуть повыше – ветка треснула. Видать, цеплялся хазарин, оскользнувшись.

Линду нырнул в заросли и вскоре вернулся.

– Следы! – выдохнул он. – Много!

Я кивнул и подозвал Хотена. Тот подъехал на худой своей лошаденке – без седла, а узду заменял кожаный ремешок. Коняка его жевала задумчиво.

– Все, Хотен, – сказал я, – начинается твоя служба. Уводи наших животин. Расседлай, протри хорошенько каждую, напои и корму задай. А это тебе за труды.

И протянул мальчишке полдирхема. У того глаза стали по пять копеек (в России 2022 года надо говорить – «по пять рублей»).

– За мной, – скомандовал я.

И пошел вперед. В этом времени военачальники не отучены пока от вредной привычки – самим водить свое войско.

Круглый щит на ремне (сколоченный из досок и оббитый вощеной кожей) я повесил за спину – самое ему место в походе, поэтому ножны на перевязи сместил на левый бок.

Следы просматривались неплохо.

– Линду, как думаешь, сколько хазар осталось с конями?

– Человек пять, командир. У них тут голов тридцать вместе с вьючными и запасными.

– Пожалуй, ты прав… Ладно, с этими коневодами потом разберемся.

Шагов через сотню мы неожиданно вышли на длинную просеку – пеньки торчали в широкой полосе, тянувшейся чуть ли не полверсты. И вскинул руку, подавая сигнал остановиться, – к нам приближался всадник на мохноногой лошади. Грива у нее чуть ли не до травы доставала.

Всадник был вылитый степняк – в круглом шлеме-наплешнике, в халате, из-под которого выглядывала кольчуга, к седлу приторочен саадак, объединявший колчан и чехол для лука. Одной рукой хазарин держал поводья, другую опустил на рукоятку кривого меча, прабабушки сабли.

С длинными черными усами, с козлиной бороденкой, он зыркал во все стороны, не зная, за каким деревом прячутся коварные русы.

– Тойво, готовь тупую стрелу.

Мы стояли в подлеске и не двигались. Конечно, в разведку кого попало не пошлют, но хазары выросли в степи, а мы – лесные жители.

– Стреляешь в шею с двадцати шагов. Только в горло не попади, он мне нужен живым.

Подпускать хазарина ближе не стоило – не увидит, так учует. Свистнула тупая стрела, без наконечника – такими охотники снимают куниц, чтобы не попортить шкурку.

На хазарском шлеме торчал плюмаж из конского волоса и свисала кольчужная сетка, закрывая затылок и боковые части шеи.

Всадник как раз отвернул голову, и древко ударило ниже челюсти. Хазарин откинул голову, теряя сознание, да и завалился на бок. Конь захрапел, когда я выскочил из лесу, но ссориться со мной не стал – позволил ухватить за повод. Отроки рывком сняли всадника.

– Смотрите! – шепнул Воист. – Что это? Это же…

На узде хазарского коня висели недавние трофеи – свежие скальпы. Один из них был цвета соломы, с еще не расплетшейся косой.

– Девку сгубил, сволочь, – выцедил Фолар.

Воист с Малом живо сняли с хазарина халат, стянули кольчугу. Оружие они изъяли еще раньше. И привязали пленного к дереву.

Хазарин как раз в себя пришел.

– Идан, ты, говорят, по-хазарски умеешь?

Рыжий Идан гордо кивнул:

– Ходили мы с караваном в Итиль.

– Тогда я буду спрашивать, а ты – переводить этому говнюку.

Говнюк раскрыл узковатые глаза и выругался.

Идан перевел, но хазарин презрительно молчал. А, так ты у нас в высшую расу решил поиграть? Ла-адно…

Отломав ветку, я стал выстругивать палочку, тоненькую, как зубочистка.

– Объясни этому, что эту деревянную иглу я загоню ему под ноготь, – сказал я прохладным голосом. – Потом выстругаю вторую, и еще, чтобы хватило на все пальцы. А если ему будет мало, тогда мы эти пальцы сожжем – по очереди, на медленном огне…

Пока Идан переводил, я все подготовил для фокуса. Мои парни уже видели его, а вот для хазарина это будет сюрпризом.

Вынув из кармана обычный спичечный коробок, я чиркнул спичкой – и быстро поднес ее к лицу пленника.

Спичка вспыхнула прямо у того под носом, и хазарин взвыл тонким голосом, залопотал, делая короткие паузы лишь для того, чтобы вдохнуть воздуху. Идан переводил:

– Его зовут Хишам. Он проверял подходы к тому месту, где хазары держат лошадей. Там еще трое. А всего их двадцать и один. Двадцать славных воинов из «белых хазар» и победоносный тархан Каридах. Хишам говорит, что это Каридах привел их сюда. Каридах послан самим беком Вениамином. Бек передал Каридаху слово Большого кагана-ябгу из рода Кабана… Каган велел дойти до града у озера, где живет воевода урусов Хельгу. Хельгу пестует Угыра, сына великого коназа урусов, который почил две зимы тому назад. Угыр должен умереть первым, Хельгу – вторым…

Я задумался, но ненадолго.

– Нам повезло, – сказал я. – Эти придурки перепутали крепости. Вместо того, чтобы проникнуть в Городище, они поперлись в Ладогу – та ведь тоже у озера! Ладно, выдвигаемся.

– А с этим что делать? – осведомился Мал.

Отрок тут же всадил нож в шею хазарину, прямо в середку синяка, оставленного стрелой.

И тут я вспомнил про отчетность. Одолжив у Мала его нож, я схватил убиенного Хишама за патлы и надрезал круг на его черепе. Поднатужился, уперся ногой в живот хазарину и снял скальп. Тот отделился с неприятным чпоканьем.

– Правильно! – решил Мал. – Так это что же получается, командир? Угыр… Они что, за Игорем пришли?!

– Дошло до Мала! – хихикнул Воист.

– А до Игоря не дойдут, – отрезал я. – За мной!

в которой я вызываю на дуэль

Одолев просеку, мы двинулись скрадом – следы были совсем свежими. Похоже, что хазары сильно притомились топать пешком. Кавалеристы мне вообще сильно напоминают будущих водителей, которым лень сходить в магазин – и они туда ездят.

Сам читал про ковбоя, который, вместо того чтобы перевести лошадь через улицу в конюшню, сделал это верхом.

А то как же – целых десять шагов! Вот так и здесь.

Правда, моего добродушия у десятка не осталось – отроки были очень злы на хазар, а блондинистый скальп и вовсе довел их до белого каления.

– Вот вы и узнали, что такое враги, – сказал я. – А теперь вспомните, что я вам говорил по этому поводу.

– Если враг не сдается, его уничтожают, – процитировал Воист.

– Правильно. Перебьем всех, кроме Каридаха. Притащим этого тархана-таракана князю, пу

сть лично передаст приказ ихнего кагана. Так, а теперь всем – молчок. Общаемся только жестами. Вперед!

Шли мы часа два. Следы были четкие – то отпечаток сапога, то волокна верблюжьей шерсти от халата, оставшиеся на сосновом стволе. А потом потянуло дымком.

Рассмотрев проблеск огня далеко впереди, мелькнувший между деревьями, я мягко отшагнул – и нос к носу столкнулся с хазарином.

Это был уже немолодой человек в шлеме византийской работы и в длинном кожаном панцире, обшитом кругляшами, нарезанными из конских копыт. Руку он держал на мече – прямом клинке с односторонней заточкой.

Все это я разглядел в мельчайшую долю мгновения и отпрянул.

Я тупо не поспевал выхватить меч, а вот клинок степняка уже почти покинул ножны. В этот момент стрела вошла хазарину в грудь, отбрасывая его на толстый слой лежалой хвои.

– Х-ха! – выдохнул «живой труп».

– Тамьян! – позвали из леса.

– Ага! – невнятно откликнулся я, на пальцах показывая отрокам: ты туда, а ты сюда.

Из-за деревьев показались двое хазар. Они несли по охапке сучьев каждый, глядели на них и в унисон качали головами – на их родине дерево было большой ценностью, а здесь оно валяется под ногами.

Того искателя хвороста, что шел слева, снял Тойво. Правого убил я – сделал выпад и вогнал острие меча в горло хазарину.

В этом времени римская метода – колоть мечом – была не в чести. Мечом рубили, и частенько кончик клинка был туповат. А вот у меня – остёр. Я ведь на шпагах учился фехтовать, а саблей занялся только в старших классах.

Вот я пишу это и совершенно не испытываю сильных эмоций по убитым. Не ужасаюсь, наоборот – чувствую удовлетворение.

Было у нас двадцать врагов плюс один тархан-таракан, а стало их всего-то восемнадцать. Теми тремя коневодами мы займемся на обратном пути, а пока где-то тут, в прямой досягаемости наших мечей и луков, числится пятнадцать особей, приговоренных князем Олегом к смерти. Приговор приводится в исполнение.

Неожиданно послышалось дикое ржание, перешедшее в визг. И тишина.

Раздались громкие голоса, хряск топора, и через минуту я увидел парочку хазар, тащивших на перекладине заднюю ногу коня. Видать, несколько животин они прихватили с собой в качестве живых консервов.

Тоже верно. Полноценное питание…

Я сделал знак, и две стрелы прикончили мясников. И тут закричал третий. По всей видимости, призывая к оружию.

Среди деревьев замелькали хазары, они на ходу вытаскивали мечи или топорики на длинных рукоятках.

– Мечи к бою! – рявкнул я. – Щиты сбить! Тойво, Лют, не ждите! Стреляйте!

Три или четыре стрелы мои лучники успели-таки выпустить, и те не пропали зря, ранив или убив хазар. Но десяток орущих кочевников навалились-таки на отроков, и пошла веселуха.

Загрохотали щиты, отбивая удары, залязгали мечи. Самый прыткий хазарин, увернувшись от секиры Мала, скакнул ко мне, замахиваясь топориком. Я выставил щит ребром, принимая удар, и пырнул вражину мечом в бедро.

Меч погрузился в живую плоть на глубину ладони – кровь хлынула, как вода из крана, только была она красной и тягучей. Хазарин заорал, падая на одно колено, а я тут же упал на оба своих и ударил противника мечом в пах, под задравшуюся кольчугу. Степняк содрогнулся, но я не досмотрел чужую смерть – выдернув меч, вскочил, едва поспевая вскинуть щит.

Страшный удар топора почти развалил его – мою руку спас бронзовый умбон, торчавший посер

едине щита. Стряхнув щит, я выхватил левой рукой нож и полоснул по секироносцу.

Тот как раз замахивался, и движение вышло смазанным – хазарин прянул в сторону, так что широкое лезвие топора просвистело сбоку.

Всем хороша секира, а как она крушит щиты и кости! Вот только инерция у нее порядочная – просто так не остановишь, как тот лом, против которого якобы нет приема. Короче, мгновения мне хватило, чтобы вонзить меч хазарину под мышку. Ему это очень не понравилось, и он умер от огорчения.

Резко оглянувшись, я увидел, что стремительно начавшийся бой столь же быстро заканчивается.

На Мала наседало двое, отрок отбивался секирой, и похоже, для него проблем с инерцией не существовало. А вот раненый Воист, с безжизненно повисшей рукой упал, и его противник, здоровенный хазарин, уже взмахнул мечом. Лезвие блеснуло на солнце, а в следующую секунду прогремел выстрел.

Я даже не сразу понял, что сжимаю в руке пистолет. Когда я успел его вытащить? На рефлексе выхватил.

Хазарин, как стоял со вздетым мечом, так и рухнул, чуть не придавив своей тушей отползавшего Воиста.

Я, конечно, тут же спрятал пистолет – негоже простым смертным знать маленькие тайны магии.

Тяжело дыша, поднял отброшенный мною меч и тщательно вытер лезвие о хазарский халат, чтобы не заржавело.

Отроки сбились в кучу, озираясь и будто не веря, что это они, своими руками, покрошили столько вражья. Трое хазар стояли на коленях, воздевая руки – сдаемся, мол!

– Спроси, кто из них Каридах, – велел я.

Все трое были в богатых халатах, в шлемах с золотой инкрустацией – явно не рядовые воины. Каридахом оказался маленький, щуплый человечек – «полтора метра с кепкой».

– Этого оставить, остальных в расход.

Прогудели тетивы, и хазары пополнили список «груза 200».

– Возвращаемся, – устало сказал я.

Обратно мы двинулись не сразу. Сначала перевязали Воиста и еще троих из наших, раненных легко. Собрали целые тюки броней и оружия, а напоследок сняли скальпы.

Эти страшненькие «вещдоки» мы упаковали в отдельный узелок.

Думаете, все? Связали тархана и потопали с победой? Не-ет…

Перед уходом мы основательно подкрепились жареной кониной, сдобренной травами – пропадать, что ли, хазарской кулинарии?

Лепешки, правда, зачерствели, но нам они показались свежайшими.

И лишь потом мы направились домой. На полдороги у моего десятка была забавная встреча – по ручью, гикая и свистя, проскакали отряды Алка и Фроутана, гнавшие целый табун оседланных хазарских лошадей.

Очень гордые, отроки кричали и хвастались, как они победили страшных хазар. Аж троих.

– Догоним? – воскликнул Мал.

– Зачем? – усмехнулся я. – Пускай себе тешатся.

Отрок помялся, посопел и показал мне пулю. Наверное, пока я ел, он ее тайком вырезал у громилы-хазарина.

– Можно, я твою стрелу себе оставлю? – сказал он просительно. – Гюрята говорит, это сильный оберег!

– Оставь, – улыбнулся я.

И мы не торопясь потопали к Верхоталью. Каждый из нас тащил на себе вьюк с трофеями, я тоже, а Мал еще и тархана вел на веревке, как на поводке.

Солнце клонилось к закату, когда мы дошли до деревни. Первым нас встречал Хотен – выскочил, заметался, замахал руками, забежал обратно, и тут уж все валом повалили – мужики, бабы, дети малые.

Оханья было, восторгов… И угостили нас как следует, и гостинцев надавали, а уж лошадей до того «отхолили», что животины, как атласные, переливались.

Оседлали мы своих коняшек и до Городища поскакали. Добрались уже затемно, но у терема княжеского горели большие костры, и было людно. На крыльце стоял Олег Вещий – без броней, в богато расшитой рубахе и шароварах из синего шелку, заправленных в красные сапожки из сафьяна, с тисненым узором и серебряными накладками.

В стороне смирно паслись «конфискованные» лошадки хазар, а перед крыльцом распинался Фроутан Грек.

– …Козары дрались, как звери, врать не буду, – повествовал он, – но мои все ж таки сломили их! И вот всех их коней привели. Табун целый!

Я порадовался, что не опоздал. Видимо, князь совсем недавно прибыл. Свет костра неплохо озарял его длинное скуластое лицо, и выражения удовольствия на нем не проступало.

Небрежно раздвинув гордых отроков Фроутана, я вышел на свет.

– Здрав будь, княже, – слегка поклонился я. – Исполнили мы твой приказ.

– Да? – хмуро сказал Олег. – А вот Фроутан уже и табунок подогнал…

– Княже, – улыбнулся я, – хазарский табун охраняли трое сторожей. Если вдвадцатером отбить лошадей у троих – это подвиг, то тут собрались настоящие герои! Докладываю, князь. Хазар на нашу землю явилось два десятка, а командовал ими тархан Каридах. Это были не просто разведчики, как я думал поначалу. Мы поймали одного из степняков и допросили по-свойски. Оказалось, что у хазар был приказ самого кагана – найти и убить Игоря Рюриковича! Вторым должен был умереть ты, князь.

Дружина зароптала, донеслись гневные крики, а Фроутан выскочил и заорал, надсаживаясь:

– Да лжа это! Что вы его слушаете, братие, безродного этого!

И вдруг все смолкли, словно ждали, что я отвечу на обвинение. Мой десяток выступил из полутьмы, сжимая кулаки, но я остановил их жестом (что не укрылось от глаза Олегова) и громко спросил:

– Фроутан, ты сказал, что я лжец?

– Сказал! – глумливо усмехнулся тот.

– Ты оскорбил меня прилюдно, Фроутан, – тон мой стал ледяным, – а за оскорбление платят кровью. Я вызываю тебя на поединок! – и поднял руку. – Не сейчас. Сегодня я устал.

Фроутан заметно побледнел, это было видно даже в потемках. Задыхаясь, он выкрикнул:

– Да я сам тебя вызываю!

– В любое время, – холодно ответил я.

Но тут вмешался князь.

– Довольно! – сказал он сердито. – Не хватало мне еще, чтобы гридни друг друга поубивали! Ингорь Волхв! Алк и Фроутан уже похвалились своею добычей. Похвались и ты!

– Будь по-твоему, княже. Выносите!

И мои отроки, один за другим, потащили добычу к крыльцу, разворачивая тюки на всеобщее обозрение.

– Воист, передай тот узелок.

И отрок, с рукой на перевязи, хромая, вынес окровавленный тючок. Я развязал его и вывалил князю под ноги скальпы.

– Мы сняли семнадцать скальпов, княже. Хазары хвалятся друг перед другом тем, что вешают на узду волосы наших девок, убитых ими или замученных. А мы принесли их скальпы тебе! Но одного хазарина мы довели живьем. Это тархан. Вот он!

Мал пинком послал вперед связанного Каридаха, и тот не удержался, пал на колени перед князем. Надо отдать должное хазарину – он не испытывал страха. Зато лицо его было искажено от ненависти. Чудилось – развяжи его, и тархан кинется на людей, кусаться начнет и грызть всех подряд.

– Чито стоишь, урус? – хрипло, но вполне ясно вымолвил Каридах. – Это не я, это ты должен стоять передо мной на коленях! Ты, жалкий коназ! Великий каган даровал мне чин тудуна, я стал бы наместником его в твоем граде!

– Так ведь не стал же! – хохотнул Олег.

И это была самая лучшая реакция – вся дружина загоготала. А Каридах взвизгнул, задышал так, что его худая грудь распирала веревки.

– Все урусы трусливы! – процедил он. – Целая дружина против одного связанного хазарина!

– Развяжите его! – приказал князь.

Кто-то из гридней подошел и распорол веревки. Каридах закряхтел, разглаживая запястья, повертел шеей, развел руки, чтобы члены размять, завел их за спину, прогнулся со стоном…

В момент прогиба я заметил у него за шиворотом на спине что-то вроде оберега. Это оказались ножны.

Выхватив узкий стилет, блеснувший красным жалом в свете костра, тархан метнулся к Олегу, замахиваясь, отталкиваясь ногой для решающего прыжка…

…И грянул выстрел. Никто не увидел моего пистолета, зато вспышка вышла яркой. Пуля пробила тощее тельце тархана и расщепила доску крыльца.

Нелепо взмахнув руками, Каридах рухнул на ступеньки и скатился по ним на землю. Немая сцена.

Тишина стояла такая, что был слышен клёкот в пробитой груди хазарина. Последним усилием он приподнялся, потянул ко мне скрюченные пальцы и прохрипел, сверкая на меня черными зрачками:

– Переживу как-нибудь, – усмехнулся я.

Тархан упал и словно сдулся. Готов.

Дружина мощно выдохнула, заговорила вразнобой, но вот князь поднял руку и вынес свое решение:

– Ингорь Волхв! Я заключаю с тобой ряд и возвожу в полусотники! Десяток твой доказал, что является отрядом, а не оравой, и в том – твоя заслуга. А все отбитое у хазар – ваша добыча!

Гридь заревела дружно, заколотила мечами о щиты. Одобрямс!

в которой я затеваю НТР

На следующий день Фроутан Грек исчез. Мал сперва на меня подумал, что это я его… того… заклятье наложил. Пришлось переубеждать отрока.

Алк Вилобородый кисло улыбался моему неожиданному триумфу, но человек он был не подлый. Такой мог сорваться, нагрубить, руки распустить, на пакости делать не станет точно.

Ночь я проспал от и до, предупредив дневального, чтобы разбудил часом позже – всем нам был нужен отдых. А с утра мы хорошенько подкрепились – угощений от жителей Верхоталья нам хватило вполне.

И теперь, на свежую голову, стали делить трофеи. Себе я взял длинную кольчугу арабской работы. Ее черные колечки отдавали синим и тускло блестели, а царапины вызывали уважение – это были следы ударов меча. Стало быть, добрая сталь!

На груди у кольчужной рубашки были приделаны пластины потолще – в общем, хорошая обновка. А то хожу в своей рубахе, будто и не воин – никто ж не видит бронежилет!

Мало того, под кольчугу надевают стеганку-поддоспешник, а осенью такой «ватничек» очень даже не лишний – не на Черном море живем. (Кстати, в этом времени пользуются другим названием – Русское море. Или по старинке – Понт Эвксинский.)

А еще я себе взял подсаадачный нож – с длинным и узким граненым клинком, выгнутым к концу. «Подсайдашным» такой кинжал назывался оттого, что носили его под саадаком, сбоку на поясе. Таким ножом можно было наносить колющие удары, пропарывая кольчатый доспех. Или держать в левой руке вместо щита как дагу. Пригодится, в общем.

Надо сказать, отроки делили честно и половину всего, причем лучшую половину, отдали мне.

– Парни, – улыбнулся я, – у меня всего одна голова, а вы мне навалили шлемов, как на змия трехглавого. Сделаем так…

Я примерил один из шлемов – остроконечный, ромейской работы, с выкружкой для глаз и с кольчужной сеткой-бармицей, защищавшей шею, – и он мне подошел.

– Этот я оставляю себе, а вы давайте сами меряйте – я хочу, чтобы у всего десятка были одинаковые шлемы. Лучше всего вот эти, с острым концом, – меч по нему соскользнет при ударе. А все остальное, нам ненужное, мы продадим. Деньги у меня есть пока, но даже самый большой кошель имеет дно. Так… Идан! Ты у нас сын купеческий, стало быть, смекаешь во всех этих дирхемах, гривнах, кунах и резанах. Заведи крепкий сундучок и местечко найди тайное – будешь хранить наши общие средства.

Невысокого роста, Идан словно прибавил пару сантиметров после моих слов.

Надо сказать, что бедных отроков в дружине я не встречал, отцы у всех были состоятельными людьми. Так что удивляться мечу у молодого воина не стоило. И это облегчало мне жизнь – папаши сами помогали деткам обзавестись всем, что полагалось воину по чину.

Тут в дверь постучали, и я вышел встречать гостей. Пришли Истр и Буян с Добрилой.

– Алк тоже вроде собирался, – проговорил Буян смущенно, – да его князь послал аж в Изборск.

Буян не слишком отвечал своему имени. Был он очень спокоен и даже, говорят, с врагом бился без лютости – рубил противника как дрова.

– А на Грека ты не серчай, он всегда таким был. Однажды его побили даже, только не помогло – с гнильцой Фроутан.

– А мы чего пришли-то, – подхватил Истр. – Мы не спасуем в бою, в первом ряду драться будем, а вот с отроками возиться… Ну не наше это! Гриднями мы были, ими и останемся, а в десятские лезть – нет уж, спасибочки! Накомандовались вдоволь.

– И отроки бурчат, шушукаются, – продолжил Добрила. – Думают, мы не знаем! А молодь уже готова к самому князю идти, просить, чтобы он их в твою полусотню передал. Может, сам возьмешь? А то чего ж позориться-то?

– Взять-то можно, – сказал я. – И князя дергать по пустякам незачем, решим все между собою.

Лица гридней посветлели.

– Только уговор, – построжел я. – Кого попало брать не буду. Хилого можно сделать сильным, а вот ленивого не разгонишь.

– Да парни хорошие! – хором уверили меня гридни. – Один к одному! Не без гонора, конечно, так ведь молодь!

И мы ударили по рукам.

Очень скоро к дружинной избе сошлись еще сорок с лишним человек – молодых, дюжих, кровь с молоком и грудь колесом.

Я спокойно осмотрел пополнение и сказал:

– Значит, так. Пока что на ваших четыре десятка я назначу начальниками своих парней. Временно исполняющими обязанности десятских. Они объяснят вам то, что уяснили сами. А потом посмотрим. Десятский должен быть лучше своего десятка – и на мечах, и вообще. Я не знаю, кто станет командовать, – это зависит только от вас, как себя покажете. А пока… Мал! Ивар! Ратша! Рулав! Вот ваши десятки. Займитесь их амуницией и приступайте к занятиям. Для начала проверьте, кто на что горазд. Пробегите до города и обратно, поупражняйтесь на стрельбище. В общем, вечером я жду от вас доклада, в смысле – кто есть кто. Вот, скажем… Прастен, да?

Из толпы вышел кудрявый парень и расплылся в улыбке:

– Не дергайся, Ивар, – улыбнулся я, – Прастен уставу не обучен, этим займешься ты. Зато у Прастена хорошо выходит и мечом, и копьем. И что из этого следует? Из этого следует, что Прастену нужно приналечь больше на другое, в чем он отстает. Вот с луком ты не шибко дружишь, а?

– Ага… – понурился Прастен.

– Ничего, подтянешься. – Я оглядел собравшихся и усмехнулся: – Вы сами хотели в мою полусотню, и я вас принял. Поэтому давайте служить так, чтобы ни мне, ни вам стыдно не было. Десятские, командуйте.

– Стройся! – зычно сказал Мал.

У десятка его все получалось бестолково, но постепенно дело пошло на лад.

– За мной, бегом марш!

И вот уже четыре десятка потрусили к воротам Городища. Я даже немного погордился…

Поглядел на оставшихся «моих» отроков и чуть не рассмеялся.

– Не смотрите вы на новеньких, как коты на мышей! Мы все – одна дружина. Князева! Вам с ними служить.

– А стелить им где? – проворчал Идан. – Избу-то, чай, не надуешь, как лягуху, больше она не станет.

– А вон те три клети если использовать? – я кивнул на крепкие срубы, что выстроились в ряд за нашей избой.

– Так то ж клети, там печей нет!

– Поставим, значит. Завтра же всем гамузом раствор замесим да плитняка натаскаем. А клети надо будет с нашим домом в одну большую дружинную избу соединить.

– Я видел сухие бревна! – загорелся Идан, вдохновленный тем, что будет вести хозяйство уже не десятка, а полусотни.

– Вот и займись ими. А остальные – за мной. Будем стекловаренную печь класть.

– Ух ты! – выразил Воист общее настроение.

Надо сказать, что печами я интересовался давно, и по работе (в будущем!) тоже, но все же браться за стекловарение здесь, с нуля, было боязно. Но надо же с чего-то начинать?

Скажу сразу – стекловаренную печь я с отроками строил около недели. Большую, из камня, все как полагается.

И керамические тигли обжег у местного гончара, и шихту заготовил из белого песка, поташа и прочего.

Часы мои показывали 16 сентября, когда я загрузил шихту и уголь. Целый день и всю ночь шихта в тиглях спекалась, выделяя обильную пену из шлаков. Получилась стекловидная фритта.

Времени я, впрочем, не терял. Пока варилось стекло, я с кузнецом на пару «сочинял» длинную железную трубку для дутья. Попотеть пришлось изрядно, но трубку я таки сделал и даже деревянный мундштук вставил, чтобы губы не обжечь.

Когда фритта остыла, я ее разбил на куски и лучшие из них – без пены, без пузырей и свилей – уложил в тигель для окончательной варки.

Она заняла всю ночь, а с утра, помолясь неведомым богам, я опустил трубку в тигель, намотал вязкое стекло, отливавшее желтизной, и выдул сосуд. Разрезал, выровнял, дал медленно остыть в отжигательном отделении печи, а к вечеру вынул тепленькое стекло. Оконное!

И довольно-таки прозрачное. Правда, чтобы различить сквозь него человеческое лицо, надо было приблизиться – уже в шаге от окна все расплывалось. Но это все пустяки, главное – светло стало!

Мы прорубили, пропилили проем побольше и вставили две рамы – стекла хватило в обрез. Ничего, еще наварим!

К началу октября, именуемым здесь листопадом, мы сложили еще три печки в пустующих клетях. Клети стояли на одной линии с дружинной избой, так что добавить стен из бревен между ними оказалось несложно – получилось что-то вроде тамбуров, соединяющих вагоны.

Вставили стекла – по одному окну на клеть, протопили печки…

И вышла очень даже приличная казарма, то бишь дружинная изба. Смотришь издали и радуешься – из труб дым идет…

Казалось бы, обычный вид, но на всем пространстве от Ладоги до Киева нету ни единой трубы! Наши – первые.

И пример оказался заразителен – еще в двух дружинных избах стали трубы выводить. Я подрабатывал консультантом…

Про поляну с идолом я и думать забыл – некогда было. Весь день шуршал, как тот электровеник.

Неожиданно богатеть стал. «Стекольный король»!

Однажды, забавы ради, накрутил на стержень стеклянные «глазки», бусины из разноцветного стекла, похожие на карамельки.

А они здесь дорого стоят, и берут их нарасхват. Ими же еще и рассчитываются, как деньгами. Стоят бусины по дирхему за штуку.

Стеклодув из меня, прямо скажем, не ахти, так что стаканов и ваз от меня еще не скоро дождутся, но вот за оконное стекло уже серебром платят. А мне когда этим заниматься? Служба!

Так я деда Бажены заманил. Старый походил вокруг печи, покачал головой, поцокал языком, восхищаясь, и согласился на меня припахивать, получая четверть от прибыли. А я не против!

Тут главное, что дед – звали его Улеб – был как бы своим и ни за что не выдаст тайну стекловарения. Не дурак ведь, понимает, что богатство должно в роду остаться, а у стариков здешних родовые отношения на первом месте.

Так что серебришко у меня завелось, и золотишко перепадало. Я нанял плотников, и они выстроили хороший теплый дом в Новгороде для Бажены и Рады. Меня там всегда привечали, хоть и не каждый день я мог появиться у сестренок. И не каждую ночь оставался. Служба!

За месяц как-то все устаканилось – моя полусотня стала самой резвой и дисциплинированной в дружине. Девки со всего Городища сбегались, когда мы возвращались с учений.

Шли строем, в ногу – гррум, гррум, гррум! А голосистый Фолар затягивал:

Зеленою весной под старою сосной
С любимою Ванюша прощается,
Кольчугой он звенит и нежно говорит —
Не плачь, не плачь, Маруся-красавица!

И вся полусотня дружно подхватывает:

Маруся молчит и слезы льет,
От грусти болит душа ее.
Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси
Капают слезы на копье!

Плагиат, скажете? А с чего вдруг? Я же не объявляю себя автором и композитором. Значит, все по-честному.

Поначалу я хотел поменять имена в тексте, но передумал. Не знаю, проживает ли в Новгороде какая-нибудь Мария, а вот Иваны тут точно есть. Двое крестились – проезжал как-то миссионер «из греков», а одного просто так назвали. Услышали родители про имя «Иоанн» и имя Ванька дали чаду своему.

И я, когда слышу эту песню, всегда вспоминаю про «Ивана Васильевича», который меняет профессию. Про свое время родимое. Скучаю же!

Мало мне, понимаешь, чистого воздуха и чистой воды, подавай автомобили, толкотню, фаст-фуд…

Если честно, то тут, в этом мире, опасно жить. И вовсе не потому, что враги так и рыщут вокруг. Есть противник пострашнее – вирусы и бациллы.

В своем времени я поругивал очереди в районной поликлинике, а здесь очередей нет. Как и самих поликлиник.

Правда, знахари имеются. И я уже разок убедился, что это не шарлатаны какие.

Однажды я палец занозил, а он и распухни. Бажена мне говорит: «Сходи в бабке Сфандре!» Я и сходил.

И никакая это оказалась не баба-яга, а очень даже опрятная старушенция. Избушка у нее, правда, походила на жилище колдуньи – все пучками трав увешано, кореньями, в горшках всякие зелья хранятся, а на открытом очаге что-то кипело в бронзовом котелке, наверняка «импортном».

Сфандра что сделала? Окунула мой палец в какую-то коричневую жидкость, потом прочистила нарыв, наложила толченых трав, пустивших сок, и обвязала чистенькой тряпицей.

К вечеру зажило. Я тогда, помню, подумал, что не одними стеклянными да железными изделиями стоит заниматься. Надо бы как-нибудь на Белое море смотаться с княжьими людьми. Те меха взимают у туземцев – дань берут, а я тем временем морской капусты насушил бы да пережег в золу… Короче говоря, йод добыл бы. И спирт нужен – тут для меня, стеклодува-любителя, широкий простор для проб и ошибок. Реторты нужны, колбы, бутыли обычные, а пуще всего – змеевик. Без него самогон не получить. Вот такие у меня планы, у прогрессора доморощенного, демиурга недоделанного…

А вечером случилось то, к чему я совершенно не был готов.

Сидел я в дружинной за столом и прикидывал, каким макаром мне хорошую железоделательную печь соорудить. А тут дневальный заглядывает, Шихберн из десятка Мала, и говорит:

– Командир, гость к тебе…

– Проси, – говорю, вставая.

Тут дверь открывается, и входит Яшка Амосов…

в которой я возвращаюсь обратно, но ненадолго

От неожиданности я плюхнулся обратно на лавку.

– Ну ничего себе… Яшка!

Мы ринулись друг к дружке и сцепились так, что отроки не сразу поняли, деремся мы или радуемся встрече.

– Вы куда делись? – орал я. – Мне что тут, разорваться, что ли?

– А ты куда пропал? – вопил Яшка. – Мы тебя второй день ищем! Хоть бы записку оставил!

– Да я месяц почти ходил на ту гадскую поляну, ваши послания искал! Что, МВ сломалась?

– Ха! Починили мы бы ее, пожалуй! Нет, она-то цела, вот только нас в прошлое не выпускала. Мишка говорит, это импринтинг. «Эмвэшка» тебя первого увидела и запомнила как юзера. А нас – фиг! Сколько же мы с нею промучились… Потом только Колян догадался порыться в бумагах твоего деда. Три дня мы шерстили его библиотеку, каждый том пролистали.

– Неужто нашли чего?

– А вот представь себе! В каком-то историческом труде, не помню уже названия, на форзаце было прописано несколько строчек – чего нажимать после долгого отсутствия. Процедура долгая оказалась, мы всего неделю назад сделали перезагрузку, и сюда. Мы с Мишкой вдвоем отправились…

– Знаками с местными объяснялись?

– Ха! Третью неделю зубрим разговорник, дедом твоим записанный. Там у него все-все есть для туристов из будущего, от простых фраз вроде «Камо грядеши?»[8] до здешних мер и денег.

– Так Мишка тоже здесь?

– Да не, я один. Вчера только выспросили у кого-то в Новгороде, где такой Ингорь из волхвов, а тот не шарахнулся, как все до него, а присоветовал в Городище спросить. Я сюда, интересуюсь, а мне сразу дорогу показали! Да чего это все я? Ты-то как?

– Полусотник Ингорь Волхв, – улыбнулся я. – Повышаю обороноспособность Руси и развиваю тутошнюю экономику. Вот что, давай-ка съездим к нашим и все обсудим. А то затянулась моя разведка!

Я велел седлать моего коня и еще одного, для «Якуна» – это здешнее имя ближе всего к Якову, – а Мал поднялся, и твердо заявил:

– Князь велел охранять тебя, командир. Одного ночью не отпустим!

– А убежища волхвов не испугаешься?

– Возьми тогда троих-четверых, толпа нам ни к чему.

И отрок побежал исполнять приказ командира.

– Экий он у тебя… строевой, – подивился Амосов.

Совсем уже стемнело, когда мы покинули Городище. Мал вел за собой Воиста и Линду.

Господи! Никогда в жизни у меня не было так легко на душе! Нашлись мои «друзяки»! Значит, что? Значит, все будет хорошо и даже лучше!

Воист с Линду скакали впереди, разгоняя мрак светом факелов. Мал расспросил меня, куда именно ехать, и я ему объяснил про поляну с идолом.

Отрок заметно струхнул. Сказал, что место то запретное, там когда-то поклонялись хитроумному богу Локи, гораздому на обман и подставы. Жрецы Перуна трижды обошли ту поляну с такими же вот факелами, только запаленными от негасимого огня, что горит вокруг святилища в Перыни. Запечатали, короче, «место силы».

Я успокоил Мала, убедив его, что ни

какому Локи не намерен приносить жертву, и тот послал Воиста с Линду первыми.

Так мы и добрались до места – с почетным эскортом.

Пусто было на поляне, темно и тихо.

Я и до этого все порывался спросить Яшку, как же мы попадем отсюда туда, но он первым начал:

– Сколько на твоих?

Я глянул на часы.

– Без пяти девять. Без шести.

– Скоро уже… – Амосов вздохнул. – Как вспомню, даже смешно делается. Чего мы только не пробовали… И так МВ развернем, и так! В конце концов вернули ее домой, в Новгород, а «эмвэшка» ни в какую! Потом уже, когда разобрались и проход открылся, догадались, как перемещать точку выхода. Так что не удивляйся – вернемся мы с той самой поляны, но не на дачу, а домой к тебе!

– Молодцы! – улыбнулся я, пародируя давнишнего генерала. – Хвалю!

И вот ровно в девять темноту прорисовала бледно-фиолетовая линия, очертившая квадрат. Она словно вырезала кусок тьмы, и яркий электрический свет хлынул из будущего.

– Не бойтесь! – сказал я отрокам. – Это мой дом. Заходите!

Мал храбро шагнул первым – не удивлюсь, если с закрытыми глазами. Я вошел следом, Линду и Воист за мной, а Яков топал замыкающим.

Если товарищи посторонние думают, что зря я с собой отроков приволок, то они ошибаются. С проектом «Русь», который мы затеяли, вчетвером не справиться. Нам обязательно потребуются помощники, товарищи, посвященные в нашу тайну хотя бы отчасти.

Нельзя же убеждать человека в своей правоте, восклицая: «Верь мне!», и в то же время что-то важное скрывать от него.

Конечно же, я не собирался разъяснять отрокам основы физики времени – хотя бы потому, что такой науки еще не существует. И почему, на каких принципах работает МВ, тоже никто не знает.

Да и зачем все расписывать? Сказано же – «это мой дом». Ну и хватит с них…

В тайной комнате «друзяки» навели порядок, натащили каких-то приборов, на стеллаже мерцали экраны мониторов, плясали синусоиды на маленьких дисплеях.

Налетел Мишка, подоспел Колька, и началось… Они меня чуть было не задушили. Наконец все успокоились, расселись, и я повел свой рассказ.

– Знакомьтесь, – сказал я, – это Мал из моей полусотни, десятский. А это Воист и Линду.

Отроки почти не понимали современный русский, но имена свои различили.

– Рассказывай! – сказали друзья хором.

– Рассказывай им… Я, когда в самый первый день не раскрылся проход, просидел на поляне битый час. Плюнул и пошел в народ…

Обстоятельно повествуя, я трижды прикладывался к бутылочке с вредным, но таким вкусным газированным «Милкисом».

Мне стало еще лучше, чем было незадолго до моего возвращения. Недолгого возвращения. Задерживаться в будущем я не собирался.

Я рассказал про все свои приключения, Бажену упомянув вскользь. И про учебку рассказал, и про «бизнес» свой.

– …Стекло пока дорогое, его лишь бояре покупают, но денег не жалеют, – подвел я черту. – Что еще? Все.

– Да-а… – протянул Николай. – Как будто книжку прочитал про «попаданцев».

– Здорово, – кивнул Мишка и ухмыльнулся. – А я с работы уволился! Некогда, понимаешь, стало. Мы отсюда почти не вылезали.

– Да и я тоже, – махнул рукой Белый. – Да и зачем та работа, когда тут дирхемов полно! Шучу.

Я обернулся к отрокам.

– Вы не стойте, а присаживайтесь. Считайте, что не на службе, а в гостях. Сейчас мы ужин сообразим! Что там у вас в этом… как его… на букву «Х» начинается…

– Хрен? – подсказал Яшка.

– Холодильник! Совсем не понимают тонкого, изысканного юмора…

– Пельмени есть. Салатик из помидоров сварганить можно…

– Пицца же осталась! – вспомнил Ховаев. – «Бенедиктинская», как ты любишь.

– Пивко есть, чайку заварим…

– А к чаю есть чего?

– Баранки, сухарики ванильные… И коробка настоящего «Птичьего молока» из Владивостока – его там из агар-агара делают. Вкус… Специфиц-кий! Серегу помнишь, с нами служил? Прислал вчера.

И мы сели ужинать. Пельмени прошли на ура. Варяги пока не знали, что это такое – пельмешки будущим сибирякам из Китая передадутся лет через пятьсот, не раньше. Ну не ждать же столько…

Пиво отрокам тоже пришлось по вкусу. Когда они осмелели, то даже в кабинет дедушки заглянули. А там большое окно, а за ним осенний Новгород – светящиеся окна, огни, огни… Автобусы проезжают, легковушки всякие…

Мал со товарищи будто в Страну Чудес попал.

– Ну что делать станем? – сказал Николай, поглядывая на гостей из прошлого.

– Первым делом предлагаю обогатиться, – сказал я. – В Новго

род вот-вот купцы съедутся, будет что-то вроде ярмарки – арабы с европейцами до дому двинутся, чтобы до холодов успеть, и можно неплохо заработать. Отсюда туда перебросим стеклянные бутылки, стаканы, даже битые витрины – такого гладкого и прозрачного стекла там не видали еще. Спрос будет охренительный! Мне потребуются кой-какие химикалии, простенький, но надежный перегонный аппарат, такой, который не будет выбиваться из общего стиля. Инструменты кой-какие, прежде всего – измерительные… Ладно, это проще всего. Есть вопросик посложнее.

– А именно? – поднял бровь Амосов.

– Как жить будем? – спросил я с чувством. – Я своих не брошу, останусь там. Нельзя прогрессору надолго покидать своих подопечных, да и не опекаю я их. Товарищи они мне, а своих не бросают. Да и, честно говоря, привык я к ним, к их пространству и времени. Чую, разговор с Олегом мне еще предстоит, и я не должен упустить такую возможность. Князь – не лох легковерный. Кое-что я ему доказал, и он проникся, а следующей весной – в поход. На Смоленск пойдем, на Киев… В принципе, Смоленск пока Мелинеском зовется, а то и вовсе Сюрнесом. Киев в Константинополе как Самбат знают. Но это неважно. К весне нужно хоть что-то успеть сделать. Что мы можем? Что, кроме обычаев и кастовых привычек, не позволяет собрать большую армию? Оружие! Перебросим отсюда большую партию мечей, топоров из легированной стали, марганцовистые пластинки для бригандинных панцирей, шлемы всякие. Здесь все это дешево, а мы заплатим серебром – сколько там его выйдет с продажи стекла…

Мы еще долго говорили, обсуждали, даже планы набрасывали, а ближе к полуночи решили, что пора баиньки.

– Двое из нас должны постоянно находиться здесь, у МВ, – сказал Амосов. – Один, по крайней мере, пока другой по магазинам бегает. Будем меняться. Завтра с утра отправимся в прошлое – Игорь и я. Представлюсь купцом! Стекла мы наберем кучу. Так что стелимся и… Игорь, оторвись от Интернета! После изрядной порции пива случаются известные позывы. Ты бы показал отрокам, где у нас удобства и как ими пользоваться.

– Ха! – фыркнул я. – Да у нас, в светлом прошлом, туалеты не хуже – в самом доме, задки называются. Мал! Линду! Пошли, покажу что-то…

Объяснив все про чудеса канализации и электроосвещения, я бухнулся на диван и отрубился. Это мой дом, мне можно…

в которой я стал буржуином

Ярмарку в Новгороде вряд ли можно было назвать таковой. Власти просто «раскручивали и пиарили» новую торговую площадку, чтобы на следующий год привлечь купцов.

Не все решались подниматься вверх по Волхову из-за порогов, поэтому еще до Рюрика были организованы целые команды бичевников, которые за умеренную плату перетаскивали суда через опасные места, пока купцы и команда прохлаждались в их деревнях, отъедаясь – и оставляя дирхемы.

А Европе больше негде было взять серебро – месторождения в Граце еще не были открыты, и зависимость от Халифата являлась отчаянной.

Вот и ублажали арабов. И фелюги да завы арабские, отплывая от Абескуна, пересекали все Хазарское море, поднимались по Итилю до волоков, по Мологе и Чагоде, Воложбе и Сяси сплавлялись в Нево, в будущем названное Ладожским озером.

Ну, и мы решили растрясти арабские кубышки. Известно, что купцы, даже распродав товар, держат кой-чего в заначке, на всякий случай.

К этому времени Великий мост уже был отстроен начерно – бревна уложили, осталось их брусом выстелить, чтобы пролеты гладкими были да ровными.

С утра я с отроками выехал в Городище, где взял «напрокат» три телеги. Запрягли мы их и вернулись на ту самую поляну уже ближе к обеду.

Яшка ждал нас, расхаживая вокруг дощатых ящиков, набитых пустыми бутылками, стаканами, квадратами, нарезанными из витринных и обычных стекол, зеркалами, даже где-то откопанными графинами.

Плоские зеркальца должны были стать хитом сезона, а продавать их я был намерен исключительно за золото. Венецианцы в свое время сказочно разбогатели именно на зеркалах, поскольку стоили они целое состояние. Ничего, мы их опередим…

– Грузим! – велел я отрокам, взятым в двояком качестве – как грузчики и как охранники.

Мы перетаскали тяжелые ящики, аккуратно уложили их на солому и отправились на Торг. Я ехал верхом, а Яшка трясся на козлах.

– Это не дело, конечно, – разглагольствовал он, – таскать товар из будущего. Надо свое производство развивать. Технологии известны, это раньше стеклодувы в Мурано никому ничего под страхом смерти не разглашали, а сейчас…

– Не раньше, – поправил я Амосова, – а позже. На острове Мурано пока не знают секрета плоских зеркал.

Я посмотрел на Мала, проезжавшего по ту сторону телеги, и улыбнулся. На лице отрока было будто написано: «А что я знаю…»

Мал просто лопался от гордости за доверенный секрет, хотя, конечно, ничегошеньки не понимал. Волхвы открыли тайную дверь в свой дом, вынесли оттуда товар…

Ничего в этом предосудительного не было, но многие ли могут похвастаться, что допущены к делам волхвов? То-то.

Когда мы добрались до Великого моста, то обнаружили – стало людно. Люди шли и шли на тот берег, к Детинцу, а уж там собралась огромная толпа народу, кое-как структурированная вдоль торговых рядов.

Люди шумели, радовались, переговаривались, торговались, приценивались, спорили, ругались.

– Меха! Меха! Соболя какие!

– Воск отдаю! Воск чистый, кругами и шарами, по два пуда!

– Дешево отдам! Последний рулон, отдам по весу за вычетом…

– Благовония арабские! Масло розовое! Налетай!

– Железо хорошее, прокованное многажды! Никакая ржа не съест!

– А вот рабы умелые, за сто дирхемов отдам!

Отроки живо освободили место, и мы вкатили телеги, решив торговать прямо с них. Лошадей распрягли и увели, тут же объявился знакомый тиун, взявший с нас дирхем налогу.

Я не стал завлекать народ, решил подождать, пока купцы сами разберутся. Минут через пять показался первый араб, привлеченный стеклянным блеском.

– Бисми-лляхи-р-рахмани-р-рахим![9] – прогнусавил, готовясь сбивать цену.

Увидав свое отражение в зеркальце, он онемел, а в следующее мгновение вся религиозность покинула его в момент. Восточный гость выпалил на приличном местном наречии:

– Золотой динар даю!

– Двадцать динаров, – увесисто поправил я его.

– Беру! И это беру! И это! О-о! Какой сосуд!

Араб благоговейно взял в руки пустую бутылку из-под пива «Балтика» – без этикеток, разумеется.

– Даю один динар и пять дирхемов!

– Динар и пятнадцать дирхемов.

– Беру десять сосудов по динару и десять дирхемов!

– Идет. Бери вместе с ящиком, отдаю бесплатно.

– Да пребудет с тобой Аллах, урус! Я бы купил все, но нечем платить! Запомни мое имя, меня зовут Абу Бекр Мустафа ибн ал-Факих ал-Хамадани. Будущим летом я обязательно приведу свои корабли в твой город!

– Приводи, Мустафа. А мы за зиму накопим товару.

Тут и остальные прочухали. Подошел толстый европеец в кафтане, а из-под полы кривые ноги торчат в штанах-обтягушечках, больше всего на колготки похожих.

Сначала он не поверил, что бывают такие гладкие зеркала, да еще такие большие – в две ладони величиной – но присмотрелся и занервничал.

– Это есть стекло? – спросил он.

– Оно самое, – подтвердил я.

– Я бы, пожалуй, взял его… за пять… хорошо, за десять серебряных монет.

– Двадцать солидов, и оно твое, – спокойно сказал я.

Европеец закряхтел, потом глянул на арабов и быстренько расплатился.

Двумя часами позже мы распродали весь свой товар, обогатившись на восемь тысяч золотых монет – динаров и солидов

– Продешевили, – ворчал Амосов.

– Ничего себе! Это… тридцать четыре килограмма золота!

– Подумаешь! Вон, венецианцы продавали одно большое зеркало по цене корабля!

– Ха! Да когда это было-то? В XIV веке? Или в каком? Тогда зеркала только короли всякие покупали, да богатеи, а нынче Европа нищая! Да ты не волнуйся – если что, поднимем цену. Мы ж монополисты!

В принципе, я тоже жадный. Но два пуда золота… По пуду в час – неплохой КПД!

И мы с ходу начали «раскрутку» – времени раскачиваться не было. Для начала я перетолковал с Рогволтом – тот по совместительству был тиуном у Олега.

Мы договорились с ним, что «Якун Волхв» откроет в Городище представительство – попросту говоря, большой склад отгрохает да избу поставит. Сперва Рогволта сомнения взяли, но пара золотых динаров сделали все ясным как летний день.

Стоило поспешить со стройкой – осень недолгая, а зимой сруб ставить как-то некомфортно. Но Яшка недаром в бизнес влез – была у него предпринимательская жилка!

Зазвал большую артель плотников и каменщиков, прикупил сухого лесу – и представительство стало быстро расти, венец за венцом.

За отдельную плату Рогволт выделил нам целый пустырь, имевшийся в стенах крепости. Пустошь, заросшую бурьяном, держали «на вырост» – вдруг да придется расширяться. Вот и пригодилось.

Плата тут была посерьезнее, но мы честно рассчитались с казной. Заложили фундамент двух больших стекловаренных печей и приступили к главному начинанию – занялись сооружением железоделательного завода.

Место ему нашлось бы и внутри стен, но проблема была в ином – строить завод следовало у реки, у запруды, чтобы вода вращала колесо, а то приводило бы в движение дутьевые мехи.

Так что заложили завод вне стен Городища, но неподалеку, на одной из глубоких проток, на которые здешние места богаты были.

Перегородили саму протоку двумя ряжами – рядами бревен, вбитых в илистое дно, а промежуток между ними заложили камнями и глиной. Получилась вполне надежная плотина.

В ней проделали вешний прорез, чтобы лишнюю воду в паводок сбрасывать, а за плотиной устроили «понурый мост» – по нему-то и должна была стекать вешняя вода. Перед плотиной, в самой запруде, наделали деревянных «свинок» из свай, устроив «вешняный двор» – он должен был уберечь весной прорезы от ударов льдин.

В особом помещении – «колёсном» – имелся ларевый прорез, откуда по «ларю» – коробчатому трубопроводу на стояках – шла вода, чтобы из желоба, перекрытого заслонкой, проливаться на большое водоналивное колесо поперечником в два человеческих роста. Через систему валов и рычагов сила падавшей воды должна была привести в движение мехи, а в будущем и молоты, и пилы.

Яшка руководил «ударной стройкой» – он быстро осваивал старорусский, а я собрал местных рудознатцев, и стали мы копать руду. Здесь ее, как и по всей Европе, добывали по старинке.

Просматривали дно прозрачных озер с лодок и собирали черпаками зеленоватые комки железняка. Рыжеватые и красноватые кусочки попадались под дерном или в лесных болотах – топкие пласты сдирали, луговой дерн срезали, а рудное гнездо доставали лопатами. Порой луговина покрывалась сотнями ям.

Самого толкового рудознатца – Турберна Кривого – я отправил на Онежское озеро. Там, на берегу реки Пудож, располагалось ближайшее месторождение магнетита.

Турберна я проинструктировал, как надо, а он нанял целый отряд рудокопов. Им нужно было успеть до зимы пробить штольню.

Работенка им перепала та еще – долбить породу кайлами и кирками, буравами и зубилами, молотами и лопатами. Порох для буровзрывных работ я пока делать опасался (анахронизм, не адекватно!), так что придется рудокопам вкалывать, как всем горнякам в это время – жечь глыбы огнем, чтобы те треснули, а в трещины вбивать деревянные клинья, да водой их поливать, чтобы разрывало породу.

Единственное новаторство я проявил в плане техники безопасности – снабдил всех круглыми стальными шлемами, какие викинги себе на головы нахлобучивают. Первые каски в этом мире!

Впрочем, хоть ТБ и будет соблюдаться, труд рудокопа – адский. Недаром самым большим наказанием для рабов в Древнем Риме была отправка на рудники – там долго не жили.

Конечно, мои рудокопы – люди свободные, и кормить их будут хорошо, и платить весьма прилично, но все равно работа адова.

Подпирать свод бревнами, нагружать рудой бадьи и волочить их к выходу, везти в отвал тачками, где разбивать на куски, дробить в каменных ступах пестами, потом сушить, обжигать для очистки, мельчить на сите и промывать в запруде, сушить и просеивать. Так получался концентрат.

Ну, получу я его не раньше следующего мая, когда сойдет лед и ушкуи, груженные кожаными мешками с тяжелой черной крупкой, причалят к пристани Городища.

А пока мы копили болотную руду на складе – тот же черный порошок, оттягивавший руку своим весом. Те самые комки руды, зеленоватые со дна озер или красноватые с болот и лугов, тоже проходили «обогащение» – отжиг, промывку и тому подобное.

Железоделательный завод вырос быстро, плотники попались умелые. Внутри было тепло, а скоро станет жарко – вдоль всей стены, обращенной к реке, выстраивались горны, числом десять, и одна большая домница.

Те печи, что стояли у нас, «не имели мировых аналогов». Во-первых, наши горны были высокими, выше пяти метров, а домница еще выше – тяга была хорошая, дым из труб так и валил. Во-вторых, мы подавали воздух для дутья не через одно, а через два сопла. В-третьих, мы этот самый воздух подогревали, здорово экономя на древесном угле.

Все эти «ноу-хау» должны были позволить совершить «большой скачок» – лить чугун. Ничего особенного в этом не было, в Китае этим занимались еще тысячу лет назад. Просто Европа, впавшая в полное убожество после гибели Римской империи, растеряла античные знания, а собственные она добудет лет через шестьсот-семьсот. Вот она, цена варварства!

Но нам было некогда, мы не собирались дожидаться эпохи Возрождения, мы хотели всего здесь и сейчас.

И у нас понемногу получалось!

Золото стало для прогресса тем же, что дрожжи для теста – масса людей вкалывала, и «промзона» росла с каждым днем.

Нередко Яшка отбывал в будущее, и его сменял Мишка или Колян. Именно в Колькину «вахту» начались неприятности.

в которой я становлюсь ВРИО тысяцкого

Кончался октябрь, наступал грудень – месяц ноябрь. Вроде и осень, но холодина донимала изрядно.

Именно в начале грудня князь Олег отправлялся в полюдье – собирать дань. А заодно кормиться за счет «налогоплательщиков».

Первые санные «конвои» прибудут в Городище ближе к новому году, когда снег ляжет глубокий, а сам князь вернется лишь весною, не раньше апреля.

Это традиция, которую никто не хотел нарушать. Дружина князева весь год ждала полюдья, предвкушая «национальную охоту в зимний период», пирушки и прочее развлекалово.

Зимой гридни не воевали, отдыхая от трудов ратных.

Третьего грудня я собрал наспех обученных плавильщиков. Стояли утренние сумерки, было холодно, а на заводе и вовсе тьма. При свете костров, подогревавших керамические трубы мехов, стали загружать шихту в домницу.

Шихту готовили тщательно – бурый и красный железняк дробили до крупности гороха или лесного ореха, а древесный уголь измельчали под орех грецкий.

Печь наполовину засыпали углем, а потом чередовали слои топлива и руды.

Запускал завод я сам – вышел в колёсную и поднял заслонку. Студеная вода хлынула на лопасти колеса, утепленные тканью, чтоб не обледенели, и тяжелая конструкция ворохнулась, стронулась с места, совершила свой первый оборот.

Я вернулся на завод. Сипло вздыхали дутьевые мехи, раздувая огонь в печах. Пламя гудело и выло.

– Следите внимательно, – велел я мастеровым, – после полудня железо должно быть готово. К тому времени запалите горны – будем отжигать жидкий чугун!

Тут приоткрылись ворота, и на завод вбежал Лют.

– Командир! – закричал он. – Там жрецы народ мутят, жечь нас подбивают!

– Какие еще жрецы? – нахмурился я.

Мы очень вовремя прибежали к плотине – там уже шумела большая толпа, многие с топорами явились или просто с дубинами. Моя полусотня стояла на берегу запруды.

Бежать я не стал – к чему авторитет ронять? – а спокойно прошел по верху плотины, защищенной от дождя крышей на столбах – такую же делали на крепостной стене, только уберегала она не от осадков, а от стрел.

Выйдя на берег, я раздвинул строй моих отроков и явился народу. Народ был хмур и растревожен. Мужики, сжимавшие орудия труда и убийства, колебались, не зная, на что им решиться, а перед ними носился, вопил и потрясал посохом верховный жрец Перуна, не старый еще Шинберн Громобой – в длинных белых одеждах, седые волосы растрепаны, борода всклокочена, посохом потрясает…

Завидев меня, толпа зароптала и отступила. Шинберн резко развернулся, сверкая маленькими – так и хочется сказать – свинячьими! – глазками.

– Ага! – возопил Шинберн. – Попался! Вот он, люди, кто не чтит заветов Перуна! Вот кто нарушил покой священной рощи! Бейте его!

– Молчать! – рявкнул я и спросил: – Ты чьих будешь?

Я прекрасно знал, кто передо мной, но решил разыграть комедию.

– Что значит – чьих? – оскорбленно возгремел жрец.

– Чей ты холоп? – Удовлетворившись произведенным эффектом (Шинберн чуть в обморок не грохнулся), я обвел взглядом толпу.

– Я верно служу князю, – проговорил я холодно, – а кланяюсь лишь одному богу. Единому богу, который создал это небо и землю, солнце и всех живущих. И это не Перун! У истинного бога нет имени, ибо нет бога, кроме него! А Перун лишь громовержец. Веруете в Перуна?

– Веруем! – донесся одинокий голос из толпы.

– Ну и веруйте на здоровье! Ложному ли богу вы поклоняетесь либо единственно сущему – мне до того дела нет. Так что насчет того, что я нарушил покой дубовой рощи, посвященной Перуну, заявляю при всех – брехня это! Просто позавидовал Шинберн мне, разозлился, что я отношусь к нему без почтения, вот и решил вас науськать, как глупых собак, чтобы покончить со мной чужими руками. Сам-то он не способен мне противостоять!

– Я – высший слуга Перунов! – пророкотал Шинберн.

– И что? – ухмыльнулся я. – Дашь мне своей палкой по башке? Или, думаешь, Перун испепелит меня молнией с небес? Не испепелит! Не тронут меня ни Перун, ни Мокошь, ибо единственно сущий господь бог спасет и сохранит меня. Перун лишь ангел грома и молний, но в подчинении бога – сонм ангелов, вестников небесных, помощников божьих! А какие-то там заветы перуновы выдуманы вот такими, как Шинберн и прочие бездельники, что держат вас в страхе, требуя жертв и подношений. Существуют лишь заповеди божьи, которые следует чтить. «Не убий без суда». «Не укради». «Почитай отца твоего и мать твою». «Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего». Вот как звучат некоторые из заповедей! Так что расходитесь, люди добрые, а тебя, Шинберн, я приказываю связать и посадить под замок!

Верховный жрец буквально онемел. Даже в страшном сне не могло привидеться ему, что простой смертный осмелится хотя бы слово сказать против него. Но связать?! Посадить?!

– Шинберн Громобой! – возвысил я голос. – Ты повинен в том, что оболгал меня, в том, что бунтовал людей, подбивая их на умертвия. Взять его!

Вот в отроках своих я был уверен. Пожилые гридни молились Перуну и Велесу, а вот молодежь не шибко следовала стариковскому обычаю. Хватало среди них и крещеных, особенно это касалось тех, кто отслужил хоть раз в императорской гвардии – в Константинополе высоко ценили «варангов» из холодной страны Рос. Так что я не слишком опасался гнева дружины.

Мал и Прастен подхватили Шинберна под белы рученьки и поволокли в поруб, тюрьму-подвал.

– Ва-ва-ва… – только и выдавил из себя верховный жрец.

Толпа, потрясенная и впечатленная увиденным, медленно расходилась. Иные были задумчивы.

А я вернулся на завод. После полудня плавильщики пробили ломами отверстие, и жидкий пламенный чугун хлынул по керамическому желобу в горны на отжиг. Сыпались искры, клубился подсвеченный дым. Калившийся белым и желтым металл пыхал нестерпимым жаром.

Я с тревогой посматривал на деревянные стены – мы их все оббили дранкой и толстым слоем глины замазали в противопожарных целях, но тысяча триста градусов – это ой как много.

Жидкий чугун из домницы поступал в горны, но это неправильное название, а правильное звучит так, что не сразу запомнишь – пудлинговая печь. Первыми до нее додумались китайцы еще до нашей эры, а европейцы дойдут до идеи плавить чугун без контакта с топливом аж в XVIII веке!

Суть в том, что получить чугун проще всего. Жидкую сталь мы не увидим еще очень долго, для ее получения требуется очень высокий жар, а вот расплавить чугун куда легче и проще. Но толку-то? В чугуне столько углерода (он же варится вместе с углем!), что ныне его все выкидывают, называя «свиным железом» – ведь ничего из чугуна не выкуешь, хрупкий он.

А вот если отжечь его, удаляя лишний углерод, то в жидкой массе начинают «остывать» частицы железа. Остается только собрать металл.

– Начали, ребята, – скомандовал я своим пудлинговщикам.

Все они были людьми могутными, а иначе не выдержать – тяжкая у них работа. Надо было ломами мешать расплавленный чугун, чтобы железо налипало на них, пока не получался этакий чупа-чупс из вязкой, как тесто, стали весом в четыре пуда.

Поди-ка, подыми такую! «Чупа-чупс», вернее, крицу плющат огромным деревянным молотом, а потом проковывают. И неплохая сталь выходит!

Пудлинговщики были одеты в стеганые штаны и куртки. Окуная свои ломы в расплав, они медленно размешивали его – мышцы так и перекатывались под толстой тканью.

– Первый раз вижу такое действо! – послышался громкий голос Олега.

– И еще не раз увидишь, княже! – отозвался я. – К вечеру у нас будет сто пудов доброй стали. Сейчас мои парни разломают эти куски железного «теста» на заготовки, и можно кузнецам передавать.

– Здорово! – оценил князь. – Я смотрю, ты свое золото в железо обращаешь… Не жалко?

– Золото для того и нужно, чтобы сталь получить. Плугов понаделаем, топоров, лопат… Мечей. Оружие я тебе продавать не стану, княже. Так отдам.

– Не было еще у меня бояр, кои без заднего умыслу, без корысти служили… – проговорил Олег и глянул на меня пытливо.

– Да понятно… – не обиделся я. – А у меня метода иная – правду глаголить. Самое верное дело! Не надо мучительно вспоминать, что ты соврал вчера, чего сбрехнул с утра… Говорил и повторяю: мне нужна великая Русь! Богатая, сильная… Чтоб ни одна сволочь даже пикнуть не смела в нашу сторону!

Князь хмыкнул и сказал:

Мы вышли, и Олег степенно пошагал к реке, где гудело, скрипело и плескалось водоналивное колесо.

– А не много ли железа? – сказал князь.

– Много? – удивился я. – Да где ж его много? Чтобы поля пахать, тысячи плугов нужны! Да тут и десятью заводами не обойтись. Ну, плугами-то мы торговать будем. Но для своих – по умеренным ценам, а лишнее за границу вывезем. Ну, в здешних местах плуги ни к чему, они нам в землях вокруг Киева потребуются – там слой плодородной земли толст, палку воткнешь – зазеленеет.

– Все забываю, что ты волхв, – проворчал Олег. – Дознался-таки, чего я задумал?

– Княже, ты же продолжаешь дело Рюрика, – ответил я с оттенком укоризны, – так чего ж тут незнаемого? Все ты правильно задумал… Небось, не только на Киев махнешь, но и Смоленск по пути оприходуешь?

– А как же! – хохотнул князь. – Весь путь из варяг в греки нашим стать должен!

– Тогда следующая цель – путь из варяг в арабы.

Олег глянул на меня и кивнул.

– Вот тут-то и пригодилось бы большое войско, – вздохнул князь. – Хазар бы, кровососов, скинуть!

– Хватит и двадцати пяти – тридцати тысяч, княже. Спуститься по Оке, заодно местных под свою руку приняв, и напа

сть на булгар – они верные союзники хазар. Занять Булгарию и вниз по Итилю идти. Конница пускай берегом скачет, а пехота на судах сплавляется. Буртасы особого сопротивления не окажут, а хазары без союзников ослабеют. Да, войско кагана велико, но это всего лишь большая вооруженная толпа, а на нашей стороне будет строй. Стоит только начать одерживать победу над хазарами, как многие беки покинут кагана и умотают в степь! Или даже на нашу сторону станут, если мы пообещаем их не трогать и стад не отнимать. А вот печенегов, давних противников хазар, можно и привлечь… Не думаю, что печенежская орда будет нам верным союзником, но их конница в сражении с войском хазарским была бы очень даже кстати.

– Да у тебя уже готовый план! – заулыбался Олег.

– Было время подумать, – отшутился я.

– Ладно, – решительно сказал князь. – Вернусь с полюдья – в поход двинусь, на Киев пойду. А как с этим делом поладим, сразу начнем войско великое собирать!

– Оружием и доспехами обеспечим, – вставил я, думая: наконец-то!

– Да, – молвил Олег, будто вспомнил чего. – Жаловались тут на тебя. И не просто так, а смерти твоей требовали…

– Небось, жрецы Перуновы? – усмехнулся я.

– Они. Доносили мне… – князь глянул на меня внимательно: – Ты христианин, как ромеи.

– Христианин, но не как ромеи! Они верят в Троицу, верят, что Христос – сын божий, а мы знаем, что Иисус – сын человеческий, но величие души его было таково, что сам Господь воскресил его и вознес к себе на небо. А бог – он один, Творец и Вседержитель.

– Я не стану вмешиваться в ваш спор, – сказал он. – И не буду просить богов указать правого. Пускай люди сами решат, какая вера сильнее. Но для этого нужно время и… и святилище. У Перуна оно есть, а у твоего бога его нет.

– Я готов выстроить храм божий, – заявил я. – Только дозволь.

– Дозволяю! Чем больше высших сил хранят Городище и землю нашу, тем лучше. Завтра я отбываю в полюдье, многие уйдут со мной. Оставляю тебе тысячу молодых воинов и назначаю посадником новгородским. Будешь смотреть за городом и крепостью сей до моего приезда!

– Присмотрю, княже. Счастливого пути!

– Раз путь у нас один, – улыбнулся князь, – то и счастья нам обоим!

в которой я строю «стену»

Признаться, я и не заметил, когда князь с дружиною убыл за данью – некогда было. Сразу несколько строек подряд – вот и сновал по объектам.

На той самой поляне мы, волхвы, выстроили «вокзал» – так мы его назвали. Ничего особенного, обычная изба, длинная, высокая и без окон.

Хорошо еще, что никого из местных рядом не было. Земля-то подмерзла, а фундамент закладывать надо. Так Мишка у приятеля мини-экскаватор одолжил и на нем в прошлое заявился.

Порычал, пофырчал, нарыл ям под бетонные ФЭСки, а потом у того же знакомого грузовик с краном взял – сгрузил железобетонные изделия, выставил, как надо. Бетономешалку протащили, подключив в будущем, и намешали раствору – на горячей воде, чтобы бетон медленно остывал, прикрыли его на ночь старыми матрасами, а утром все было готово.

Бревна тоже из XXI века доставили – калиброванные, аж блестят. И брус для стропил, и доски, и евровагонку – местные умельцы только языком щелкали от восхищения.

А когда сложили сруб, крышу сделали, то и ворота повесили, и пол забетонировали – мало ли что мы сюда перегнать решим.

Нет, о танке или БТР мы даже не задумывались, но вот внедорожник вполне. Или там катер. Если нужда появится.

Вот я и прибегал, проверял, как бетон застыл.

Нормально застыл. А пока раствор жидковат был, я в него плитки кафеля вдавил – точно по той линии, где проходила грань двух времен.

Вообще-то я с друзьями переговорил насчет «узкой специализации». Коли уж я пошел по военной стезе, то так и потопаю дальше, а Мишке, раз уж он с экскаватором на «ты», прямая дорога в строители-прорабы.

Ховаев, правда, удивился моей логике, но протестовать не стал – зодчество ему нравилось.

Яшка – это, само собой, бизнес и торговля. И министерство финансов впридачу. Правда, «экономический блок» мы с ним поделили – заводы на мне.

А вот Коля меня, признаться, удивил. Знаете, что он заявил? Я, говорит, флотом займусь. И сельским хозяйством.

«Очень близко!» – съехидничал Амосов, но Белый только улыбнулся.

Ну что делать, если человека обуревают именно эти две страсти? Насчет кораблей я все понимаю, а что касается земледелия…

Сразу видно, что у Коляна дачи не было, что не стоял он буквой «зю», грядки пропалывая! Ну, пусть покрестьянствует…

А я, значит, индустриализацией маюсь. Занимаюсь то есть.

Рядом с железоделательным заводом, там, где уже стояли две большие стекловаренные печи, сооружалась большая водяная кузница – «самоков вододействующий».

Когда печи с домницей стояли потушенные, водоналивное колесо не дутьевые мехи приводило в движение, а большой кузнечный молот – вал с ободом проворачивался, а кулачки на ободе рычаг ковочного молота – весом в десять с лишним пудов! – цепляли, и тот бил по наковальне. Восемнадцать ударов за один оборот колеса.

Уж не знаю, когда до подобного в Европе додумаются, а в Древнем Риме воду сплошь и рядом использовали, даже пилорамы на реках устраивали, причем не дерево пилили, а мрамор.

Так или иначе, а десятипудовое ковадло заменяло двадцать молотобойцев. Чуете, как производительность труда сразу выросла?

Кузнецов, правда, мало было – трое устроились ко мне, а ваканси

й – пятнадцать. Но ничего, земля слухом полнится. Скоро желающие в очередь выстраиваться будут!

Но самой ответственной стройкой стала восьмериковая ярусная церковь. Восьмиугольные срубы, установленные друг на друга, дополнялись четырьмя прирубами, обращенными на все четыре стороны света. Не очень много времени пройдет, и церковь украсится куполами, ступенчато взбирающимися к небесам – на тридцать семь метров! А все двадцать два купола мы деревянной «черепицей» покроем – лемехом из осины. Осина под солнцем и дождями приобретает необыкновенный серебристый окрас.

Когда я объяснил плотникам, какой величины будет храм, они мне сначала не поверили. А после загорелись – такую громадину никто еще не строил!

Посторонние, наверное, сразу поняли, что я копирую Преображенскую церковь в Кижах. Правильно понимают, только та красавица, что в Кижах стоит, зимой не действует – храм не отапливается. А вот мой «зимним» будет – несколько печей я сложу обязательно.

Поместим мы их в церковном подвале – печи будут греть воздух наподобие древнеримских гипокаустов и подавать его по керамическим трубам наверх.

Иногда мне кажется, что я зря связался с христианством, но ведь вопрос веры однажды встанет обязательно. И что выбрать? Язычество? Ответ отрицательный. А уж между исламом и православием я долго колебаться не стану, лучше уж попы, чем муллы.

Зачем дожидаться, пока что-то там созреет в обществе? Не лучше ли сразу определить, куда этому обществу идти? И возглавить поход.

Тогда не придется жечь язычников или мечом «крестить», как Владимир. Пускай крещение Руси пройдет мирно, по нашим правилам и на «ручном» управлении.

Единая вера сплачивает.

Кстати, верховного жреца Перуна я отпустил. Дождался, когда за него просить придут, выслушал их нытье и снизошел – приказал освободить сидельца.

Да и черт с ним…

…Я обошел обширный храм и даже погордился собой. Замыслить такое громадье! Каково?

Сотни и сотни людей работали сейчас на проект «Русь», порой даже не ведая того. Ломали камень в ильменских плитоломищах, волокли его в Городище, обтесывали, складывали печи, рубили лес, ошкуривали бревна, возводили венцы за венцами.

Подошел Колян – сегодня его «смена». Яшка с Михой сейчас в будущем, средневековые технологии со спецами отрабатывают.

Бесполезно на Руси компьютеры изготовлять. Тут даже радио – штука невозможная. И честно говоря, ненужная.

А вот счеты с костяшками – вполне. Русские изобрели «дощаный счет» в XVI веке, но я уже сколько раз говорил – чего ждать? Арабы с помощью абака управляются, а у нас – счеты. И сложение, и вычитание, и умножение с делением – все на костяшках выполнить можно. Тут мы впереди планеты всей, к тому же немногие европейцы, посвященные в науку арифметику, знакомы с арабскими цифрами, пользуются римскими. Понятия не имею, как им удается складывать и вычитать, тем более что нуль станет известен Европе триста лет спустя. Бог мой, куда я попал.

– Игорь! Там тебя отроки ищут, – сообщил Белый.

– И чего им надо? – спросил я неласково.

– Вообще-то ты у них тысяцкий.

– Ладно, ладно… Иду. Знаешь, это довольно скучно – боевая и политическая подготовка!

Научу тебя Крутить Бабочку с Нуля

Ну, тут я малость приврал. Вовсе не скучно! Трудновато бывает, это да. Устаешь сильно, зато чувствуешь, что не зря все, что толк есть.

Вообще, все эти месяцы, проведенные здесь, в «эпохе викингов», дали мне, если можно так выразиться, развернутый ответ на вопрос, которым я, бывало, мучался: как жить дальше? Что делать?

Здесь я каждую минуту ощущаю абсолютную востребованность, нужность свою. Я приношу пользу, а это уже само по себе придает жизни смысл и значение.

Я уже не говорю о том, что мы с ребятами двигаем историю, подталкиваем ее, чтобы топала быстрее.

Опять я отвлекся…

Короче, увидав отроков, я понял, что доверие князя не только почетно и лестно. Что мне теперь, разорваться?

Мало мне моих дел, так теперь еще за Городищем присматривай, да за Новгородом! А когда? Ночью?

А что ж ты хотел, друг ситный?

Отроков было больше тысячи, сотен двенадцать – точно. Попадались среди них и ветераны, бывавшие не в одном походе – эти числились «дядьками», наставниками, если по-нашему.

Они были гриднями, но с особым статусом… Как бы это выразиться… Ну, кем-то вроде работающих пенсионеров.

Осмотрев не шибко стройные ряды молоди, я уже готовился речь толкнуть, как вдруг вышел давний знакомец – Карл, сын Вузлева, тот самый, которого я выгнал из своего десятка.

– Господине, – неуверенно проговорил Карл, – тут хватает народу, который хочет стать такими, как парни в твоей сотне. А я больше всех этого хочу! Вот, сколько дней прошло после того… ну, ты понимаешь… вот столько я и жалел о случившемся. Того, что было, больше не повторится. Дурак был…

– Стать в строй, – сказал я и усмехнулся. – У меня медом не намазано, парни. Поту прольете немало, но прок будет!

Начал я обычно – разбил всех по десяткам, сотням и полусотням, назначил десятскими и сотскими тех, кто был у меня на доверии.

Слыхал я, что отроки не из моей полусотни сами бегали кросс до Новгорода и обратно, испытывали себя, так что имели представление о том, как я буду проверять их. Вот я и сплавил «новобранцев» – пускай сперва сотские посмотрят, кто чего стоит, а завтра уже я ими займусь. А пока мне надо еще на одну стройку заглянуть – в хорошем месте я возводил венцы своего дома. Негоже полусотнику в дружинной избе проживать, надобно свою крышу иметь над головой.

Ничего величественного я не строил, обычный пятистенок. Ну разве что с мезонином. Сруб поднимался быстро, а задержка была с печью – я хотел сложить ее из кирпичей, чтобы дольше тепло держала.

Местный гончар оказался человеком предприимчивым и охочим до «инноваций», так что мне оставалось ему только формочки изготовить, а остальное он и сам умел.

Кирпичи получались что надо – массивные, темно-коричневые, даже с каким-то вишневым оттенком. И мало-помалу росла моя печь.

Местный аналог будущей русской печки меня не устраивал. Не только потому, что топилась она по-черному – уж больно громоздка была. А я сложил обычную печь, которая у бабы Ани на даче стояла – с плитой и духовкой. А дымоход был в несколько ходов, составляя «грубку» до потолка – от нее-то и шло тепло.

На следующий день я отправился прямо на стрельбище, где собирался гонять отроков. Поле там было ровное, а снег до сих пор не выпал, так что маршировали мы по сбитой сухой траве.

Еще подъезжая к стрельбищу, я улыбнулся – тысяча была построена. Поротно, так сказать. Двенадцать сотен рядами и шеренгами – хоть сейчас парад устраивай!

Проехавшись перед строем, выслушав доклады сотских, я оглядел войско и сказал:

– Вас тут больше тысячи. Ощущаете ли вы силу?

– Да! – рявкнули все дружно.

– А ежели против вас выступит тысяча хазар или булгар? Одолеете ли?

– Да! – было ответом, хотя уверенности в молодых голосах чувствовалось поменьше.

– Если вам повезет, то вы одержите победу над врагом, равным вам по числу бойцов. Но цена этой победы будет велика – каждый третий из вас, а то и каждый второй примет смерть от вражеского меча, топора или копья. А если я вам скажу, что ваша тысяча способна победить врага, даже если против вас выступит тьма бойцов?

По войску прошел гул.

– Это не враки. Вы на самом деле способны одержать победу над противником, даже если тот будет наседать вдесятером на каждого из вас!

– Как? – послышался одинокий голос.

– Вам надо научиться держать строй!

И я стал объяснять молодому воинству подробности. Начали мы с боевого порядка «стена» – это похоже на фалангу Александра Македонского.

Тяжеловооруженная пехота должна была сплотиться на глубину восьми, а то и двадцати шеренг. Перед фронтом «стены» выставлялась легкая пехота – лучники, пращники, метатели дротиков, а фланги прикрывались кавалерией.

«Стена» позволяла нанести мощный удар в нападении или устоять в обороне. Без конницы у такой формации были слабые места на флангах, но я не собирался давать вероятному противнику ни малейшего шанса. Кавалерия у меня будет.

В таком случае вырисовывалась всего одна слабина – тыл. Но и для этого имелся выход. Следовало выстроить «стену» в две линии. Тогда, если вдруг вражины зайдут в тыл, вторая линия поворачивается кругом. И принимает бой.

Но «стена» была лишь основой для более сложного построения – «полчного ряда». При таком порядке войско оставалось выстроенным в линию, но было разбито на три части, что облегчало маневрирование, – в центре стоял «полк чело», или «большой полк» из пехотинцев, справа – конный «полк правой руки», слева – «полк левой руки», тоже кавалерийский.

Товарищи посторонние, не путайтесь – полк в этом времени означает всего лишь часть войска, а не особое подразделение.

Тактика была простая – пехота старалась «не порушить стену», заставляя противника втянуться в ближний бой и смешать свои ряды, после чего конница «правой и левой руки» охватывала неприятеля с флангов, сдавливала его и добивала.

Весь день мы разучивали это построение, устраивая потешные бои, в том числе и худший вариант, когда враг все-таки сумел прорвать «стену» и вклинивался в боевые порядки «большого полка». В этом случае пехотинцы собирались в «кучки», вставая спинами друг к другу и смыкая щиты.

В принципе, я держал в уме еще более усложненный вариант, когда к «большому полку», «полку левой руки» и «полку правой руки» добавляются «передовой полк» из конных лучников и «засадный» – стратегический резерв. А нынешняя «крепкая сторожа» – разведка, зажитники-фуражиры и боевое охранение войска – сводилась в шестой полк – «ертаул».

Но к этому еще нужно было прийти, а пока что, на нынешнем уровне стратегии и тактики в Европе, было достаточно и простого «полчного ряда».

Самое сложное, пожалуй, состояло не в объяснении принципа строя и даже не в самом построении, а в управлении войском. Ух, я и намучился с этим делом!

Все полки ориентировались по знамени – стягу, он устанавливался в середке «большого полка», указывая место командира, окруженного самыми надежными бойцами. Стягом подавали сигналы, а еще трубили в рога, дудели в трубы, колотили в бубен – и каждый десятский должен был сразу же реагировать, молниеносно и верно, вместе со всеми подчиняясь приказу.

Скажу сразу – в первый день отроки занимались «броуновским движением», шарахаясь во все стороны, сталкиваясь друг с другом, не понимая или не различая подаваемых сигналов.

Но расходились они с поля довольные – сомнения, мучавшие многих, рассеялись. Отроки сами открыли для себя удивительную вещь – оказывается, тысячей бойцов можно командовать так же, как десятком. А когда сотни воинов бьют в одном направлении, кто устоит перед ними?

Хм. Если я скажу, что на второй день они все-все-все уяснили, вы мне поверите? Ничего отроки не уяснили, шараханье продолжалось, но уже появились этакие ядра упорядоченности вокруг самых умелых и знающих свой маневр.

В общем, через неделю я всем, образно говоря, поставил «четыре». Даже конникам.

Я уже говорил, что кавалеристы из варягов никакие, а лошади им нужны, лишь бы до места битвы доехать. Спешиться – и рубиться.

Именно поэтому я до самой зимы практически не покидал седла – обучал кавалерию. Пешие и без меня знали свой маневр, им главное – стяг видеть да команды различать, а биться-то они обучены. Но вот посадить на коня пехотинца да выработать в нем навык всадника… В общем, тяжко было.

И задницы себе отроки сбивали, и опыт, полученный пешим порядком, с кавалерийским путали. Всяко бывало.

Но постепенно дело шло на лад.

Как ВРИО князя я и ключи получил от подвалов терема, а там оружия трофейного – хоть завались. Причем как бы ненужного – того, что денег стоит, но варягам не пригодится. К примеру, тяжелые сабли хазарские да печенежские, или арабские скимитары, кривые мечи, или ромейские длинные спаты.

Само собой, та же спата пехотинцу ни к чему, неудобна она, а вот кавалеристу – в самый раз. В принципе, спаты и ковались для конников – тем-то длиннее мечи нужны были, чтобы с седла доставать неприятеля.

Вот этими-то трофеями я и вооружил «полк левой руки» и «полк правой руки». И щиты миндалевидные вручил, чтобы лучше прикрывались.

Не всем, правда, хватило, так и оружейники без дела не сидели.

Вот так и шли занятия весь ноябрь, а когда в конце месяца снег повалил, то мы его живо утоптали по всему полю.

Кстати, еще в конце октября мы открыли пошив гутул – кожаных сапог с войлочной подкладкой. Их монголы придумали.

Гутулы в отличие от валенок не промокают, но такие же теплые. А зимой это важно.

Я сам заказал пару гутул – очень даже ничего.

Сразу всех переобуть не получится, но десяток за десятком примеряет новую обувку – все меньше сопливить будут.

А еще… Товарищи посторонние, вам еще не надоели мои постоянные перечисления? «А еще…», «а потом…» Только что же делать? Хочется обо всем рассказать, по крайней мере, о самом важном, но ведь каждый божий день мне приходилось заниматься разными делами, порой одновременно. Нагрузка была такая, что и голова гудела, и ноги. Зато интересно!

В общем, терпите. Может, попозже я успокоюсь, выберу себе узкую специализацию и стану в ней усиленно ковыряться. А пока…

А пока я занялся пороками – метательными орудиями, баллистами и катапультами. Да и как пройти мимо этой античной артиллерии? Раз уж порох – табу, надо мне тогда катапультщиков пестовать да баллистариев.

Большая баллиста способна метать глыбы в двадцать шесть кило на триста шестьдесят метров, но такая конструкция уж больно громоздка, а мне важна мобильность. Стало быть, нужно было строить карробаллисты, которые римские легионеры ставили на колеса и возили упряжкой лошадей.

Баллиста чем-то смахивает на огромный лук – у нее два рычага, которые разводятся в стороны, скручивая пучки воловьих жил (баллистарии и скручивают!). А между рычагами что-то вроде толстенной тетивы – ее оттягивают крюком на веревке, прокручивая ворот. Закладывают в желоб метателя, скажем, заостренное бревно и бьют колотушкой по стопору. И летит бревнышко в цель.

Ну, если карробаллисты можно назвать легкой артиллерией, то катапульты – орудия тяжелые. В буквальном смысле.

Тем не менее римляне и их на колеса ставили. Эти катапульты, годные к перевозке, назывались онаграми. Катапульта – это, грубо говоря, две рамы, вертикальная и горизонтальная, между которыми ходит шатун. Один его конец вставлен в пучок тех самых жил или кишок, а на другом, верхнем, конце находится плетенная из веревок корзинка, в которую вставляется ядро.

Отпускаем стопор, и шатун с размаху бьет по вертикальной раме, с силой выбрасывая ядро – метров на триста, прицельно.

Но что это я все о войске да о войске. На меня же еще весь Новгород повесили! Тоже мороки хватило.

Расписывать особо не буду – притомился я сегодня. Так, отчитаюсь коротенько.

Первым делом я прошелся по улицам новгородским и убедился, что о пожарной безопасности здесь даже не слыхивали. И тут уж я руку приложил, иногда в буквальном смысле. А как еще нарушителей убеждать? Кулаком вразумить быстрее всего выходит.

Приказал навесить, где положено, пожарные щиты, чтобы и ящик с песком, и ведра, и багор, и топор – все чтоб было. А еще в Новгороде появилась пожарная команда. Да!

Для начала завел пару телег, на них выставили громадные бочки и насос, чтобы в четыре руки качать. Самым сложным оказалось сшить пожарные рукава изо льна, но ничего, справились.

Пожарных я тоже гонял – добровольцы только зубы стискивали, а горожане посмеивались. Хихикали вплоть до середины ноября, когда загорелась большая общественная баня. Мои бравые огнеборцы прибыли на место быстро, а огонь уже перекинулся на дом купца Шимона Ушлятого.

Все в ужасе. «Пожар! Пожар!» – орут, а мои пожарные заливают «очаг возгорания». И потушили-таки! И такой респект заработали, что готовы были днем и ночью тренироваться.

А жители, все как один, кланяться мне стали.

Правда, не все из уважения, кое-кто просто боялся.

Я же еще и милицию завел! Городскую стражу во главе с исправником. Нур его звали.

Силачом Нура не назовешь, но сделан он был из железа и сыромятной кожи – такого фиг сломишь или напугаешь.

Исправник, как тот шериф, обходил все местные «торговые точки», общепит посещал, следил, чтобы ни драк, ни грабежей не было. А в том ему помощники помогали из городских – Добронег и Ярун. Росту под два метра каждый, шея головы толще, а плечи такой ширины, что бабушка упарится свитер вязать на такого-то внучка.

Я им обоим по арбалету вручил. Из лука стрелять уметь надо, а из арбалета любой попадет. Только что заряжать долго, так для охраны правопорядка скорость не важна – не сражение, чай.

Первые дни, вернее, вечера трудно было. Я и сам с Нуром дежурил, бывало, да еще отроков прихватывал. А через неделю вся острота сошла на нет – самым буйным Ярун с Добронегом болты в башку или пузо вогнали – за сопротивление властям. А после Нур огласил имена тех, кому в Новгороде не место.

Или, говорит, выметайтесь, не портите людям жизнь, или вас вывезут – ногами вперед. Почти все из черного списка проявили мудрость и не стали дергать тигра за усы. Ну а дураков сложили до весны в леднике – не сжигать же их, как нормальных людей.

Придет весна, растает земля, вот в нее и зароем дурачье. Хоть так от них польза будет – удобрением послужат…

в которой я встречаю пятого

Несмотря на завалы дел, нам удавалось изредка собираться вчетвером – мы скрывались в своей избе-складе, запирали ворота изнутри и переходили в будущее.

Последний раз со мной Мишка был, а Яков с Николаем бегали по Новгороду XXI века, в Питер наезжали – закупали, что нужно, а список, что свиток, – не кончается.

Все надо, и все в первую очередь. «Большую Химию» надо развивать? А как же! Хотя бы с мыла начать, уже хорошо.

Лесопилку ставить надо? Конечно! Знаете, как варяги доски делают для лодий? Валят ясень и расклинивают его вдоль на этакие «дольки». А потом эти «дольки» доводят до кондиции топорами и теслами. Можете представить себе, почем такая доска выходит.

Конечно, если древесина пилится, то она быстрее воду набирает, что для корабля не есть хорошо. Топор как бы закупоривает поры, а вот пила лохматит дерево. Но цена…

В принципе, у меня работает лесопилка на железоделательном заводе, но это ведь тоже не дело. Нельзя на одной и той же плотине совмещать кузницу, мельницу, пилораму да еще дутьевые мехи качать. Это сейчас на заводе затишье, потому что мы столько стали наплавили, что ее девать некуда. Предложение есть, а спрос надо еще организовать.

Ничего, скоро мы Киев возьмем, а там сразу и плуги понадобятся, и лопаты, и ободья для тележных колес, и еще куча всякого добра.

В общем, замотался я. До того дошло, что целую неделю не появлялся у Бажены. А когда пришел, то увидел, что она грустная и печальная. И мне ее так жалко стало, что я возьми да и бухни: «Выходи за меня замуж!»

Девушка сперва не поверила даже, что это к ней, а не к Раде. Бажена-то уже давно на себя рукой махнула – ей девятнадцать стукнуло, она по местным понятиям – старая дева.

А когда поверила, повисла у меня на шее и ну плакать. Я ее глажу по спине – и гораздо ниже – и утешаю, бормочу всякие ласковости.

И не знаю, как ей, а мне точно полегчало. Не люблю я неопределенности, а тут – бах! – и решил.

Помнится, когда я холостяковал, то обходил загс окольными тропами, а сейчас…

Мне очень хорошо с Баженой. Так чего ж ждать, высматривать в будущем то, что имеешь в настоящем?

Короче говоря, не откладывая на завтра, я сходил к ее деду и спросил благословения. Дед только крякнул в доволе. И тут же вено потребовал. А как же!

Там же не только ему компенсация за прошлые траты, но и как бы приданое для Бажены. Вдруг да не сойдемся мы характерами? Тогда будет что-то вроде развода, а вено останется у Бажены.

Справедливо? Вот и я так считаю. А свадьбу мы в мае сыграем или в сентябре – на этот счет разные поверья бытуют…

Да что у меня за привычка такая – отвлекаться постоянно! Возвращаюсь.

Короче, собрались мы вчетвером, выпили по случаю, поговорили о том о сем и пришли к выводу, что все идет просто замечательно. И жизнь наша переменилась самым волшебным образом.

Ну кто мы были еще весной? Да никто! Среднестатистические половозрелые особи. А теперь мы вершим такие дела, что вся будущая история пойдет совсем иным путем!

Ну как за это не выпить? Выпили, закусили.

Стали жаловаться друг другу, до чего ж тяжка доля прогрессора. И некому кричать: «Адекватно! Адекватно! Макроскопическое воздействие проходит штатно!»

Очень уж это сложно – вчетвером поднимать целину непаханую. Да, в чем-то одном мы спецы, но мы же тужимся в попытках объять необъятное! А как реформировать те области или отрасли, в которых ты ни бум-бум? Что, с Интернета скачать рекомендации, и все путем?

Но про нытье наше квартетом это я так, для зачина. Потому как на следующий день ко мне явился Яшка, да не один, а с гостем.

Я как раз с плотниками был, мы ветряную мельницу ставили, обсуждали, сколько лопастей выставлять – восемь или хватит четырех?

И тут Яшка заявляется. Немного смущенный, но довольный.

– Вот, – говорит и указывает на своего спутника, – знакомьтесь! Это Федор. Выпускник мединститута, интерн. Согласен поднимать здравоохранение в нашем мрачном Средневековье!

– Ты охренел? – ласково спрашиваю я. – Мы же договаривались, что никому ни полслова!

– Он мне ничего не говорил! – тут вступился за Яшку интерн. – Да и я ничего не видел – с меня повязку сняли в темной избе какой-то. Открыли ворота – и я тут!

– Но тебя же будут искать… – сказал я обреченно.

– Да кому я нужен! – отмахнулся интерн. – Родителей у меня нет, всю жизнь либо в детдоме, либо в общаге. А тут… Короче, я чуть было не женился, а невеста меня бросила и замуж вышла за другого. Я с горя и напился, чуть не замерз… А тут Яков Сергеич…

– Яков Сергеич всегда отличался гуманными позывами, – пробурчал я, – вот только в ущерб умственной деятельности. Федор, ты хоть понимаешь, куда попал? Здесь ближайшие врачи находятся за тысячи километров, в Константинополе или в Багдаде. В Кордове еще. И все!

– Знать, я буду первым на Руси! – ухмыльнулся интерн.

– Твоя фамилия не Амосов, случайно? Уж больно вы схожи. Два сапога – пара!

– Киреевы мы, – важно ответил Федор. – Да вы не волнуйтесь, все будет хорошо! Я у хороших врачей практику проходил. Вообще-то я хирург, но и в терапевтическом отделении немало отдежурил. Готовился в

сесторонне, хотел отправиться куда-нибудь к диким туземцам. Правда-правда! Невеста меня отговорила, пошел я в клинику… А теперь…

– …попал к диким туземцам, – договорил я.

– Ну скажете тоже! – обиделся Федор. – Это же предки наши!

– Далеко не все из них мудры. Тебе, Федор, придется все начинать с нуля. Больницу мы тебе построим, спирта я тебе нагоню. Инструменты… Тут уж придется из будущего брать – никеля нету пока, чтоб нержавейку ковать. Главная же сложность вот в чем. Все, что мы тут делаем, должно быть основано на местных ресурсах, должно быть понято и освоено опять-таки местными спецами. Ни в коем случае нельзя «подсадить» тутошнее общество на подачки из XXI века. Не потому, что нам жалко или считается неадекватным. Дело в другом. От внедрения нового и прогрессивного только тогда толк будет, когда этот самый прогресс освоят местные, когда они сами разберутся, что к чему, и не будут ожидать, когда мы им что-нибудь дадим, а сами начнут юзать! Понимаешь? Полная автономность нужна. Мало ли что может произойти! Мы люди, значит, внезапно смертны. Да и «эмвэшка» может сломаться. Вдруг! Откуда мы знаем, какая у ней наработка на отказ? Может, сегодня она в предпоследний раз включилась! Но если такое случится, тут все накроется медным тазиком – коли все завязать на будущее. Вот поэтому я тут не паровую машину соображаю и не телеграф – это неадекватно. Видал? Ветряк сооружаем, будем зерно молоть. И если меня завтра заколют, зарежут, проткнут копьем, мельница будет достроена и запущена без полусотника Тучина. Так и с тобой. Никаких пенициллинов, стрептоцидов и пирамидонов! Основа должна быть здешней, адекватной текущему времени. Антибиотик нужен? Пользуйся прополисом или аккуратно снимай плесень с буйволиного масла, как тибетские ламы делали, и мажь этим снадобьем воспалившуюся рану. Я вот отправил на Онежское озеро рудокопов, так трое из них – биармы. Какие-то родичи тех, кого мы будем называть ненцами. Они мне обещали много-много золы привезти от сожженной ламинарии…

– А-а! – догадался интерн. – Йод?

– Он самый. И так во всем! Забудь пока о шприцах, не приучай людей к продвинутой медпомощи. Пользуйся тем, чем тут принято лечиться, а здешние травники знают в тысячу раз больше наших современников. Так что и ты будешь учиться, и помощников учить.

– Я понимаю, – улыбнулся Федор. – Хотя, если честно, подумал сперва, что вы меня просто пугаете. Так я не боюсь. Здесь же очень интересно! То, о чем я мог узнать из компьютерных игр, здесь случается наяву… Или рыцарей нет еще?

– Рыцарей-то? Да почему, завелись уже.

– А девушки здесь как?

– О-о-о! На одной из местных красавиц я женюсь будущей весной. Кстати, о красавицах. Взгляни во-он на ту девушку! Видишь?

Я коварно улыбнулся. Интерн, как водится, завис. Девушка в шубке, в вязаной шапочке, модной у карел, дефилировала с коромыслом на плече. Его оттягивала пара не слишком объемистых ведер, и красавица плавно покачивала бедрами, удерживая груз, – высокая, стройная, белолицая, глазищи синие, если и постреливают, то залпами, и сразу наповал.

– Ее зовут Рогнеда, – сказал я, – но ты особо не засматривайся.

– Почему? – вытянулось лицо у Федора. – Она… замужем?

– В том-то и дело, что нет! Рогнеда – старая дева.

– Ну, да. Ей уже семнадцать.

– Какие шутки? Здесь замуж выходят в шестнадцать, а то и в пятнадцать лет. А Рогнеда… Понимаешь, род ее увял, а семья маленькая. Некому было девицу наставлять и жениха выбирать. А сама она за кого попало не пойдет – подросла да поумнела. Подкатывали уже к ней, сватались – всем на дверь указала. Разборчивая у нас Рогнеда… Ладно, хватит об этом. Яшка, на твоей совести обучение интерна разговору на местном наречии

– Есть! – прогнулся Амосов.

Вернувшись к церкви, я оглянулся вслед Яшке с Федором. Сбил меня этот интерн с мысли. Но лишним он тут не будет, это точно.

Хватит ли ему стойкости, чтобы перенести тутошние лишения? Хороший вопрос. А у нас, у четверых «отцов-основателей», ее достаточно? Не сдадим мы? То-то и оно.

Больница… Больница – это хорошо. А еще я хотел подсказать Яшке, чтобы он банк выстроил. Большой, из камня. Бревенчатый банк – это несерьезно, а каменный не сгорит. Пусть хранит людские сбережения, а то тут пока один вид «вклада» – клад. Закапывают в огородах горшочки с дирхемами на радость будущим археологам.

Можно будет и кредиты выдавать под проценты. Ростовщичество – это выгодно.

Неожиданно мои мысли перебил подскакавший «дядька». Звали его Крут, и был он мне симпатичен. Когда другие дядьки ворчали, осуждая мои учения, Крут помалкивал. А однажды сказал мне, что молодец-де я, правильно все делаю. Вздохнул даже. Вот, говорит, если бы двадцать лет назад мы вот так же стояли да строй держали, не сгорела бы Ладога. А то пришел конунг свейский Эйрик, да и спалил на хрен[11].

Крут завидел меня и прибавил прыти коню. Подскакав, он крикнул:

– Рать движется сюда! Большая! Урмане идут! Как бы не десять сотен их. Идут лесом на лыжах!

Я похолодел. Урмане – это норманны. Викинги! Вот же ж суки какие… Нашли время! Дружины нет, одни отроки оставлены – приходи и бери, что хочешь… Ну-ну.

Я почувствовал, как разгорается во мне злость, как крепнет холодная решимость.

– Идут медленно и скрытно. Мои следили за ними, а Сулев – знатный охотник, его не слышно и не видно. Говорит, что урмане на подходе, а передовой отряд место искал для стоянки. Переночуют они, а завтра утром выйдут к Заполью.

Заполье – это на левом берегу, за цитаделью. Там лес сведен сильно, лишь отдельные рощи шумят, а на свободном месте поля раскинулись.

В отличие от русских беговых лыж «скидх» викингов были тихоходными – бойцы скользили на одной длинной левой лыже, отталкиваясь короткой правой. Заполье…

Стало быть, завтра утром встретим этих бандюков на полях. Уж какой их там конунг ведет, не знаю, но разграбить и спалить Новгород я им точно не дам!

в которой я принимаю бой

Отроков я поднял по тревоге. Узнав, кто собирается напасть на Новгород, эти юные герои не испугались, а обрадовались. Наконец-то враг настоящий возник на горизонте! Будет, с кем сразиться!

Я всем строго-настрого наказал, чтобы не болтали лишнего. Незачем городских беспокоить, панику поднимать.

Тысяча викингов – это страшная сила. Если их самих не вырезать, они резко сократят число населения и Городища, и Новгорода.

Конечно, ополчение я поднял. Опять-таки шепотом, на цыпочках… Вои-ополченцы, бы

вало, что и сникали при вести о набеге, но сразу бодрости прибавляли, когда я им растолковывал суть. Биться будут отроки, задача ополчения – город удержать, если мы не свяжем боем все урманские отряды.

И пожарные тоже бдели, и стражи с исправником. Даже медслужбу наскоро организовали – в пустующей усадьбе светлого боярина Олдамы. Сам-то Олдама с Олегом отъехал, вот мы и расположились в его хоромах. А что? Просторно, тепло. Темновато, правда, но и светлица была – я ее приказал своей «продукцией» застеклить. А остальным пускай интерн занимается, мне уже некогда. Война!

На военный совет я собрал всех сотников. Они стояли вокруг большого стола и тихо переговаривались. «Дядьки» хмуро молчали, морщились только и воздыхали.

– Слушаем тебя, командир, – молвил Воист, и я приступил к изложению плана.

Нарочито спокойно оглядев собравшихся, я рукою сгреб наскоро напиленные плашки.

– Взгляните сюда, – сказал я, расставляя квадратики и прямоугольнички, – и представьте, что стол – поле боя, а эти дощечки – войска. Эти вот – наши, а эти – наших врагов. Да! Знает кто, как орел черепахой закусывает?

– Хаживал я по степи, хаживал… – усмехнулся Крут. – Орелик тую черепаху закогтит – и в небо. И оттуда на камни бросает. Панцирь у черепахи – крак! – и птичка лакомится вкусным мясцом…

– А лиса как с ежом управляется? – подхватил Мал. – Тот в колобок свернется, а она его лапкой, лапкой, да и в воду! А там, хошь не хошь, развернешься! Тут-то лисонька и цап ежика за брюшко!

Смешки прошли по гриднице.

– То же самое, – громко сказал я, – и с урманами будет! Надо только с умом подойти, как тот орел. Глядите, – я выстроил синие плашки в угол, – урмане пойдут «свиньей», таким вот клином. А мы… – выставив три красных плашки поперек, я повторил расположение карфагенян в битве при Каннах, – вот так вот станем. Середка большого полка – наружу, а его фланги выстроим глубокими колоннами. Куда ударит урманский клин?

– В середину! – уверенно сказал Крут. – Она ж выдвинута, стало быть, ближе всего выкажется!

– Да кто ж их знает. – засомневался Рулав. – Могут и по краю ударить…

– А мы им поможем выбрать направление удара! – весело сказал я. – Сотни на флангах выставим с большими прямоугольными щитами, а по центру – с круглыми! Куда ударят урмане?

– Тогда в середку! – сказал Рулав. – Где щиты поменьше! Им будет казаться, что в том слабина.

– Правильно! А теперь – самое главное. Те, кто примут на себя этот удар, не должны биться.

– Как это?! – зашумела гридница.

– Им нужно будет отступить! Даже бежать, теряя щиты!

– Так строй же будет прорван! – завопил Лидул, сотский из новичков. – Ты что, командир?!

– В том-то и дело! – с жаром сказал я. – Викинги ворвутся в брешь – и попадут в ловушку! И вот эти, которые были посередке и побежали, оборотятся и примут бой, а те сотни с большими щитами, что будут держать оборону по краю «полка чело», ударят с флангов. Получится так, что мы окружим урман! Вернее, они сами попадут в окружение! И мы будем долбать викингов, пока не раздолбаем, как орел черепаху!

– А выдержит ли середка удар? – выкрикнул Идан. – Это ж какая сила накатит!

– А пороки на что? – парировал я. – Мы их поставим позади «большого полка», вот так, – я выложил две дощечки за теми плашками, которые изображали колонны, – чтоб били наперекрест! Приблизились урмане на триста шагов – мы их встретим ядрами из катапульт. Осталось до них шагов сто или полтораста – в дело пойдут пучки дротиков или копий из баллист. И вся их мертвечина создаст такую кучу малу, такую кровавую кашу, что урмане завязнут в ней и растеряют весь свой разбег…

– А нам что делать? – спросил Булан, возглавлявший «полк левой руки».

– Задача конников – зайти урманам в тыл и довершить окружение, но строго вовремя! Вопросы есть? Вопросов нет.

В разведку я послал Линду и Сулева, весина и чудина. Эти могли даже в частом подлеске незамеченными проскользнуть, как бесплотные духи.

Они уже сами подыскали себе соратников и ночью отправились в рейд. Когда рассвело, из лесу показался Линду.

Он быстро скользил на лыжах, а подъехав, доложил:

– Просыпаются урмане! На ночь они шатры расставили, костры большие палили. Пару лосей завалили – сожрали. С ними целый обоз идет, причем половина саней – пустые. Видать, добычу пихать надумали.

– Мы им напихаем, – процедил я. – Кто их ведет, выяснили?

– Не поверишь! Старый Эйрик Энундсон, прозванный Бескостным!

– Это не тот ли Эйрик, что Ладогу пожег лет двадцать назад?

– Он самый, командир!

– Так это ж сколько ему?

– Да зим пятьдесят, точно. Но крепкий, злой только.

– А почему Бескостный?

– А ему, говорят, одна девка из наших, когда он еще только на Ладогу шел, член свернула! Наверное, без колдовства не обошлось – после того случая у Эйрика ни разу не встал!

– Ну так ему и надо. Наверное, потому и злой, что «без кости»!

– Да ладно… Их точно тысяча?

– Даже больше, но самих урман – сотен шесть или семь. Свеи в основном да даны. А остальные – эсты. Это они урман провели мимо Плескова[12], лесами да местами укромными, и прямо сюда.

– Суки… Ладно, отдохни, поешь…

– Да я на ходу! А то эти двинутся скоро. Успеть надо!

А вот я позавтракал. Неизвестно, сколько нам биться, можно и не дождаться «обеда по расписанию».

Вся моя рать расположилась в лесу, в большой роще, где елки перемежались с березами. Отроки сидели вокруг костров, грелись, жевали, болтали, смеялись и даже пели.

Правда, иногда и у самых разбитных тень на чело наползала – смертушка-то рядом ходит. И тогда бойцы занимались делом – мечи острили да секиры, набивали тулы стрелами, чинили щиты, за лошадьми ухаживали.

Скрип снега под тысячами сапог, звяканье тысяч клинков делали воздух густым и вязким, но вот вернулась тишина, и даже треск догоравших костров не перебивало иным звуком.

Как я ни старался устав соблюсти, не все у меня получалось. Кафтаны-то у всех были обшиты тканиной защитного цвета, и шлемы удалось всем однотипные выдать, и щиты. А вот лошадей одинаковых… Где их взять?

Половина животин была местной породы – крепкой, хоть и не шибко грациозной, а другая половина – чистокровные степняки. Кони очень выносливые, резвые, но не смотрелись они даже рядом с тутошними сивками-бурками. Коротконогие, лохматые…

Ну хорошо, хоть эти есть!

Нервно-зябко я потер ладони. Было не холодно, день обещал быть теплым, просто тревога доставала. Давнишний мой рейд, когда мы хазар почикали, виделся сейчас как прогулка.

Викинги – это вам не хазары. Северяне – настоящие воины. Правда, меня утешало отсутствие норегов – вот те действительно норманны! Даны, правда, тоже ничего бойцы, а вот свеи мелковаты, до норегов им далеко, да и в походы дальние никогда не хаживали.

Даны с норегами Париж брали под водительством Рагнара Меховые Штаны, а свеи так, по побережью озоруют. То на деревню тех же эстов навалятся, то пруссов заденут или с карел мзду возьмут…

Я встрепенулся. Мал, который удерживал стяг, картинно выставив ногу, указывал на дальний лес – над деревьями взмыла сигнальная стрела. Ее наконечник был извалян в смоле и подожжен, в полете стрела оставляла по себе дымный след.

– Идут урмане… – проворчал Крут.

Похлопав по шее своего воронка, он легко вскочил в седло.

– Боевая тревога! – рявкнул я. – Строиться!

Протяжно взвыли трубы, и все сразу пришло в движение. Заскрипел снег под множеством ног и копыт. Выехали конники, постепенно занимая свои места в строю и образуя более-менее четкие квадраты, приятные начальственному глазу. Строй – это порядок, это структура, придающая форму первобытному хаосу, свойственному варварам. О, с этого и начну.

– Братие! – гаркнул я, поднимаясь на стременах. – Держите строй! Помните: урмане – это дикари, не придумавшие ничего лучшего, чем наступать «свиньей»! И не считайте их число! Пока мы в строю, мы сильнее! Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами!

Воинственные возгласы разошлись по строю, колыша копья – словно ветер тростник клонил.

Долго стоять, теряя запал, нам не пришлось – показалась вражья сила. Обтекая небольшую рощу справа и слева, потянулись лыжники, увешанные оружием.

Скидывая свои «скидх», они деловито проверяли доспех и оружие, собираясь в толпу, кое-как организованную в «свинью» – так наши неблагозвучно, но точно прозывали урманский «фюлькинг», то бишь «клин».

Впереди, на острие, составляя «рыло», шагали самые сильные и умелые. Шли такие и по бокам, загораживая основную массу – легкую пехоту и лучников.

Казалось бы, тоже строй, но было одно важное отличие – групповщина. Мои отроки были едины, а вот Эйрик собрал вместе мелкие хирды, то есть гриди всяких ярлов да херсиров, каждый из которых был наособицу. На нас наступала толпа бойцов, чужих друг другу, умеющих знатно биться один на один, но вся эта «свинья» годилась лишь для одной тактики – тупо переть в лоб.

Не слезая с коня, я двинулся в самую середку большого полка. Рядом со мной ехал Мал, чрезвычайно гордый своим званием знаменосца-стяговника. А сказать, какой у нас был стяг?

Красное полотнище, а в углу серп и молот, да красная звезда. Отрокам знамя очень понравилось, а подтекста они не ведали.

Меня обступили «преторианцы», моя гвардия – Рулав, Воист, Идан, Фолар, Лют, и еще, и еще. Будут охранять мою драгоценную особу.

Я подал знак, и Мал воздел стяг повыше. Сигнал тут же озвучили медноголосые трубы и хриплые рога. Словно по эстафете, передалась дробь, отбитая в бубны.

И все мое войско разом двинулось. «Большой полк» тяжело печатал шаг, конница на флангах не опережала пеших.

Я махнул рукой, и катапультщики завопили: «Пуск!»

Слитный стук спускных рычагов онагров ударил сухим частым грохотом, да с завизгом. Десятки каменных и чугунных ядер ударили по викингам «тупыми предметами», напрочь отрывая головы, переламывая тулова, а на излете калеча.

Еще одна стая убийственных глыбок перелетела меньшавшую нейтральную полосу.

Шагов двести оставалось до оголовья нурманского клина, когда заговорили карробаллисты.

Тяжелые дротики провыли над полем, уносясь навстречу урманам. И поразили цели, накалывая викингов, как жуков на булавки, подчас и пару нанизывая на общий вертел.

Десятки валящихся мертвецов создавали заторы, викинги пихались, роняя оружие, порой и сами не удерживаясь на ногах.

Вперед вылетели лучники на конях. Это была легкая кавалерия, но вот луки у них были весьма убойные. Конных стрелков я тренировал особо, в расчете на будущие сражения с хазарами, и действовали они в обычае кочевников – затеяли «карусель».

То есть носились перед викингами и обстреливали их на скаку. Пока один спускал тетиву, другой накладывал стрелу, третий доставал ее из колчана – и по кругу, по кругу.

А стрелы с жалами бронебойными, гранеными да калеными…

Особой меткости добиться за месяц сложно, да и вообще, стрелять с седла, бросив поводья, удерживаясь одними ногами, когда конь мчится галопом, – архитрудно. Однако и мишень у лучников была большая – ни одна стрела даром не пропала, все нашли свою цель. Урман сносило с ног, отбрасывало на задний ряд, они никли и падали под ноги соратникам.

Викинги взревели и кинулись в атаку. Лучники тут же развернули коней и поскакали к нам – отроки четко раздвинулись, пропуская стрелков, и вновь сомкнули щиты.

Первый ряд выставил копья, копейщики второго ряда уложили свое оружие на плечи впереди стоящих. Напряглись, уперлись…

И вся орущая, размахивавшая холодным оружием, вонючая и свирепая масса вражья нахлынула, ударила с треском и лязгом, с хрустом костей, со звоном мечей и глухим перестуком щитов…

в которой я проспал все праздники

Самое сложное в битве оказалось… что? Не бояться? Держать страх на контроле? Вовсе нет!

Надо было оставаться предельно собранным, внимательным, сосредоточенным, не обращая внимания на оглушительный грохот сражения, на крики своих и чужих.

С огромным трудом я сохранял хладнокровие.

Урманская «свинья» врубалась, въедалась в наши ряды. Трещали копья, древки лопались сами или переламывались под ударами урманских секир.

– Мечи к бою! Щиты теснее!

Больше всего я переживал за тех отроков, что первыми приняли удар. Они были обречены. Выстоять отрокам в атаке урман было невозможно в принципе, тут и опытные гридни отступили бы под могучим напором.

Но задачу свою отроки выполнили – задержали викингов и даже чуток проредили их ряды.

– Все! Пора! Середке – отходить!

Вой труб едва донесся до воинов, но движение стяга уловили многие – и дрогнула середка, отступать стала, ломая строй, как бы поддаваясь чудовищному давлению «свиньи».

Нурманы взревели, чуя слабину, и еще пуще усилили напор.

Отроки поспешно отступали, бросая копья – не во врага, наземь. Пускай неприятель убедится, что победа близка, что русы в страхе бегут!

И «свинья» сама полезла туда, куда мы ее заманивали. Фронт «большого полка» прогнулся дугой, стал походить на подкову. Я и сам пятил своего гнедка, и мои «гвардейцы» отступали следом.

«Клин» все пуще увязал, как топор в сучковатом полене.

И здесь был очень опасный момент. Не стоило викингов считать полными идиотами. Клин на то и клин, чтобы рассекать вражеское войско. А потом «свинья» раздваивалась будто – урмане поворачивали оружие в стороны, наступая на половинки разделенного воинства.

И мне нельзя было допустить, чтобы викинги первыми показали этот фокус.

– Прекратить отход! В атаку!

И вот тогда началось то, чего я ждал и боялся – отходившие отроки снова поперли вперед, а сотни на флангах ударили «свинье» в бока.

Пороки в это время молчали, зато лучники посылали стрелу за стрелой, пуская те навесом – увесистые древки взмывали в небо, теряя силу, переворачивались под весом наконечников, и падали вниз, втыкаясь в спины, в плечи, в головы урман и их пособников.

Викинги поневоле вздергивали щиты, прикрываясь – и открываясь для копий.

– Конники! К бою! В атаку!

Засвистели, заулюлюкали кавалеристы, выхватывая свои спаты да скимитары. Не вся «свинья» пролезла в боевые порядки «полка чело», и конники накинулись на ее «филейную часть».

Все! Враг был окружен! Сотни Веремуда, Лидула, Вольгаста, Идана, перемолов урман, бронями и мечами своими защищавших «свиные бока», набросились на эстов и тех данов со свеями, что составляли легкую пехоту. Их кожаные доспехи легко поддавались секире и клинку.

Особый успех сопутствовал конникам – они наседали на урманский арьергард, безжалостно кромсая живую силу противника. И если кони местной породы просто несли всадников, то лошадки-степнячки сами ярились, кусая урман и забивая их копытами.

Приложив нечеловеческую силу, малый отряд урман прорвал-таки окружение, выдвинувшись в мою сторону, но тут уж мои «преторианцы» не сплоховали, бросились в атаку.

Между их широких спин мелькали ощеренные бородатые хари, красные потные морды викингов, блеснуло красным лезвие топора…

И тут я ощутил резкий удар в бок. Боль пронзила меня – словно раскаленный уголек сунули в кишки. Я зарычал и увидел древко стрелы, торчавшей у меня из левого бока.

Постеснялся, дурак, надеть бронежилет! Решил быть, как все, – в тутошних доспехах. Да никакая кольчуга не выдержит выстрела в упор – убийственное граненое жало раздвинет колечки, погрузится в дрожащую плоть.

Господи, глупо-то как…

Бой словно отдалился, стал слышен глуше, а мысли мои завертелись медленно и натужно.

Я же еще ничего не успел, что ж так рано-то…

Ничего, зато похоронят со всеми почестями, сожгут на костре, а сверху курган насыпят…

Мал обернулся, увидел меня, закричал что-то. Я ему успокоительно улыбнулся – все путем, мол. Глаза сами собой закрылись, щекой я ощутил гриву коня…

Очнулся я в том же безмолвии, но было тепло. Я лежал на мягком, меня укрывало одеяло из овчины.

Открыв глаза, я долго смотрел на дощатый потолок, гадая, где я и что со мной.

Битва все еще жила в моей памяти, я даже припомнил лицо того самого лучника, что послал стрелу. Мне почему-то казалось, что он держал копье – нет, это был лук. Лицо стрелка было искажено яростью и судорожным усилием – он растягивал тетиву. А потом спустил ее.

Будь у него в руках степной лук, я бы вылетел из седла. Повезло…

Я лежал совершенно неподвижно. Пошевелил пальцами ног – на месте. И руки были при мне. Бок, правда, чесался, но трогать я его не стал – вдруг проснется та палящая, резучая боль?

Послышались негромкие голоса, и открылась дверь. В комнату вошла… Рогнеда. Она была затянута в строгий белый халат, а на ее пышных волосах сидела белая шапочка. В руках девушка держала канделябр византийской работы с семью свечами – мне сразу вспомнилась Бажена.

Рогнеда несла светильник осторожно, чтобы не накапать воска, но качнула подсвечник, увидав мои открытые глаза. Улыбнулась, делаясь еще краше, и сказала:

Спросила как-то по-домашнему, просто и нежно.

– Рогнеда! – донесся из соседней комнаты или коридора голос Рады. – Ты где?

– Здесь я! Зови лекаря, тысяцкий проснулся!

Рада ойкнула и убежала. Вскоре я услышал сразу два голоса – девичий и мужской. В мою комнату – палату? – энергично вошел Федор, тоже весь в белом.

– Ага! – воскликнул он. – Ну наконец-то! А то все праздники проспали!

– Какой день сегодня?

– Не помню, – ухмыльнулся интерн, убирая одеяло. – Я и месяцы здешние не до конца выучил. Попали вы в больницу в середине студня, а ныне вторая неделя просинца пошла!

– Январь уже? – вяло удивился я. – Надо же… Как там отроки? Урмане как?

– Не разговаривайте, – строго сказал лекарь, – вам вредно.

– Хочешь, чтобы я сам встал и пошел… ну, или пополз… за инфой?

– Да все в порядке, разве не видно? Где бы мы все были, если бы викинги одержали победу? Разбили вы их! Разгромили вдрызг! Человек триста побили, а остальные в плен сдались. Яков Сергеич уже приспособил их – пленные лес валят и пни корчуют на трассе будущей «большой прямоезжей дороги» Городище – Ладога.

– Ага… А моих многих побило?

– Да куда ж тут без потерь? Человек двести полегло, хоронили как героев…

Рада всхлипнула. Я посмотрел на нее.

– Ага… Я представила, что и тебя вот так… Как героя.

– Да какой из меня герой… – честно вздохнул я.

– Ты что?! Да ты самый-самый геройский герой!

Я улыбнулся. Пылкая какая…

Крутой Нож-Бабочка CS:GO своими руками из дерева. Как сделать Нож-Бабочку из палочек для мороженого

Щечки горят, глазищи сверкают… Прелесть.

– А она тоже тут, только послали ее к дяде Якуну за лекарствами. Скоро придет.

Федор снял с меня одеяло, сдвинув его до колен. Я лежал на постели голый, как в первый день рождения, но как-то не стеснялся девичьего внимания. Рада вздохнула тихонько и ласково погладила меня по бедру. Ладошка у нее была теплая, даже горячая, но я вздрогнул.

– Радка! – строго сказал Федор.

«Медсестрички» удалились, перешептываясь, а интерн, поглядев им вслед, вздохнул:

– Рада с Баженой были при тебе неотлучно, по очереди спали. Радка пот тебе вытирала, когда ты метался в горячке, удерживала ладошками, плакала и уговаривала не помирать. А потом целовала тихонько… Везде. Я не подсматривал, это мне Рогнеда рассказывала…

Интерн улыбнулся застенчиво:

– Не знаю… Все ж видели, как тебя на санях привезли и ко мне в больницу положили. А что я один? Выхожу из дверей, вижу – Рогнеда проходит. Я прямо к ней – так, мол, и так, надо бы помочь тысяцкому, и вообще… Рогнеда сразу согласилась. Мы с ней дежурили вместе, но она вольностей не допускает. Пока…

– Надеешься? Правильно… И пусть будет при тебе, при больнице… Я даже рад! Очарует тебя Рогнеда, и уже не сбежишь в будущее…

Федор покачал головой и рассмеялся:

– Ей-богу, мне здесь нравится! Очень. Помню, 23-го декабря… Или какого? По-моему, 23-го. В общем, самая длинная ночь в году. Скандинавы местные праздновали Йоль, а мы – Коляду. Ряженые ходили, взрослые костры жгли, детишки угощенья выпрашивали, песни были, пляски… А мы с Рогнедой только в окошко на все это действо глядели, к операции готовились… Ох, как я тогда боялся… Нету ж ничего! Инструментов – один комплект, и все. А перетаскивать вас в будущее – никак! Не пережили бы вы такого переезда…

– Хватит меня на «вы» величать, здесь «выканье» не в ходу. Трудно, значит, пришлось…

– Еще как… Хорошо хоть спирт был. Сколько ж его извел… А потом даже развел маленько и выпил! Каюсь, был грех. Стрелу-то мы вынули, а повреждения внутренние? Почистил все, как надо, зелий здешних наложил, а потом неделю вздрагивал, когда Радка прибегала. Вдруг забежит и доложит, что воспаление пошло! Все тогда… Но ничего, пронесло, залатали… э-э… тебя.

– Не за что, – интерн улыбнулся, но вскоре улыбка его поблекла. – Это вам спасибо, что викингов этих драных расколошматили. А то было б нам. Стоит только на рожи их посмотреть… Ну ладно, заговорил я вас… тебя. Сейчас Рогнеда повязку сменит, и отдыхайте… Отдыхай.

Рогнеда пришла с каким-то тазиком, а в нем – полосы мягкой ткани,

в воде прокипяченные и в каком-то снадобье вымоченные. Стала она менять повязку, и от касанья ее пальчиков я замлел, даже глаза закрыл.

– Ингорь… – негромко сказала девушка.

– А? – отозвался я, не открывая глаз.

– Ты почему Радочку обижаешь?

– Я? – от удивления я разжмурился.

– А кто? Она же переживает, наверное. Почему ты одну Бажену в жены берешь? А Рада? Как ей одной? Да и любит она тебя! Али не по нраву она тебе?

– Да нет, почему же… – промямлил я. – Рада – девочка хорошая…

– Ну, так чего ж ты? Не огнищанин какой, чтоб с одной женой жить!

Тут я ухмыльнулся, решив поддеть красавицу.

– А мне для полного счастья три жены нужны. Пойдешь за меня?

Рогнеда рассмеялась и погрозила мне пальчиком.

– Это ты нарочно сказал, я же вижу. Любиться-то мы можем… – девушка запустила руку мне в промежность, да так, что у меня дыхание сперло. – А потом что? Одной хоти мало для счастья…

– Ты права, – ответил я, стараясь успокоиться. – Просто… Понимаешь, в тех землях, откуда я родом, принято заводить всего одну жену. Вот я и думаю, как же я… Раду, если со мной Бажена будет?

– А что Бажена? – не поняла меня Рогнеда. – Разве она против?

Тут в коридоре послышались торопливые шаги, и моя невеста ворвалась в палату.

Раньше Бажена кинулась бы обнять меня, но больничные порядки приучили ее к бережному отношению к пациенту.

– Ты опять плачешь… – проворчал я и погладил девушку по руке.

– Это я так… – вздохнула Бажена и шмыгнула носом. – О, боги, как же я рада!

– Баженка, – сказала вкрадчиво Рогнеда, – знаешь, почему он не хочет на Радке жениться? Боится, что ты обидишься!

– Я?! – изумилась Бажена.

Мне было удивительно хорошо и спокойно, никакие тревоги не касались меня сейчас. Поэтому я и перестал следить за словами и разводить церемонии.

– Ладно, – сказал я, – женюсь на вас обеих!

В этот самый момент в дверях показалась Рада. Услыхав последние слова, она резко побледнела. Да и что ей было думать, слыша мое решение и видя двух девушек у моего ложа?

Бажена обернулась ко входу. Поняв, что чувствует сестра, она торопливо проговорила, вскидывая руку:

– Он берет тебя в жены! Меня и тебя!

Рада без сил опустилась на корточки, закрыла лицо ладонями и заплакала.

– Да что ж вы все ревете, – пробрюзжал я.

Тут из коридора донеслись шаги, и девчонки мигом заспешили, засуетились. Бажена меня поцеловала нежно, Рада поцеловала горячо, и даже Рогнеда чмокнула в уголок губ.

– Укройте меня, – продолжалось мое ворчанье, – я же не из железа деланный…

Девушки захихикали, исполнили мою просьбу и чинно удалились, разминувшись с Яшкой. Амосов куртуазно поклонился дамам.

– Привет! Очухался? – бодро заговорил он. – Ну, ва-аще! Город до сих пор не угомонился, а уж отроки твои… Заважничали! Но нечего сказать, имеют право. А ты молодец! Стратег! Все как по нотам отыграл!

– Хватит мне тут оды петь! – пробурчал я. – Врагов не осталось? Всех взяли, кого не ликвидировали?

– Всех! И обоз захватили, и трофеев набрали. Одних мечей штук триста! Хорошие клинки, франкской работы. Добыча знатная.

– Пленных ты, говорят, на лесоповал наладил…

– Пущай работают! Лет пять будут вкалывать за харчи, а потом посмотрим. Может, и отпустим.

– Насчет дороги ты хорошо сообразил…

– И чего это я все у тебя выспрашиваю? – снова я стал брюзжать. – Докладывай, давай!

– Так все в штатном режиме, в рабочем порядке! Церковь достраивается, к весне точно сдадим… – деловито заговорил Яшка. – Да! Я чего придумал. Подключил семинаристов-иконописцев из будущего, они нам иконы напишут. Сто два образа! Мы даже пару человек нашли в Городище, согласных в церковном хоре петь. У одного и вовсе басище архиерейский. Как затянет, все дрожит. Инфразвук! Что еще? На днях мыло сварили – обычное хозяйственное, но для здешних мест – высший класс.

Покашливание обозначило интерна.

– Ухожу, ухожу! – заверил его Яшка. – Выздоравливай давай! Апельсинов тебе занести?

– Иди ты… – добродушно ответил я.

– Пошел! – хохотнул Амосов, скрываясь в коридоре.

Но до конца соблюсти дисциплину лекарю не дали. Вновь зазвучали шаги, Федор попытался было загородить гостю вход, но тот властно отодвинул «главврача» в сторону. Это был Олег Вещий.

– Княже? – удивился я. – Еще ж не весна…

Князь усмехнулся и оседлал табурет, уперев руки в колени.

– Я, как только узнал про урман, сразу обратно повернул. Всякого себе напридумывал, а ты справился, тысяцкий…

– Нет уж, постоянно! Человек, который вывел в бой отроков и учинил разгром урманскому войску, достоин и не такой чести. Спасибо тебе, боярин, что город оборонил, не допустил силу вражью.

– Служба такая, – улыбнулся я.

– Ладно! – хлопнул князь по коленям. – Пойду, а то лекарь ваш косо на меня смотрит!

Олег ушел, а я остался. Боярин Тучин.

в которой я выясняю, сколько жен в самый раз

Провалялся я до февраля. То бишь до месяца сеченя.

Поджило мое нутро, начал я прогуливаться и выяснил, что стал личностью весьма популярной. Ладно.

Как говорят американцы, без «паблисити» нет «просперити».

К больнице я привык, вот только скучать стал. Отлежался, отоспался, пора и за работу. Прогресс двигать.

Наконец «дядя Федор» вынес вердикт: завтра обследую. Если все в порядке, выпишу. Я кротко согласился.

Лежу, скучаю. Интерн убежал к травницам за новым зельем, Рогнеда с Баженой тоже куда-то упылили. А я один остался.

И никого из друзей нету. То по двое приходили, проведывали, а нынче никого. Тишина и пустота.

Ан нет, не все вымерли, есть кто-то живой. Ну, разумеется! Рада. Я вздохнул, жалея, что дал согласие на женитьбу.

Просто никак не мог отделаться от того отношения к юным девушкам, которое сложилось в моем родном времени.

Рада – малолетка. И все тут. Но… Пусть меня извинят ревнители нравственности, но мне сложно признать ребенком девушку с четвертым размером груди. Как-то, знаете, не складывается у меня это, не сочетается. Но все равно…

Напевая, вошла Рада и сразу осветилась улыбкой.

– Привет, – ответил я, поражаясь, как быстро наши будущие словечки привились в этом веке. Вместо эпического «Ой, вы, гой еси, добры молодцы!» или «Исполать вам, милостивые государи» простое и демократичное «Привет!».

Рада бухнулась на край моего ложа и погладила мне руку.

– А потому что лекарь не выписывает.

– Не выпи… Что? А, поняла! – поерзав, она спросила с осторожностью: – Ты, правда, хочешь взять меня в жены?

– Ты просто держишь слово, но не хочешь…

– Нет-нет, Радочка, дело совсем не в тебе, уж поверь мне.

– Так я тебе нравлюсь? – воспряла прелестница.

– А почему ты так долго не говорил об этом? Помнишь, как я к тебе приставала?

– Помню, – улыбнулся я. – Понимаешь, Радочка, люди воспринимают действительность не такой, какая она есть, а той, которую их приучили видеть окружающие – родители, старики, соседи, знакомые, друзья.

– Понимаю, – серьезно сказала девушка.

– Ну и вот. Лично мне кажется, что я все вижу правильно, но вот это навязанное мне восприятие не всегда совпадает с моим отношением к людям, и к тебе в том числе. Я вижу Раду как красивую юную девушку, но, хоть и частично, воспринимаю тебя дитём, маленькой девочкой.

– Да не маленькая я! – возразила Рада без обиды, скорее удивляясь моим странностям. – Нашел маленькую! Смотри, какие у меня груди, – она положила руки на бюст, весьма изрядно расп

иравший халат, и приподняла их. – Вот, потрогай!

И я потрогал. Груди были тугими, как мячики. И тотчас же под моими ладонями стали набухать соски.

Я расстегнул халатик, вмял ладони в гладкие шелковистые округлости, и Рада повела плечами, скидывая белые одежды. Отбросила мое одеяло и оседлала меня, сжав бедрами. Наклонилась, поцеловала в губы, а я провел ладонями по ее талии, огладил ягодицы.

Дыхание Рады стало прерывистым, она долго направляла и вот попала. Я надавил, и девушка вскрикнула, выдохнула:

И я, так долго лишенный женщины, стал совершать самые упоительные возвратно-поступательные движения. На каждом Рада вскрикивала, а после постанывала только, пока вовсе не изнемогла.

Как я предохранялся, описывать не буду, это только наше с ней.

Лишить девственности – это одно, а «залететь» Радке я не позволю. Рано ей копаться в пеленках-распашонках.

Только дуры говорят: «Беременна – это временно!» Нет, девицы-красавицы, беременность – это навсегда.

Долгие месяцы будете вынашивать, долгие ночи не спать, долгие годы кормить, одевать-обувать, растить… И упрямо твердить, что это и есть счастье.

…Я лежал на боку и смотрел, как успокаивается дыхание Рады, как круглые груди, похожие на опрокинутые чаши, вздымаются все плавней. Полуоткрытый рот девушки выдавал учащенное дыхание, но вот она вздохнула, облизала губы и повернулась ко мне.

Приткнулась, осторожно положила голову на мое плечо. Я обнял ее, Рада прижалась еще теснее.

– Любый ты мой… – послышался шепот.

Я погладил ее – нет, не по попе, а по голове, перебирая волосы.

Желание мое осуществилось, и теперь я в ответе за это милое, хорошенькое, влекущее создание.

Помнится, Лис сказал Маленькому принцу: «Мы в ответе за тех, кого приручили». В человеческом измерении это звучит грубовато.

Может, так выразиться: «Мы в ответе за тех, кто нас полюбил»?

Я вот лично не уверен, что полон любви к Бажене и Раде. Да, мне с ними хорошо, я хочу быть с ними. Эмоций тут полно, но где же то самое великое чувство, о котором столько насочиняли поэты?

Или я совсем уж опростился и живу по обычаям этого времени?

Здесь ведь тоже любят и страдают от любви, но вот семья – это иное. В этом мире женятся и выходят замуж по расчету.

Частенько жених до самой свадьбы не знает, кто его суженая. Выбор невесты – это дело серьезное, его нельзя пускать на волю увлечений. Два рода сговариваются, чтобы семейными узами упрочить свое положение, и мнение «брачующихся» во внимание не берется. Жестоко? Да нет. Просто бытие такое.

А чем лучше брак «по любви»? Часто ли он бывает один раз – и на всю жизнь? Очень редко. Любовь живет недолго, три-четыре года максимум.

Любовь – это замечательная приманка Природы, могучий стимул для него, чтобы заботиться о подруге, а для нее – быть верной. И наоборот.

А суть та же – «плодиться и размножаться». У жизни никогда не было другого смысла, так уж заведено от начала времен.

Мы так и заснули в тот вечер, и кто-то нас позже прикрыл одеялом, чтобы не замерзли. Бажена, наверное. Или Рогнеда.

Я, наверное, так и не смогу привыкнуть к своему многоженству, к тому, вернее, что это считается нормальным, даже обычным. Все равно в этом видится некая греховность, хоть и притягательная.

Правда, даже через сто лет – в известной мне реальности – у князя Владимира будет шесть жен, не считая сотен наложниц. И ничего, в святые вывели…

Но довольно философии.

Утром я проснулся бодр и свеж. Только натянул чистую рубаху, как явились мои невесты – Рада сияла, Бажена улыбалась ласково.

Одна села слева, другая справа, чмокнули обе в «свою» щечку, обняли меня… Семейная идиллия.

Вошла Рогнеда и умилилась.

А потом все завертелось и закрутилось – «дядя Федор» долго и нудно меня обследовал, а я терпел. Наконец главврач вздохнул, так и не найдя отклонений, и выписал меня.

– Годен к строевой службе, – ухмыльнулся он.

Я торжественно пожал ему руку и удалился. Коня брать не стал, решил прогуляться – это для меня теперь необходимо. Пока валялся на больничной койке, ослаб, тонус упал. Надо было добирать здоровья и сил.

Ничего, мясная диета, свежий воздух и умеренные нагрузки быстро вернут меня в форму.

Еще издали, лишь подходя к Городищу, я увидал величественный и строгий силуэт храма. Несмотря на луковки с крестами, церковь походила на нечто древнее, пирамидальное – это ступенчатое, ярусное восхождение к небесам было свойственно зодчим всех цивилизаций Земли.

Сразу скажу, что никаких религиозных чувств храм во мне не будил. Вера христианская для меня была всего лишь инструментом политики, тем орудием, которое должно привести к единству разноплеменное население той огромной, необъятной страны, имя которой – Русь.

Я относился к церкви как к архитектурному изыску, великолепной достопримечательности Городища. Если все так пойдет и дальше, то Новгород в будущем поглотит Городище, вберет его в себя.

Правда, я не числил Новгород стольным градом. Киев тоже не годился на эту роль. Но уже заложена Москва…

Ну, как заложена – городище на мысу между Яузой и Москвой-рекой еще тыщу лет назад стояло – это от нынешнего, IX века считая. А в этом столетии уже и городишко поднялся.

Русов там нет, сплошная голядь да вятичи, как летописец прозвал народец «вантит». Наверное, это то же самое, что венеты (они же анты, они же энеты) – первоначальные аборигены, ранее всех прочих заселившие среднюю полосу. Финно-угры пришли позже, пробираясь в здешние дебри с Урала, а славян здесь и вовсе не видали.

Москва, в принципе, расположена удачно, на перекрестке важных торговых путей. Верхнее течение реки Москвы почти примыкает к волжскому пути из арабов в варяги – отсюда далее через Селигер и Ладогу можно в Балтику выйти, то бишь в Варяжское море. Или по истокам Клязьмы – в Оку и дальше по Волге-Итилю. А с той же Оки – на Десну и Днепр.

Порт пяти морей!

Главное же – Москва в самой середке будущей Руси, а это символично, чему в этом времени уделяют серьезное внимание.

Вот мы и подскажем Олегу, где ему столицу основать.

От Москвы проложим большие прямоезжие дороги в Смоленск и Киев, в Новгород, в Булгар и Итиль…

Нет, мне это нравится!

Когда же я добрался до Городища, то обнаружил там большую толпу народа – народ ахал и восхищался храмом.

Церковь не нависала и не подавляла, она была отстраненной, отрешенной от мира, устремленной в небо. Не возникало впечатления тяжести, грузности, приземленности – храм казался легким, воздушным.

Люди задирали головы, дивясь высоте культового здания, а потом со звонницы, выстроенной неподалеку, поплыли чудные «малиновые» звоны. Я только головой покачал.

Молодцы, однако! Уже и колокола навесили!

Был у меня разговор с Яшкой на эту тему. Выстроить колокольню – четверик держит шестерик, а на нем восьмерик – было самым простым, а вот колокола…

Сейчас даже в Константинополе их нету, служки колотят в бронзовые била – толстые металлические доски, подвешенные на цепях.

Колокола Амосов обещал заказать в будущем – там отольют, только заплати. А платить было чем.

Нет, ну все равно молодцы. А вот и Яшка! Та-ак…

Я вздохнул. Амосов тащил за собою молодого парня в рясе. Высокий, нескладный, длинноволосый, с ухоженной бородкой и в очках, он больше всего напоминал хиппующего студента.

– Тысяцкому наш респект и уважуха! – заорал Яшка.

– Не подлизывайся, – осадил я его. – Это кто? Шестой?

Амосов нисколько не смутился.

– А-а… Ну, да. Знакомься – отец Георгий.

– Да какой там отец, – смутился «шестой». – Я был извержен из священного чина. Лишился сана, короче.

– А что так? – полюбопытствовал я.

– Гоша не сошелся во взглядах с иерархами церкви, – вмешался Яков. – Он утверждал, что Мария Магдалина женой приходилась Иисусу, а сам Христос родился в многодетной семье Иосифа и Марии как нормальный человек, обычный первенец. У него еще четверо братьев было младших и две сестренки.

Я глянул на Георгия и кивнул:

– Меня привлекло не столько ваше воззрение на Иисуса Христа как на смертного человека, учителя и проповедника Егошуа Назорея, – проговорил Гоша, волнуясь, – сколько утверждение единобожия. Отцы церкви запутались, пытаясь совместить несовместимое, а в результате завели нашу веру в болото многобожия и идолопоклонства. Разве статуи Богоматери и апостолов – не кумиры? Разве Святая Троица не отвергает единого Бога или, по крайней мере, не умаляет Его втрое? Разве Господь и Сатана не составляют манихейское двубожие – бога добра и бога зла? Я чуть ли не с отрочества пытался переосмыслить суть божественных речений, но все упиралось в догму, не отличимую от абсурда! А вы взяли и все узлы разрубили, разрешили парадоксы, являя ясное изложение божественности!

Я покачал головой:

– Не так все просто. Даже здесь, в этом времени, мы добьемся хулы и поношений от патриарха и папы римского, ибо не вписываемся в тесные рамки… я бы сказал – колодки церковных уложений. Для нынешних католиков и православных всякое инакомыслие является ересью. Когда князь Владимир затевал крещение Руси, он преследовал вполне конкретные цели – стать своим для Европы, но не добился этого. Рим проклинал схизматиков-православных, а Византию через двести лет растреплют крестоносцы. Так что все зря. Я же выбрал крест для другой цели – сплотить под его тенью все тутошние племена и народы. И эту задачу, Гоша, коль вы уже здесь, решать придется вам.

– Я готов! – воскликнул с жаром молодой священник.

Приглядевшись, я не заметил в нем особого фанатизма. Это был энтузиаст.

Я покосился на толпу и перекрестился в сторону храма.

…И пошло-поехало житие мое, оно же бытие, определяющее сознание. Я, наверное, не буду описывать подробно то, что происходило весной 882 года. Не потому, что мало было свершений, а по другой причине – ничего нового не случалось.

Я просто перечислю события той поры и начну рассказ о главном – или о самом интересном, это уж кому как.

На второй день после моей выписки отец Георгий крестил первых желающих восприять веру истинную. О, это надо было слышать, с каким вдохновением Гоша передавал благую весть! Ему это было нетрудно, здешний язык он знал, хоть и в усеченном виде.

В его проповедях бедный Иисус представал тем, кем и был – немного наивным, очень добрым, образованным и умным «рабби» – Учителем. Он учил всех людей любить друг друга, и сам был Человеком.

Вот такого – очеловеченного – Христа и узнавало местное население. Люди переживали за Егошуа, негодовали на подлого первосвященника, презирали Понтия Пилата, вздыхали сочувственно, жалея за крестные муки, и радовались воскрешению.

Потом крещеных стало еще больше – верховный жрец Перуна, говорят, не выдержал и ушел в леса, к тайным святилищам.

Людям нравились торжественные песнопения и звон колоколов, величие храма и запах воскурений. Приятно было обонять дымок ладана, а не вонь извергнутого из кишок жертвы, принесенной Перуну, Велесу, Хорсу или Семарглу. А тут и вовсе никаких жертв, разве что свечку поставить перед иконой. Лепота!

Новгородцы приревновали Городище и порешили свой собственный храм возвести. Собрали деньжат и ко мне явились: помоги, мол. А я им и говорю: вы не громадой превзойдите Городище. Выстройте храм из камня, а купол позолотите. И окна я вам витражные сделаю – красота выйдет неописуемая! Главное же в том, что Городищенский храм простоит максимум лет двести-триста, а каменная церковь – это на века.

Впечатленные новгородцы согласились, а у меня забот прибавилось. Здесь же никто не строил каменные здания! Надо было объяснить все – и про фундамент, и про кладку, и про раствор известковый. Витражи я, так и быть, сделаю и железо кровельное нашлепаю. Именно что нашлепаю – тут прокатных станов нету, приходится кусок железа отбивать молотом, плющить его в тонкий лист. А сусальное золото мы из будущего притащим…

1 марта местные праздновали новый год, и «дядя Фёдор» меня удивил. Главврач женился!

Думаете, на Рогнеде? Нет! Сосватал дочь у того самого боярина Олдамы, в чьей усадьбе расположилась больница. Вот так вот.

Ничего, говорит, поделать не мог – влюбился! Втюрился, как мальчик.

Видал я ту боярскую дочь. Симпатичная, в общем, девушка, но с Рогнедой ни в какое сравнение не идет. Любовь зла.

Впрочем, тут скорее добро отслеживается – и Федор наш счастлив, и Дана, избранница его.

А 8 марта я в больницу заглянул. Интерн меня осмотрел, сказал, что все зажило, но не помешает пропить травок – и отослал меня к Рогнеде.

Рогнеда не выглядела грустной, да и к Федору она никогда не питала никаких чувств, кроме дружеских.

Девушка заварила мне целый букетик разных цветочков-лепесточков, а я, заметив складочку у нее между бровей, сказал ласково:

– Не печалься… – и погладил ее руку.

– Да нет, все хорошо. Просто… Это меня обидело. Я бы никогда не вышла за него замуж, но он ведь даже не пытался! А потом и вовсе отверг…

Меня резануло жалостью. Эта очень красивая и очень гордая девушка была несчастна. Я отставил свой настой, встал и обнял Рогнеду. Безо всяких там помышлений. Просто хотел утешить.

Она так прижалась доверчиво, поплакала чуть-чуть…

– Все будет хорошо, – ворковал я, – все будет просто замечательно…

Ей-богу, не понимаю, как мы оказались на том самом ложе, где я провалялся половину зимы. И я смутно помню, кто из нас первым потянул другого за рубаху, кто кого раздел.

Это был порыв, но порыв долгожданный. Наверное, не стань Рогнеда медсестрой, не проведи мы столько времени рядом поневоле, ничего бы и не было. Мало ли красивых девок обитает в Новогороде!

…Рогнеда кричала и стонала на всю больницу, а потом, когда у нас обоих унялось дыхание, она сказала нежно:

– Спасибо тебе. Ты мне так помог…

Полулежа, опираясь на правую руку, левой я огладил девичью щеку, скользнул по груди, тугой, почти твердой, будто вылепленной из воска, провел пальцами по напрягшемуся животику.

Рогнеда все так же лежала, закинув руку за голову, коса расплелась. Лицо в потемках я не видел, только глаза блестели, отражая дрожащее сияние свеч.

Девушка не шевельнулась, ни звука не издала и вдруг как застонет! Рывком поднявшись, она вцепилась в меня обеими руками, с силою притягивая к себе, дрожа и всхлипывая.

Свадьбу мы сыграли на Ярилу, в день весеннего равноденствия. Я постарался соблюсти все обычаи разом – и наши, и здешние.

Нас обвенчали в храме – Гоша даже не пикнул, обручая трех невест одного жениха. Зато их подружки стонали хором, страшно завидуя белым невестиным платьям!

На пир я не поскупился, гулять так гулять! Гостей было – сотни, и всем хватило.

Про брачную ночь умолчу – это не выставляют напоказ. Так что обойдетесь, товарищи посторонние!

Дом у меня был большой, теплый и светлый. Его порог я переступил в феврале, но лишь теперь он стал уютным, когда в нем зазвучали голоса моих жен.

Можете мне не верить, но Бажена с Радой очень обрадовались, когда я сказал им, что будет третья. В реальности XXI века такие отношения скрывают – и мормоны, и даже мусульмане. В понятиях европейской монокультуры полигамия порочна. Но на Руси думают иначе.

На второй день гости доели то, что осталось – горы сьестного! – и началась моя семейная жизнь.

Сразу скажу: идеального совершенства не было. Случались и обиды, и слезы, размолвки, ссоры по пустякам. Но не было равнодушия, не было злобы.

Поругаемся мы с Баженой – Рада с Рогнедой мирят нас. Это если никто из нас первым не придет мириться. Долго дуться не получается, совесть заест.

Вот и стучусь к Бажене. Или к Раде. Или к Рогнеде.

Прости, мол, я больше не буду! И примирительный секс…

Бажена – самая простая, открытая, но и упрямая. С Радой мы почти не ссоримся, а если и случается что, девушка всегда первой спешит загладить вину, даже если она на мне. Рогнеда – сдержанная и скрытная, и бывает трудно докопаться до причин того, почему она вдруг замыкается.

Но это все пустяки, дела житейские. Нельзя жить вместе, не задевая друг друга. А ссора – это как гроза. Гром гремит, молнии сверкают, дождь хлещет, но затем небо проясняется и расцветает радуга…

в которой я пытаюсь отдохнуть, но у меня это плохо получается

– За первый квартал мы построили три плотины на притоках Волхова, – скучно отчитывался Амосов. – Привод – чисто на лесопилки. Так что цена на пиломатериалы упала в разы. Расходятся влет, даже из Полоцка недавно были покупатели, по Ловати и волокам готовы тащить наши доски и брус. Четыре ветряные мельницы запущены, так что муки у нас порядком. С Пудожа пришли первые соймы с железной рудой, завод готовится к плавке. Стекла на складах много, сбыт пока невелик, но мы ждем купцов из-за границы, эти все сметут. Достраивается ткацкая фабрика, станки собраны, лежат на складе, а самопрялки уже работают, вторую сотню штук продали… Чего еще вам сказать? Пленные свеи проложили трассу до Ладоги – деревья срублены, пни выкорчеваны. Земля оттаяла, так что им теперь лопаты, кирки да ломы в руки – будут канаву рыть, как у римских виа, скальник укладывать, а сверху – плиты каменные. Ну, камня в этих местах не меньше, чем леса… Вот в таком плане, в таком разрезе.

– Садитесь, товарищ Амосов, – улыбнулся я.

Редко случалось, чтобы мы собирались все вместе, все четверо, но вот – сошлись. Я сидел в гостиной своей квартиры, за тридевять времен от Городища, и отдыхал.

За окном вечерело, зажигались огни. Фырчали автобусы, бибикали легковушки, вечно торопившиеся куда-то. И мне вдруг страстно захотелось пройтись по улицам, вспомнить, какое оно, это будущее, на ощупь, на запах.

– Схожу-ка я прогуляюсь, – сказал я.

– Куда это? – нахмурился Коля.

– Да просто так пройдусь! Чего вы? Тут хазар нет, да и урмане перевелись.

– Все равно… Пистолет хоть возьми.

– Ага! А за хранение огнестрела кто сядет? Это тебе не «эпоха викингов»! Ножик возьму, привык я к этой железяке…

Ножиком и железякой я называл древний кинжал размером со штатовский «боуи». Этому клинку было тыщи четыре лет. Если не больше. Древний Египет!

Сам нож фараоновы кузнецы отковали из черной бронзы, а она потверже стали. Рукоятка была богатая: крестовину-гарду изображал сокол Гор, раскинувший крылья и сжимавший в когтях злобную львицу Сохмет. Сохмет была отлита из золота, а ее яростный глаз горел маленьким рубином.

– Телефон захвати, – посоветовал Мишка.

– Мобилу! Это такая штука колдовская, на икону похожая. Говоришь ей слово заветное: «Алё!», а она тебе отвечает голосом человеческим: «Вне зоны доступа!»

– Смейся, смейся… – проворчал я, но мобильник прихватил.

Переодевшись, я повесил ножны на пояс под длинный пиджак и вышел.

Удивительное ощущение – я не выходил из дому вот уже полгода! Домосед, так сказать.

Интересно… Я почему-то всегда жалел древних. Думал, как же они там ходят, бедные, в своей средневековой обувке? Да ничего так! Мои мягкие сапожки, оставленные дома, показались мне куда более удобнее здешних мокасин.

Да и одежда… Что ни говори, а домотканая рубаха гораздо мягче и прочней нынешних магазинных. Она ничего вам не натрет.

Был раньше у старинных вещей один большой недостаток – отсутствие пуговиц, но я давно уже ввел их в моду, так что «гудзики» распространяются очень быстро. Еще один модный «тренд» для IX века – карманы. Тоже подхвачено тамошними швеями. Удобно же!

Я смотрел вокруг с обостренным, немного даже болезненным вниманием. Все хотел увидеть то, от чего я отказался и теперь жалею. Вот только не находил.

Интернет? А зачем мне соцсети, когда вокруг и так друзья-товарищи? Живые и настоящие?

Телевизор? Вы что, действительно думаете, будто какое-то шоу интереснее беседы с людьми, застолья или свидания? Если да, то вы мне жалки!

Книги? Да, книг мне не хватает. С другой стороны, когда мне их читать? И вообще, скоро мы освоим технологию изготовления бумаги и тут же «изобретем» книгопечатание.

Поймав такси, я проехал к ресторану «Zavodbar» и занял столик в укромном месте, чтобы спиной к стене и всех видно – варяжские рефлексы, что вы хотите…

Заказал я себе местных вкусностей и решил, что имею прав

о немного отвлечься от хронодинамики и геополитики. Ага…

Зазвонил телефон. Я поглядел на экран – номер незнакомый.

– Игорь Тучин? – спросил приятный женский голос.

– Извините, что беспокою… Просто мне… м-м… посоветовали позвонить именно вам.

– Простите, вы что-то путаете. Мой дед пропал десять лет назад.

– Я знаю, – произнес голос затрудненно. – Все так запуталось… Я могу с вами встретиться? По телефону всего не объяснишь, а мне нужно вам кое-что показать…

– Ну, давайте… Я сейчас в ресторане «Заводбар», что на Германа.

– Я знаю, где это! Я подъеду?

Признаться, я был заинтригован. Телефон… Дед… Что к чему?

Долго гадать не пришлось, минут через десять в зал ресторана вошла молодая привлекательная женщина в расстегнутом плащике. Джинсы и кофточка выигрышно облегали ее фигуру. Шатенистые волосы выглядели небрежно растрепанными, но на самом деле это была модная прическа.

Оглядев зал, женщина уверенно зашагала к моему столику.

– Здравствуйте, – сказала она, – вы похожи на деда.

– Зовите меня Игорь, – сказал я бархатным голосом.

– Марина. Марина Ефимова.

– Очень приятно, Марина.

Женщина… Скорей уж, девушка немного растерялась, и я, чтобы дать ей время успокоиться, спросил:

– Что вам заказать?

– Спасибо, я поела.

– Я тоже, – улыбнулся я. – Что-нибудь легкое? Салатик? Кофе?

– Пожалуйста, кофе. И что-нибудь вроде хорошего печенья.

Пока я делал заказ, Ефимова успокоилась, собралась внутренне и, поправив волосы, начала:

– В тот самый год, когда пропал ваш дед, мы вели раскопки в Московской области. Антон… Антон Гаврилович руководил нашей экспедицией. Это было летом, а исчез он осенью. Да… Раскопки были очень интересными. Никто даже не верил, что в том месте можно что-нибудь найти. Антон Гаврилович убеждал нас, что место для крепости очень выгодное – мимо проходил речной путь на Москву от Оки. И мы нашли крепость! Представляете, она была построена из белого камня – в IX веке! Такое можно было ожидать во времена, лет на триста более поздние, но это было! Мы накопали там целую коллекцию наконечников стрел, копий, даже пару ржавых мечей нашли, несколько дирхемов, посуду… А когда углубились в руины угловой башни, то обнаружили несколько бронзовых предметов в хорошей сохранности – кумган и тяжелое блюдо. Блюдо покрывала зеленая патина, выделяя сложный узор по краю, и мне оно очень понравилось. Я, помнится, вздохнула. Такое красивенькое, говорю. А Антон… Антон Гаврилович рассмеялся и сказал: «Дарю!» Я стала отнекиваться, но не слишком настойчиво. В общем, так я и увезла это блюдо домой. И все эти годы оно простояло у меня в зале. Я окончила институт, работала, вышла замуж, развелась, а оно все стояло, став частичкой привычного фона. И вот перед Новым годом… не тем, что был, а… В общем, полтора года назад ко мне зашла ваша баба Аня. До этого она со мной не разговаривала, узнав, что мы с Антоном… Гавриловичем были… скажем так, близки. И вдруг она пришла, сама. В общем, мы с ней помирились, поплакали, пожаловались друг другу на судьбу. Потом я решила бабу Аню угостить одним восточным блюдом, домляма называется, и побежала в магазин. Когда я вернулась, баба Аня у меня всю посуду перемыла… И то самое блюдо – тоже. Она так старалась навести чистоту, что щеткой стерла всю патину! Конечно, я ничего ей не сказала, мы вместе приготовили домляму, посидели, выпили даже… Она ушла, а я, повздыхав над безнадежно испорченным блюдом, отправила его на антресоли. И вот буквально две недели назад, когда я ушла на больничный со своим горлом, я достала блюдо, решив наконец-то перевести те выражения, что выведены арабской вязью. Обычно это были пожелания здоровья и тому подобное. И только тут я заметила то, что скрывала патина и до чего доскреблась баба Аня, – надпись кириллицей поперек донышка. Там было написано… «Марина, я жив! Верь! Позвони Игорю». И ваш телефон…

– Та-ак… – тяжело молвил я.

– Что – так? – сдавленно сказала Марина. – Эти буквы были не нацарапаны, а четко вычеканены зубилом или чем там еще. Тогда отчеканены, понимаете? В далеком-предалеком прошлом! Тысячу лет назад! И это не розыгрыш, это правда! Их покрывала та же патина, да и… Есть много анализов, с помощью которых можно установить возраст вещи или надписи. И я вас уверяю – эти буквы на дне блюда – не подделка!

– Я вам верю, – спокойно сказал я.

– Верите? – растерялась девушка. – Но… Но так не бывает! Я все эти дни, как в бреду, провела! Да что же это такое, думаю? Весь мой опыт, все мои дурацкие познания, которые лишь мешали мне жить, все восставало, вынося мозг!

В это время принесли кофе, подали вазочку с печеньем, и я попросил принести две рюмочки хорошего коньяка. Ефимова выпила коньяк, как воду, но вскоре он подействовал во благо – щечки у ней порозовели, глазки заблестели…

– Мне нельзя пить, – растерянно сказала Марина, – я теряю контроль над собой…

– Я за вами прослежу, – сказал я, улыбаясь. – Мне кажется, у меня есть объяснение произошедшему…

– Какое? – выпалила девушка.

– Прежде чем я кое-что расскажу вам, поделитесь секретом… Учтите, я не ради пустого любопытства спрашиваю. Вы любили деда?

– Кто знает… – вздохнула она. – Иногда мне казалось, что это любовь. Но чаще я убеждала себя в том, что выдумываю себе чувство там, где его нет. Когда мы познакомились, он был вдвое старше меня, я тогда училась на третьем курсе. Сейчас ему было бы пятьдесят пять. Да? С ним было легко, было интересно, он же очень умный. И мне всегда нравилось в нем вот это внутреннее достоинство. Он никогда не заигрывал со студентками, никогда не молодился. Антон просто оказывал знаки внимания – вставал, когда я входила, целовал руку… Причем это получалось у него очень естественно и непринужденно, словно он всю жизнь провел на светских раутах. – Девушка вздохнула. – Но вот Антон пропал, и будто темнее стало, скучнее, и так пусто внутри… Сколько уж лет прошло, а подумаешь о нем – и понимаешь, что пустота никуда не делась, так и не заполнившись никем…

– Марина… – я задумался и продолжил: – Марина, я вам сейчас представлю одну версию, а вы, пожалуйста, выслушайте ее до конца. Ладно?

– Ла-адно… – озадаченно сказала девушка.

– Дед на самом деле угодил в IX век… – начал я и тут же поднял руку в предостерегающем жесте: – Молчите! Что-то у него там не заладилось… Может, в плен попал или в рабство. И случилось это в той самой крепости, которую вы раскапывали и где нашли бронзовое блюдо. И вот дед, попав в трудную ситуацию, вспомнил о вас. Он нашел то самое блюдо и припрятал в башне, выбив на донышке записку. Пока он находился здесь, в будущем, он что-то знал про саму крепость, но ему было неизвестно, что случится осенью, когда он пропадет. Он ведь и раньше уходил в прошлое и выносил оттуда всякие занимательные вещи. Но в тот раз ему не повезло. Думаю, он сам и строил ту крепость. Вернее, строили по его приказу. А потом… Не знаю. Может, завоеватель пришел, и дед потерял все. Или… Не знаю. И у него осталась только одна возможность дать о себе знать. И он ею воспользовался. Правда, вы прочитали его записку не сразу, но это неважно. Я и сам не разгадал бы эту загадку полтора или даже год назад. О, не мучьте себя, Марина! Кстати… Совсем забыл спросить. Дед, когда писал записки, всегда указывал дату, даже если писал что-нибудь вроде: «Ужин на плите». На блюде стояла дата?

– Дата? – пробормотала Марина. – А, ну да. Двадцать, точка, ноль три. Двадцатое марта, наверное. И год – «882-й от Р.Х.».

– Отличная новость! – обрадовался я. – Просто замечательная!

– Но почему? Я ничего не понимаю…

– Мариночка, послушайте меня. Двадцать первого марта 882 года у меня была свадьба. Там, в Городище. Кстати, князь Олег был среди приглашенных… – я развел руками в притворном огорчении. – Ну вот! Вы смотрите на меня как на сумасшедшего! Да забудьте вы про ваши познания, в самом-то деле! Даже премудрые физики не отрицают возможности путешествий во времени. Что уж нам-то, простым юзерам, сомневаться? Поехали!

– К-куда? – окончательно растерялась девушка.

– На квартиру деда Антона. Не бойтесь, я человек семейный, очень положительный…

– Вы хотите увидеть деда?

в которой появляется седьмая

К ресторану Марина добиралась на своей «Тойоте-Виц», маленьком автомобильчике-жучке. Девушка пребывала в таком состоянии, что за руль садиться не могла, поэтому я был за шофера.

Еле влез на водительское сиденье и чувствовал себя заклиненным между рулем и спинкой. Как лягушка в коробушке.

Ефимова сидела рядом, растерянная и взволнованная. Мы уже отъехали, я следовал за неторопливым автобусом, не реш

аясь его обогнать, когда она сказала:

– Тогда получается, что Антон жив?

Голос ее был тонок, был он просителен – девушка очень хотела, чтобы ее убедили: да, так оно и есть! И я не стал причиной ее разочарования, поскольку сам придерживался позитивного варианта.

– Именно это и получается, Марина! – энергично ответил я. – Знать бы точно… Ничего, узнаем!

– Господи, господи… – зашептала девушка.

Остаток дороги мы доехали в молчании. Каждый думал о своем, хотя наверняка наши мысли часто пересекались.

Все-таки дед был для меня не просто родственником, а родным человеком. Нас с ним многое связывало, и Марина верно сказала о пустоте – когда человек занимает место в твоей душе, а потом умирает или исчезает бесследно, возникает некая брешь, маленькая черная дыра, и заместить ее, заполнить нечем.

Нельзя сказать, что я страдал без «дона Антонио». Нет.

Я вообще человек черствый. Но все же деда мне не хватало.

Я усмехнулся. Дед как раз и не любил этот свой статус.

«Какой я дед? – ворчал он. – Да я еще молодой совсем!»

Покосившись на Ефимову, я перехватил ее взгляд.

– Скажите правду, Игорь, – сказала она негромко, – вы меня осуждаете?

– За что? – удивился я.

– За аморалку, – усмехнулась она.

– Мари-ина… Бросьте вы. Какая, к бесу, аморалка? Вы бы еще о порочных связях вспомнили! Дед вам ничего не рассказывал? Он не любил бабу Аню, просто так сложилось. Кстати, винил он всегда себя одного. Там как… Дед любил другую женщину, но баба Аня от него забеременела, и он на ней женился. Долг и все такое… Не знаю, чувствовал ли он себя несчастным. Дед все равно не сказал бы об этом. Слухи о студентке третьего курса до меня доходили с опозданием, я тогда в армии служил. А когда дембельнулся, деда уже не было… В принципе, баба Аня сильно его любила, и стервой не была, берегла его тайну…

– Дед часто уезжал на раскопки, дважды, а то и трижды за год, даже зимой. Я тогда еще в школе учился и как-то не задумывался над этим. Но баба Аня знала, куда дед отправлялся на самом деле… Приехали.

Я остановил машину у подъезда и, кряхтя, выбрался наружу.

– Эй, мужик! Курить есть?

Я с удивлением посмотрел на троицу молодых парней, рассевшихся на лавочке у подъезда. Причем сидели они на спинке, сгорбившись и нахохлившись, а грязными ботинками попирали скамью.

– Не курю, – холодно ответил я, не желая связываться.

Зачем привлекать внимание к дому, где находится «нехорошая квартира»?

– А если поискать? – в хриплом голосе гопника зазвучала угроза. – Я же по-хорошему прошу. Могу и по-плохому!

Тут я не выдержал и рассмеялся. Господи, думаю, какой-то шпанец будет угрожать мне – тысяцкому Олега Вещего!

– Ах ты, чмо паршивое, – сказал я, улыбаясь. – Мотай отсюда, пока я не рассердился.

Тут вся троица возбудилась, стала некультурно выражаться, не в лучших традициях описывая, что они сделают со мной и с моей «телкой».

Первого чмошника, явно вожака, я отправил обратно на скамейку прямым в челюсть. Скамья была добротная, не сломалась. Обратным движением я вырубил второго, врезав ему локтем по печени. А третий отскочил и выхватил нож-бабочку. Картинно повертев его в пальцах, он стал полосовать воздух, и тогда я вытащил свой нож – широкое лезвие, похожее на лавровый лист, блеснуло в свете фонаря.

Я не собирался этого чмошника убивать. На хрен он мне сдался?

Кончиком клинка, одним молниеносным движением, я распорол ему куртку и рубашку от плеча до живота, пустив кровь. Этого было достаточно, чтобы мой «противник» обмочился и бросился бежать, наплевав на стонавших дружков.

– Пойдемте, – повторил я, пряча нож.

Марина стояла бледная, вытянувшись стрункой.

– Я так испугалась, – призналась она дрожащим голосом.

– Не бойтесь. Это то самое «генетическое отребье», о котором любит судачить Собчачка.

– А она хоть себя видела в зеркале? – проворчала девушка.

– Хороший вопрос! Боюсь, «креаклы» вас не поймут.

– Согласен! Нам сюда.

Дверь в квартиру была не заперта. Я пропустил Ефимову вперед и вошел сам.

– Привет! Мишка, ты один, что ли? Тогда заводи.

– А… чего? – не понял Ховаев, переводя взгляд с меня на Марину и обратно.

– Потом, потом. Заводи, давай.

Мы прошли в тайную комнату, и Миха включил «эмвэшку».

– В магазин упёхали…

Пока Ефимова с удивлением озиралась, очертилась знакомая мне бледно-фиолетовая рамка, словно вырезая квадрат в стене. Открылся привычный вид на новгородскую улицу. Там, как и здесь, вечерело, но света хватало, чтобы рассмотреть недостроенные избы. На переднем плане эффектно выделялись двое в кольчугах, со щитами на спине и с копьями в руках – городская стража.

Они стояли к нам спиной, поэтому не заметили ничего. А вдали, полускрытая городской стеной, проплывала лодья, пузыря полосатый красно-белый парус.

– Это… оно? – прошептала Марина. – Прошлое?

– 882-й год от Рождества Христова. Там тоже апрель.

Марина без сил опустилась на стул, и я сказал Мишке:

Рамка погасла, возвращая серую штукатурку. Тут в прихожей затопали, хлопнули дверью, и Яшка громко спросил:

– Миха! Игорь здесь?

– Здесь мы, – хихикнул Ховаев, – все трое!

Друзья ввалились в тайную комнату и остановились. Колян задумчиво почесал в затылке и спросил:

– Типа того, – улыбнулся я.

Рассказ Ефимовой, обсуждения и прения затянулись до ночи. В конце концов было решено, что девушка быстро свернет свои дела в XXI столетии и переместится в IX.

Я отвез ее домой на «Вице» и вернулся на такси. Больше никаких ЧП не случилось, и мы залегли спать. Можно было уйти в прошлое, но ночная дорога меня не особо прельщала.

А с утра, за завтраком, стали обсуждать проблему. Деда Антона знали все мои друзья, и возможность того, что он жив, тут же требовала решительных действий.

– Начинать спасательную экспедицию сейчас мы не можем, – заявил я. – Слишком много мы потратили усилий для того, чтобы добиться авторитета у местных. Князь готовится выступить в поход, и я не могу, не имею права не участвовать в нем «по семейным обстоятельствам». Все понимаю! Там мой дед, но здесь – тысячи дедов! Если уж мы начали, надо продолжать, а не бросать все. Второго шанса нам никто не даст, никто не пойдет за теми, кто их предал однажды.

– Ну, тогда ты иди, а мы двинем деда спасать, – предложил Николай.

– Ну-у… Я. Еще кого-нибудь найду.

– Коля, – терпеливо сказал я, – в сторону Клязьмы и Москвы еще не проложено дорог, там дичайшие места, и пройти там можно либо с большим купеческим караваном, либо с дружиной, тоже не маленькой. Мелкий отряд просто растворится, станет легкой добычей вантитов или какой-нибудь голяди. У меня другое предложение. Во-первых, я пойду не один, а с Яшкой. Во-вторых… Короче. Суть моего плана такова – коли уж мы не можем отменить поход, то надо его резко ускорить. Миха, ты, когда в марте на волоки ездил, опытом поделился?

– А как же! По всей Ловати прошел, там она глубже, чем здесь, полноводнее, так что до самых волоков доберемся без проблем. А вот на самих волоках много было бечевников. Там как? Всей толпой затаскивают лодью на ходовые бревна и волокут – команда только за борта придерживает, чтоб та не опрокинулась. Я им от имени князя задание дал – колы приспособить. Это ноу-хау из XIII века. Кол – это огромные такие дроги, запряженные шестеркой волов. На кол затаскивают кораблик и везут его до воды. Это раз. Еще я там наметил места, где большие вороты ставить, – привязываешь канаты к лодье, и их наматывает на барабан, подтягивая корабль. А сам барабан раскручивают конной тягой. Вот и все инновации, но они здорово ускорят проход по волокам. Я человечка посылал проверить, доложил, что все работает как часы.

– Отлично! – сказал я. – Дальше проблем не будет, дальше – Днепр! Если верить летописи, Киев был взят без крови – Олег выманил Аскольда с Диром, убил их и сам стал княжить. Остаются Смоленск-Мелинеск и Любеч. И там и там есть детинцы, есть крепостные стены. На осаду времени нет, да князь и сам не будет высиживать, на штурм пойдет. И наша задача – взять оба города приступом в кратчайший срок. Предложения есть?

– Из гранатомета засадить по воротам, – проворчал Яшка. – Лучший ключ, универсальный.

– А я предлагаю менее эффектный вариант – подкатить к воротам телегу, прикрытую сверху бревнами и сырыми кожами, чтоб не разбили со стен и не сожгли, и подложить мину – бочонок с порохом. Или упаковать порох в обрезок толстой трубы с заваренными фланцами, чтоб рвануло как бомба. Запаливаем фитиль и откатываем телегу. Жахнет так, что и врата, и башню воротную развалит. Дружина кричит «Ура!», и город взят!

– Подходяще, – кивнул Николай. – Так даже гуманно выйдет – смоляне даже не успеют оказать сопротивление, стало быть, не разозлят штурмующих, те не озвереют.

– Да и нам плюс как волхвам, – сказал Яшка. – А то забывать стали, кто мы такие.

– Все, решено, – подвел я черту. – Порох или динамит надо закупить здесь, в будущем. Можно, конечно, и самим порох изготовить, но там только измельчать и смешивать полагается восемь часов, да вручную, в каменных ступках! Замаемся.

– И еще. На всех скедиях моей тысячи я поставлю бермудские паруса, как на яхтах. Такими проще управлять, а ходить можно даже против ветра. Остальных мне все равно не удастся переубедить – это задача для будущего. И еще. Я тут подумал… Яш, ты там что-то говорил про «каменное масло»…

– Про что? – задрал брови Михаил.

– Так тут нефть называют – «каменное масло», – объяснил Амосов. – Или земляное. Нашел я его тут, случайно наткнулся. Помнишь, «дядя Федор» дворы обходил, травы да прочие зелья скупал? Вот тогда один купец и предложил нефть у него купить. Расписали ему арабы, что это мазь чудодейственная, он и купил сдуру. Нет, тут и впрямь нефтью лечат. Ну, не пять же бочек брать!

– Короче, у нас есть пять бочек бакинской нефти… Бакинской же?

– Это, считай, тонна. Надо будет какие-нибудь старые железные бочки отсюда туда перекатить, потому как в деревянных нефть хранить – это кошмарный сон пожарного. И еще керосинчику отсюда прихватим, и бензинчику.

– «Коктейль Молотова»? – ухмыльнулся Николай.

– Типа того. Я тогда сифонофор сделаю! Говорил же я Олегу, что знаю тайну «греческого огня»? Вот и покажу ему, что такое огнемет в действии.

– Сифонофор? – наморщил лоб Михаил.

– Там, короче, устройство такое: под палубой какой-нибудь триремы ромеи – это которые византийцы – разводят огонь в медной печке, подогревая бак с горючей смесью. Горючка испаряется, давление растет, а дальше действует принцип сифона – открываем клапан, и газы с силой выдавливают смесь наружу, через трубу – в поворотное сопло огнемета. Подносишь факел – и струя огня окатывает корабль неприятеля.

– Здорово! – впечатлился Ховаев.

– И не говори. Ну, трирем у нас пока нет, поэтому смастерим что-то вроде танка – большую телегу будут толкать сзади две лошади. Впереди посадим «механика-водителя», он будет править. Сейчас еще не делают поворотные механизмы для повозок, так что мы будем первые. На телеге поставим сифонофор и выведем его в… в орудийную башню, скажем так. Все это прикроем прочным дубовым каркасом, стальные накладки тоже используем, а сверху сырые шкуры набьем. Огонь метать мы станем шагов с двадцати, так что никто по нам со стен не зафигачит каменюкой или там колодой. Как вам мой проект?

– Мне нравится, – сощурился Николай. – Твой танк можно и на Киев напустить, чтобы сильнее уважали. И больше боялись.

– Согласен, – кивнул я.

– А что же с дедом? – осторожно спросил Михаил. – Идеи есть?

И я поделился с друзьями своим планом…

в которой я отправляюсь на войну

Марина объявилась ближе к обеду. Одета она была, как в поход, но при ней обнаружился полный комплект женской одежды по моде «эпохи викингов» – рубахи, поневы, платки, безрукавки.

– Я готова! – объявила она решительно.

– Вперед, – улыбнулся я.

Переодевшись и не забыв о бронежилете, я прошагал в тайную комнату. Яшка уже ждал меня – мы уходили в прошлое оба.

Дождавшись, пока откроется переход, я шагнул в другое время. Чуток помедлив, сделала свой первый шаг и Ефимова.

– Жить будете пока у меня, – сказал я. – Не бойтесь – если стану приставать, мои три жены мигом создадут мне проблемы!

– «Столько бед и забот – ах, спаси Аллах!» – процитировала Марина, улыбаясь изо всех сил.

– Ну, так получилось…

Девушка рассмеялась, и это помогло ей унять расходившиеся нервы – не каждый день она путешествовала во времени.

Межвременной туннель вывел нас в темную избу-склад. Я отпер ворота и махнул рукой Михе, стоявшему у МВ. Ховаев кивнул – и рамка погасла, возвращая сруб.

За воротами звенела и пахла весна – сырая, холодная, но будоражившая запахами земных соков, парившими над черными полями, терпкой горечью первых листьев, полупрозрачным зеленистым муаром окутывавшим частое переплетение голых ветвей. Черные стволы деревьев словно испускали изумрудный дым, обещавший вскоре заткать листвой все прогалы.

Кони ждали нас неподалеку. Дежуривший отрок вскочил:

– Привет, Асмуд. Тебя когда сменяют?

– Вечером, товарищ командир!

– Вроде тот же лес, – пробормотала Марина, – но какое же все другое…

– Тот же… – хмыкнул я. – Где вы в будущем видели дубы в три обхвата, да чтобы их было много, целые дубняки? Им же всем лет по пятьсот. А много в нашем времени ясеней высотой в двадцатиэтажный дом? Здешний лес – сказочный.

Еще подъезжая к Городищу, мы увидели великолепную ярусность храма, светившегося белым деревом.

– Красота-то какая… – прошептала Марина.

– Лепота! – подтвердил я.

– Надо еще школы построить!

– Здесь говорят – училища. Вы не поверите, но тут уже есть школы. Там детей учат писать, читать, считать. С арифметикой пока беда – старая буквенная запись чисел никуда не годится, а арабские цифры еще не в ходу. Ничего, мы это живо исправим. Процесс пошел!

– Вы сказали – буквы. А какие буквы? Кириллица?

– Кирилл с Мефодием тут ни при чем. Тутошний народец и до них писать умел.

– «Чертами и резами»?

– Это руны. Насчет глаголицы не знаю, ни разу не видел. Тут чаще всего пользуются греческими буквами, как и в кириллице, но это не кириллица, это что-то другое, более древнее. Чернила тут хорошие делают – варят в камеди «чернильные орешки». А в основном писала используют, чертят ими по бересте или по восковым дощечкам. Ничего, скоро мы бумагу начнем делать – и перья пригодятся, и калямы. А Колян, да вы его видели, сельское хозяйство поднимает – зимой дал местным попробовать картошечки, а сейчас мешками выдает на семена. Так что скоро в здешнем меню и пюре появится, и фри…

Раскланиваясь со встречными, я дошел до своего дома и открыл дверь перед Мариной.

– О, у вас тут окна!

– Знамо дело, на том стоим.

Встречать меня выбежала Рада. Взвизгнув, она повисла у меня на шее, целуя, куда доставала. Различив Ефимову, Рада чопорно поклонилась.

НОЖ-БАБОЧКА СВОИМИ РУКАМИ CS:GO

– Это наша гостья, она подруга моего родича. Зовут Марина. Устрой ее, ладно?

– Ладно! – с готовностью кивнула Рада.

Раз гостья, тогда ладно, пускай живет…

А я, распрощавшись с женщинами, поспешил к дружинным избам, где обитали мои сотни. Многие из отроков проживали в Новгороде, каждое утро скача на службу, но основная масса оставалась в Городище.

Завидев меня, дневальные мигом скрылись в избах, и тут же бегом побежали отроки. Я подходил неторопливо, и они успели построиться. Без броней, в зеленовато-коричневых рубахах, близких к цвету хаки, на головах у всех – вязаные шапочки-подшлемники. Устав отроки тоже усвоили…

– Равняйсь! – гаркнул Мал. – Смирно!

Четко развернувшись ко мне, он бросил ладонь к виску, отдавая честь, и доложил:

– Товарищ тысяцкий, за время вашего отсутствия происшествий не случилось!

– Вольно, – бросил я.

– Вольно! – передал команду Мал.

– Здравствуйте, товарищи бойцы!

– Здравия желаем, товарищ тысяцкий! – дружно грянули отроки.

Довольный их выучкой, я повел всех на пристань – дружина князя готовилась к походу. За зиму для моей тысячи были выстроены новые и починены старые скедии – маленькие лодьи, вмещавшие не сто или двести воинов, а человек двадцать или больше.

С самого февраля, как только оклемался, я переоборудовал эти плавсредства под треугольный бермудский парус. На мачтах больше не было реев, зато имелись гики, горизонтальные рангоутные дерева, крепившиеся к мачте с помощью вертлюги. Парус передней шкаториной цеплялся к мачте, а нижней – к гику. Такое парусное вооружение было самым удобным, с ним мог справиться даже один человек, не то что с прямым, где требовалась целая команда.

Ровно сорок скедий понесут мою тысячу, а еще десять я загрузил всякими спецсредствами – планы, которыми я недавно поделился с друзьями, я вынашивал с самой зимы. Дедушкин «SOS» лишь ускорил их выполнение.

Вечером Олег собрал всех своих бояр на совет, где огласил давнее решение: идем в поход на Смоленск и Киев! Надо ли говорить, что боярство приветствовало сию новость радостными криками?

Война не только горячит кровь, но и наполняет кошели. Да, не всем суждено вернуться из похода, но ведь меня-то смерть минует? Так думал каждый из сидевших в гриднице.

Когда очередь дошла до меня, я изложил князю свои предложения насчет «волшбы», и Олега это живо заинтересовало.

– Через неделю отправляемся! – сказал князь новгородский.

Встретившись с Мишкой в храме, где тот стеклил окна верхнего яруса, мы вместе вернулись в будущее.

– Мужики, – начал я, – помните, вы мне говорили, что научились открывать проход в прошлое отсюда, из квартиры, сразу в два места?

– Мы и сейчас это можем, – ухмыльнулся Николай, – так что на дачу везти «эмвэшку» не обязательно.

– Я понял. Насчет времени молчу – уяснил уже, что проникновение в другие столетия либо заблокированы, либо невозможны вовсе. А как насчет пространства? Можно ли с дачи выйти… Ну, скажем, на тот берег Ильменя?

– Хм… – задумался Белый. – Мы как-то не думали об этом… А зачем тебе тот берег?

– Ильмень мне и даром не нужен, меня интересует Ока.

– А-а… Хм. Надо попробовать!

Позвав Мишку, сочинявшего себе бутерброд на кухне, Колян просунул руки между конусов и осторожно провернул кристалл-октаэдр. Мишка в это время выкручивал одни штифты, чтобы те уходили в непонятные отверстия поглубже, а другие, наоборот, подкручивал.

– Ну-ка… Мишка, включай!

Непонятно кем созданная МВ, вернее, обломок какого-то инопланетного агрегата, который мы по-варварски использовали для перемещений во времени, уже успел обрасти кабелями и проводами, его подключили к парочке ноутбуков и к аварийному дизель-генератору.

– Есть выход на полную энергию, – бодро отрапортовал Ховаев, – есть включение баланса энергии!

– Есть вход в канал, – кивнул Белый. – Есть точка выхода!

– Пять секунд, канал стабильный. Мелкие флуктуации в пределах нормы.

– Тридцать секунд. Канал стабильный. Параметры зафиксированы!

Замерцала фиолетовым рамка – и отворилась в голубой простор. Заревел воздух, устремляясь наружу.

– Отбой! – рявкнул я.

Рамка погасла, и я выдохнул.

– Вы не учли кривизну земной поверхности и открыли канал на высоте! – сказал я сердито. – Километров пять, наверное… Было бы выше, нас бы выдуло отсюда!

– Не рассчитали маненько, – смутился Николай. – Зато параметры какие! Точка выхода в этом времени может смещаться в радиусе шестисот километров!

– Ага… – прикинул я по карте. – Значит, до Оки точно дотянемся! Отлично…

– Канал стабильный. Высота – два! Я имею в виду – два метра.

Портал распахнулся в лесу, перепугав парочку лисят.

Лес за рамкой промелькнул, ухая вниз. Впереди заблестела лента реки.

Река приблизилась рывком, потом Мишка плавно, медленно-медленно углубил штифт настройки, и рамка «опустилась» на травянистый берег.

– Ока! – сказал Николай. – Памятные места… Тут в будущем Пущино-Приокский заповедник создадут. Если спуститься ниже по течению, там впадает Москва-река…

– Вот она-то нам и нужна, там и стоит Нерская крепость, где дед… Ладно, закрывайте и сохраните в памяти. Ну пока, скоро в поход. Постараюсь побыстрее…

– Игорь! – замялся Миха. – А можно я вместо Яшки? Давно в Киеве не был… А Яшка все равно не сможет.

– А по семейным обстоятельствам!

– О, господи… – вздохнул я. – Тогда готовься, отплываем третьего мая.

– Коль, а ты тогда напомни Яшке про наш план, про посудину…

– Напомню, напомню! – пообещал Коля. – Вправлю мозги этому бизнесмену!

Третьего мая ранним утром от пристани городищенской отчаливали сотни скедий, ушкуев и стругов.

Я перецеловал своих женушек, и они еще долго махали мне платочками, теряясь в толпе таких же боевых подруг. Марина стояла наособицу, но пару раз махнула и она.

Я подумал было, что она обиделась на нас за то, что мы не сразу, бросив все дела, кинулись спасать ее «Антона».

Почему так, см. выше.

Но все же, как бы мне противно ни было, я оставался верен первоначальному решению – поход прежде всего. Становлюсь политиком – между спасением одного человека и помощью тысячам и тьмам, выбираю второе. Что я при этом думаю и как себя обзываю – уже мое личное дело…

Хотя, с другой-то стороны, это еще и сильнейшая мотивация – я кровно заинтересован в скорейшем окончании войны за киевский престол. Но все равно противно…

Моя тысяча занимала место в середине огромного каравана, но вскоре бермудский парус показал свои преимущества.

При попутном ветре прямой был неплох и хорошо разгонял лодейки, но ныне дуло с востока, и тут уж все козыри были у моих отроков.

Так что первыми к Ловати вышли мы. Я шел на первой скедии вместе с Мишкой, Малом, Воистом, Рулавом и Лютом из моего десятка. Остальные, с кем мы еще хазар воевали, служили в других сотнях.

Ильмень – местные называли его Ильмерь – встретил флот спокойной волнишкой. Ветер задувал еле-еле, но тутошний народ относился к скорости перемещения иначе, чем в моем родном столетии. Здесь не досадовали на долгое время, проведенное в пути, поскольку не считали его потерянным.

Какая разница, прибыл ты или еще в дороге? Главное, что живой. А человек же не прекращает жить, если отправляется из пункта А в пункт Б. Это только мои современники постоянно торопятся, готовятся к жизни – вот сейчас отучимся, поступим на работу, сделаем карьеру, выплатим кредиты… и начнем жить! Ну еще немножечко подождем – на пенсию выйдем, внуков отучим, и вот тогда… А тогда – гроб с музыкой.

И что с того, что здешние живут меньше, чем в будущем? Зато они живут полно и полностью, не деля житие свое на «до» и «после». И в сумме получается больше, чем у будущих торопыг.

Бесплатный совет, посторонние: не спешите жить!

Близ устья Ловати маяков не стояло, зато имелась маленькая крепостца. Вот на нее-то и держал курс Воист, сидевший за кормщика на «флагманской» скедии под названием «Лембой».

Мишка правду говорил – Ловать в этом времени куда полноводней. Но даже повышенный уровень воды не покрывал пороги.

Толпа мужиков-бечевников уже ждала нас – мигом закрепив свои канаты, они потянули скедии и ушкуи по узким копанкам, минуя бурлившие гряды.

Берег то приближался, то отдалялся, стелясь полого и топко или задирая обрывы. Могучие дубы и липы в обхват, высоченные сосны частенько нагоняли тень на воды Ловати.

Чем ближе к истоку, тем сильнее мелела река. Шли на веслах до водораздельного болота Волочинский Мох. Здесь волоковые мужики проделали большую копань, тянувшуюся две версты, соединяя в общий канал глубокие верховые ручьи и цепь водянистых «окон» в топях.

По обе стороны копани лежали бревенчатые гати, по которым бодро шагали воловьи упряжки, тянувшие сразу по два-три корабля.

Бояре дивились «бешеной» скорости, с которой флотилия проходила волоки – десять верст одолели часа за два и вошли в озеро Ужаны. Оттуда – в озеро Узмень. Потом скедии, ушкуи и струги чередой проследовали в озеро Усвят и по реке Усвяче вышли на простор Западной Двины, которую здесь именовали просто Двиной, а то и вовсе Диной.

Но долго любоваться просторами не пришлось – свернули в речку Касплю, неширокую и полноводную. Она-то и вывела корабли к последнему волоку – Касплинскому.

Начинался волок недалеко от берега – прямо из воды, клонясь, выходили два толстых бревна, истертые бортами.

Волоковые мужики бегом зацепили канатами княжескую скедию «Рарог» и навалились на рукоятки громадного ворота. Скрипя деревом по дереву, скедия въехала на ходовые бревна, умещая киль между ними. Команде оставалось только идти рядом с кораблем, да поддерживать его, чтобы тот не накренился.

А более мелкие ушкуи вытягивали из воды по соседству да затаскивали на громадные колы. Четверки волов было достаточно, чтобы тащить тяжелую повозку, груженную лодкой.

– Осаживай, осаживай! – покрикивали мужики.

– Стой! Колесо с мостков съехало! Назад!

Мал подбежал ко мне и доложил:

– Товарищ командир! Волок кончится завтра, до вечера нам его не пройти. Князь приказал до вечера располагаться лагерем. Утром пройдем Катынью на Днепр!

– Передай всем, чтобы готовились. Частокол вокруг лагеря мастерить не будем, заночуем в волоковой деревне, там выставим шатры.

Мал убежал, а я вздохнул. Широка страна моя родная…

За день-другой не одолеешь. Зато много в ней лесов, полей и рек!

в которой я нарушаю правила пожарной безопасности

На следующий день «увеселительная прогулка» продолжилась. Одолев последние версты волока, флотилия спустилась по Катыни в Днепр и повернула в сторону Мелинеска.

Я так и не разобрался с правильным названием сего местечка. Одни говорят: «Мелинеск», другие – «Смоленск», третьи и вовсе – «Сюрнес». Но кое-что известно точно – тот Смоленск, который памятен мне в будущем, появится не скоро и будет располагаться на двенадцать верст восточнее.

Говорят, когда воеводы Рюрика, Аскольд и Дир, решили отправиться на юг, чтобы подыскать себе земли, где должность правителя была вакантной, они обошли Мелинеск-Смоленск стороной – уж больно многолюден был град сей и крепок в обороне. Ну а Олег направлялся именно к нему.

Не знаю уж, чего так испугались Аскольд с дружком. По мне, так мелковат Смоленск. Зимой здесь наверняка запустение и скука смертная – жизнь в Смоленске бурлит лишь в период навигации. Зимой торговли нет, и городишко будто спит, дожидаясь теплых майских дней – и первых гостей с товаром.

Флотилия не стала приближаться к городским пристаням, приткнулась к берегу поодаль. И дружина тут же приступила к оборудованию лагеря – рубили деревья и ладили частокол, расставляли шатры, а на дорожках срывали бугры и зарывали ямы. В случае тревоги ничто не должно отвлекать, воину нельзя спотыкаться.

Пока строился лагерь, Олег послал к Смоленску парламентеров, требуя сдать город. Те вернулись ни с чем.

В Смоленске издавна проживали скандинавы-урмане, они были силой и признавать над собою власть Рюриковичей не желали.

Ну, тем хуже для них.

На военном совете я вел себя скромно, как и подобает боярину-новичку. Мое предложение о «волшбе» у городских ворот было принято давно, так что я не беспокоился особо. Лишь потом, наедине с князем, предложил воспользоваться опытом монголов.

Я, конечно, не упоминал, кто именно изобрел такую меру, а просто изложил ее. Надо, говорю, осадить город и окружить его заборами да изгородями – пусть защитники со стен видят, что им не уйти. Это будет действовать угнетающе.

Олегу идея понравилась, и дружина приступила к ее воплощению в жизнь – со всей слободы стаскивались заборы и тыны, изгороди всякие. Широкой дугой ограда огибала Смоленск полукольцом, выходя к берегу, а потом замкнулась по воде – воины повбивали в дно остреные колья. Если кто и решится покинуть город на лодке или на чем покрупнее, то обязательно напорется.

Смоляне видели наши приуготовления со стен, и им они очень не нравились – стрелы так и свистели в воздухе, но на излете они были не слишком опасны. Мы отлавливали их щитами.

Мишка, надо сказать, хаживал к городским воротам вместе с парламентерами и хорошенько разглядел все подходы.

– Главная дорога, – докладывал он, – проходит через слободу до самых ворот. К ним через ров переброшен мост. Когда мы подъехали, он как раз догорал – такая у них тут мера предосторожности. Ров не глубок, забросаем быстро.

– Начинай тогда, – решил я. – Князь дает «добро».

И мы начали. Разобрав пару изб – жители умотали под защиту крепостных стен, – живо соорудили осадную «ч

Римляне говорили – «тестудо».

Изготовили большую квадратную раму, поставив ее на шесть колес, сколоченных из плах, а сверху возвели стены-борта и двухскатную крышу из бревен, покрыв ее сырыми шкурами.

Команда отроков, засевшая внутри «черепахи», должна была толкать ее, рычагами прокручивая колеса.

Дабы подбодрить бойцов, Мишка лично отправился в первую ходку. «Тестудо» медленно покатилась вперед, иногда замирая перед колдобиной, но команда дружно перехватывала рукоятки, пядь за пядью приближая «черепаху» ко рву.

Осадная машина везла с собой груз – мешки с песком. Николай доставил из будущего целую кипу – из настоящей мешковины, что нынче редкость.

Как только передний край «черепахи» зависал надо рвом, бойцы скидывали мешки – и отправлялись за новой порцией. Стрелы и копья так и долбили в крышу, и камни падали, и даже кипяток лился, но «тестудо» все было нипочем.

На пятой ходке ров был завален, и в шестую отправился уже я. «Черепаха» ехала налегке, ее груз был невелик, но зело опасен – обрезок стальной трубы с заваренными фланцами. Труба была набита порохом, а наружу торчал лишь запальный фитиль.

– Поехали! – сказал я.

Свежая смена отроков осклабилась:

Заскрипели колеса, затрещали храповики. «Тестудо» медленно тронулась в путь. Задняя стена у машины отсутствовала, так что внутри было и свежо, и светло.

– Тяжелая… – пропыхтел Прастен.

– Зато ни одна сволочь не достанет! – резонно заметил Мал, тянувший рукоятку на себя. – Ну-ка, дружно! Взяли!

Скрипя колесами по камешкам, гулко сотрясаясь, «черепаха» ползла вперед.

– Харэ! Вижу доски!

Это были не доски даже, а здоровенные плахи с толщиной шпалы. По ним «тестудо» подкатила к самым воротам. Сверху тут же затюкали стрелы, глухо прогрохотала каменная глыба. А потом с потолка закапало.

Я подставил ладонь и хмыкнул:

– Тепленькая пошла! Готовимся.

Отворив дверцу в лобовой стенке «черепахи», я увидел крепко сколоченные ворота, висевшие на пудовых петлях. Подумав, я не стал укладывать мину у ворот, а крикнул:

– Молоток! И гвозди!

Гвозди в этом времени были штучным товаром и весьма дорогим, но на что не пойдешь ради победы. Вколотив гвозди, я подвесил на них мое взрывчатое устройство.

Осторожно распустив фитиль, я поджег его и скомандовал:

Отроки налегли на рукоятки, а я пуще всего боялся, что с башни плеснут водой – и затушат бикфордов шнур. Но нет, не догадались.

«Черепаха», грузно валясь, покинула засыпанный ров, и в это время грянул взрыв.

Мина рванула, расшвыривая осколки. За вспышкой огня и дымом не видно было, чего же я добился, но когда с треском и грохотом просела, обваливаясь, воротная башня, стало понятно, что мы с Мишкой даже переборщили с мощностью заряда.

Мина не просто вынесла ворота, раскидав их по бревнышку, но и разрушила почти всю башню.

Дружина знала свой маневр – взрыв должен был послужить сигналом к атаке. И бойцы не подвели – бросились на приступ со всех ног.

Думаю, они были даже несколько разочарованы, поскольку никакого боя не случилось. Защитники крепости были настолько перепуганы «громом и молнией», высадившими городские ворота, что не сопротивлялись, бросали оружие и сдавались.

Если уж сами боги воюют на стороне Олега, то сопротивление бесполезно. Откуда им было знать, что тут не боги постарались, а скромные волхвы?

Самой боеспособной единицей сборного смоленского войска оказался урманский хирд – человек сто пятьдесят опытных хольдов и молодых дренгов, скандинавских отроков.

Командиром отряда числился здоровенный Олаф-хевдинг, громила с забавными рыжими косичками, торчавшими из-под шлема. Небрежно отодвинув Мала, он приблизился к Олегу и пробасил на приличном русском:

– Мой хирд не бросает оружие, конунг, потому что хочет служить под твоим началом. Мы согласны на обычные доли в добыче и клянемся быть верными.

Подумав, Олег ответил:

– Я принимаю твой хирд с одним условием: вы будете исполнять любой мой приказ без разговоров и обсуждений. Так принято в моей дружине, и это закон для всех.

– Раз для всех, то мы согласны! – прогудел Олаф.

Хирд проревел нечто одобрительное, а хевдинг помялся и спросил:

– Скажи, конунг, могу ли я видеть ярла, который разбил Эйрика Энундсона?

– Можешь, – улыбнулся Олег и указал на меня: – Вот он.

Громко сопя, Олаф осмотрел меня и поинтересовался:

– А что стало с самим Эйриком Бескостным?

– Его повесили, – любезно ответил я.

– Эйрик был глуп, – проворчал хевдинг. – А я умен.

Что ж, доля истины в этом мнении присутствовала…

На следующий день, оставив пару сотен войска в Смоленске и назначив посадника, Олег Вещий двинулся вниз по Днепру. На Любеч.

Любеч – это Полесье, и местные так же рубят избы, как и на севере. Киев, где «малообеспеченные слои населения» роют себе землянки и лепят мазанки, располагается южнее.

Днепр в этих местах шириной не поражал – устья Десны и Припяти выходят дальше к югу, подпитывая водой великую реку.

Когда же я увидал любечский детинец на высокой Замковой горе, то понял, что мои планы по сооружению огнеметного «танка» следует пересмотреть. Никакая повозка не заберется на такую крутизну. Придется строить катапульту.

В принципе, все части «танка» я тащил с собой, включая всякие кованые железяки для усиления деревянных балок, так что было из чего собирать катапульту.

Напомню для посторонних, что катапульта – это такая фиговина, которая своей «ложкой» лупит по вертикальной раме и закидывает ядра по навесной траектории. Как гаубица.

А вот баллиста бьет по настильной, и для обстрела детинца в Любече она непригодна.

Посторонние могут спросить, как же я так легко отказался от использования «греческого огня» в моем исполнении. Отвечаю: не отказывался я!

Просто огнемет мы соберем в другое время. А пока будем забрасывать глиняные корчаги (это такие большие кувшины), полные горючей жидкости.

Небольшая слобода у подножия Замковой горы была жителями покинута, и варяги с прочими добровольцами заняли пустующие дома. Не все погреба были «освобождены» хозяевами от продуктов питания, и мы их употребили по назначению. А чего не нашлось на месте, принесли с собой.

Ну, пока там Олег с местными элитами договаривался, я собирал большую катапульту. Массивная, тяжелая, она вряд ли могла выдержать десяток пусков, но я надеялся, что любечанам и одного-двух будет достаточно для безоговорочной капитуляции.

А пока что храбрые защитники детинца неистовствовали, стреляли без перерыву. Мои отроки, прикрывая друг друга большими двуручными щитами, собирали вражеские стрелы, набирая полные колчаны.

Даже соревноваться стали, кто больше наберет.

И вот катапульта была готова. Мы ее торжественно выкатили на позицию и вбили колья в проушины, фиксируя орудие.

Сначала я зарядил каменюку, равную по весу корчаге с горючкой.

Отроки, ухая и хэкая, закрутили рукоятки ворота, скручивая воловьи жилы. Шатун с сеткой мелкими рывками опускался все ниже.

Мал уложил камень.

Воист ударил большим деревянным молотом, вышибая стопор, и шатун со всего размаху грохнул по вертикальной раме, вминая толстую пачку шкур. Камень усвистал, но ударил в стену детинца.

– Недолет, – прокомментировал Мишка.

Я молча подошел к передку, бросив: «Опускай!», и подкрутил бронзовые винты на нижней раме. Рама задралась немного кверху.

Еще один камень опустили в «сачок».

Короткий грохот, и глыбка устремилась по крутой дуге вверх, перевалив крепостную стену. Прибавив пару оборотов винтам наводки, я приказал укладывать корчагу.

– Э, э! Не так рьяно! Рукоятку сломишь!

Дождавшись, пока охапка жил свернется втугую, я аккуратно поджег фитиль.

Корчага, кувыркаясь в полете и оставляя слабый дымный шлейф, взлетела выше косогора, выше рубленых стен детинца и лопнула, ударившись о крышу, разливая жидкое пламя. Вопли ужаса и боли донеслись до нас, а в небо потянулся столб дыма.

– Скручивай, – сказал я с удовлетворением.

Вторая корчага отправилась следом за первой, и какой-то необразованный любечанин додумался подстрелить «зажигательную бомбу» в полете. Не знаю уж, повезло ли этому «основателю ПВО», но те, которых окатило огненным душем, явно не были рады.

Учу Трюки С Ножом Бабочкой за 24 часа

А дыма валило все больше – видать, запалили мы дома, или склады, или еще чего.

Вытащив колья, мы немного развернули катапульту, чтобы увеличить площадь обстрела. Минут десять оттягивали шатун, и вот пошла третья по счету.

Я уже стал тревожно посматривать на запасные бочки – «горючки» было запасено не так уж много, но мой расчет оказался верным. Среди клубов дыма замелькало белое полотнище.

Белым флагом махали еще римские легионеры, когда готовы были сдаться, – об этом писал Тацит. Но я чувствовал облегчение из-за того, что эта капитулянтская придумка докатилась до здешних лесов и болот.

– Достаточно, Волхв! – весело сказал князь. – Они уже спеклись!

Вскоре показалась делегация во главе с местным князьком.

Князек был встрепан, растерянное лицо перепачкано в саже – неожиданно, внезапно даже тихое и спокойное течение буден было взбаламучено, забурлило, завертелось водоворотами…

А ты как хотел, князек? Политика!

Я не стал слушать, о чем там судили да рядили высокие договаривающиеся стороны. Скорее всего, владетель Любеча и окрестностей останется на своем месте и даже статус князя не потеряет, но отныне станет повелевать всего лишь как наместник Олега.

Великое государство никогда не будет уважать всякую мелкоту, «прыщик на карте». Терпеть станет, да и то лишь до тех пор, пока это совпадает с его интересами.

У маленькой страны лишь два выхода – либо покориться, либо искать покровительства иной державы, столь же большой и могучей. Короче, вертеться, как уж на сковородке…

в которой я предлагаю князю примерить царскую корону

Я был прав в своих предположениях – князь Хурта Любечанин стал наместником. Об этом мне поведал сам Олег – он был в прекрасном настроении.

Еще бы! Два города взяты без потерь!

– Ингорь, – сказал Вещий прочувствованно, – а ты сам хотел бы выйти в князи?

У меня внутри что-то заекало – сбывается мечта деда! Но марку держать надо.

– Я никогда не стремился быть первым, княже, – ответил я. – Занимать высокое положение – да, это мне по нраву, но предпочел бы сидеть ниже верховного правителя. Я с удовольствием примерю княжеское корзно, но лишь в одном случае – когда ты станешь царем, государем всея Руси!

Олег замер. Похоже, он даже в мечтах своих не воспарял столь высоко. Или царское величие казалось ему невместным в наших палестинах?

– Вот это ничего себе… – пробормотал он. – Фу-у… Аж в пот бросило! Эх, Ингорь… Вся беда в том, что я верен своему слову. Раз уж я обещал Рюрику сделать сына его великим князем, так и будет.

НОЖ БАБОЧКА Standoff 2 из линейки. Как сделать KNIFE BUTTERFLY Black Widow из дерева своими руками

– Княже, – вкрадчиво, ласково даже проговорил я, – уважаю людей, которые держат слово. И понимаю, что жилы рвать ради того, чтобы кто-то другой занял трон, как-то глупо. Но! Ты обещал Рюрику сделать его сына великим князем. Отлично! Вот и сделай! Пускай Ингорь Рюрикович станет великим князем киевским! Ради бога! А кто-то еще займет место великого князя новгородского, великого князя хазарского, великого князя булгарского! Пускай! Но все эти великие князья, светлые князья, бояре и прочие будут служить одному-единственному царю-самодержцу. Тебе! Не ищи подвоха в моих словах, его там нет. А выход, о котором я сейчас рассказал, единственно возможный для тебя. Только так ты можешь и клятву не нарушить, и свой интерес соблюсти. Назваться царем сейчас еще очень рано, все только начинается. Но когда весь Днепр будет в твоих руках, и вся Волга, от Итиля до Булгара, вот тогда мы и устроим торжественную коронацию. К тому времени в твоих руках сосредоточится великая мощь, армия и флот. И никто не посмеет оспорить твой сан, а если попробует только, узнает, почем фунт лиха.

Олег судорожно вздохнул и сказал дрогнувшим голосом:

– Спасибо, Волхв. Ты оживил мне душу!

– Всегда к услугам вашего величества, – поклонился я.

Широко улыбаясь, князь отошел, а я поздравил себя с еще одной победой.

На ночь глядя никто по Днепру не сплавляется, поэтому дружина Олегова заночевала в пределах окольного града Любеча. Было заметно, что князь выискал всех желающих прогуляться к Киеву и обратно.

Оно и понятно – варягов мало было. Вместе они представляли силу, но рассей их по всему пути в греки – растворятся. Вот и привлек князь местных, хоть и с разбором. Чудь позвал, мерю, весь, ятвягов, вендов, галатов. И все они были здесь, стояли общим со всеми лагерем, но наособицу, непривычные к русским порядкам.

Ничего, пролетарии всех стран, соединяйтесь!

…Вечером на берегу Днепра зажгли множество костров, стало светло, как при пожаре. Местное население робко появлялось из лесу, шмыгая огородами и поражаясь, что дома их целы, что не нужно заново отстраиваться на пепелищах.

А зачем князю новгородскому бездомные подданные?

Посидев у огня со своими отроками, я решил прогуляться – «утрясти» ужин, подумать, развеяться.

На берегу меня перехватил Алк Вилобородый. Светлый боярин тоже потихоньку школил своих, используя мою методу, и у него, в принципе, все получалось. Я же ничего особенного не предлагал, кроме обычной армейщины, обкатанной за сотни лет до меня, начиная с легионов Рима.

– Здрав будь, Ингорь, – поздоровался Алк с затаенною опаской.

Вдруг я обиду на него держу? А обижать волхвов – себе дороже…

– И тебе поздорову, – ответил я. – Гоняешь молодь?

Спросил я вполне по-дружески, да и чего мне с Алком враждовать? Ну, были непонятки, так и что?

– Гоняю! – сказал Вилобородый, оживляясь сразу и расслабляясь. – Тяжело было, особенно вначале. Надо ж было первым добежать, да так, чтобы не захэкаться!

– Зато теперь твои сотни могут преследовать врага бегом, как кони!

– Скорей, как лоси! – хохотнул Алк. – Мы же по лесу бегаем!

– Ничего, скоро степь покажется.

– А до меня только зимой дошло, зачем тебе кавалерия, – сказал он. – А вот, когда твои конники урман прищучили, тут-то я и сказал себе: «Эге… Надо и мне лошаденок собрать!»

– Верно сказал, – кивнул я. – Как с хазарами биться пешим? Одолеть, конечно, можно и так, но зачем нам лишние потери? Пусть лучше своих павших считает враг!

– А слыхал ли ты, что князь собрался все дружины княжеские да боярские свести в одно войско?

– Ну наконец-то! – вырвалось у меня. – Давно пора.

– Так ты согласен?

– Конечно! Единое войско – это всегда лучше. Ну, вот как сейчас у нас или у тех же нурманов? Кидает князь или конунг клич, и все ярлы или наше княжье собирают свои гриди. Сводят вместе и… Разве это войско? Числом вроде да, а по сути? Ну, вот представь себе город, где нет общей крепостной стены, а каждый дом, каждая усадьба огорожена частоколом. Приходит вражина – и берет приступом каждую усадьбу по очереди! А осмелится ли он штурмовать городскую стену, когда все вместе за город свой биться станут? То-то и оно. Пусть уж будет одна большая дружина на всех! Такая всегда будет сильнее кучи мелких гридей. Знаю, что многие князья противятся хотению Олегову, а почему? А потому, что боятся без дружин остаться. Как же! У самого десяток бойцов в гриди, а туда же – войско у него! Окажите почет, проявите уважение! Так это ж одна видимость мощи. Что твой десяток сделает против сильного врага? Да ничего!

– Они боятся как раз того, что вот – враг пришел, а дружины под рукой нет! – проворчал Алк, возможно, имея и себя в виду.

– Ерунда! – отмел я его опасения. – Никакой враг не придет на землю, где имеется единое сильное войско. Оно же постоянно на страже! На самой границе бдит, вражину высматривает. А как только двинет неприятель в поход, тут же, на границе, и приветят его по-свойски. И за подкреплением пошлют. Не-ет, Алк, единое войско – это сила! Это мир на долгие годы. Пока дружины княжеские да боярские соберутся отпор давать, враг уже все города пожжет! А единое войско сразу в бой кинется. Чуешь разницу? А уж что касается почета, так по мне куда почетней командовать тысячей воинов, чем дружиной в полста человек.

– У меня их сорок всего, – признался Алк.

– Ну вот видишь! А ныне ты – полутысяцкий. Есть же разница?

– Ну да, вообще-то, – приободрился Вилобородый. – Ладно, пойду с ребятами потолкую…

Боярин ушел, пропадая во тьме, подсвеченной мятущимся на ветру огнем, а я расслышал слабый голосок:

Я с удивлением разглядел малолетнего князя.

– И ты тут? А мамка где?

– В Городище осталась, – сказал Ингорь Рюрикович. – Не женское это дело – на войну хаживать.

– Правильно говоришь, – улыбнулся я.

– Так дядя Олег сказал. А тетя Бажена тоже дома осталась?

– А-а… – малыш уже потерял интерес к женскому вопросу и решил похвастаться. Достав из-за отворота рубахи ремешок с моей пулей, он сказал: – Гляди-ко, что мне Гюрята подарил! Сильный-пресильный оберег!

– Эт-точно. А дядька Рогволт тебя не потерял?

– А я от него убёг!

Я рассмеялся, подумав, что, может, в этой реальности князь Игорь не предстанет тем слабаком и неудачником, как в той истории, которую я учил? Похоже, в известной мне исторической последовательности Игорь подхватил тяжелый комплекс неполноценности – он всю свою жизнь доказывал, какой он крутой, не хуже «дяди Олега». И ничего у него не получалось.

Олег Вещий к вратам Константинополя щит свой приколотил, беря город под свою символическую защиту, и паруса ему шелковые пошили греки, и золота отвалили – будь здоров, а Ингорь послал свой флот туда же – и пожгли его на хрен. И так во всем.

– Ингорь! – послышался трубный глас Рогволта. – Вот ты где! А я уже обыскался. Пошли, кушать

– Я еще не хочу есть, – пробурчал Рюрикович, насупясь.

– Приказ командира, – развел руками я, – надо выполнять. А Рогволт пока что твой командир. Вот вырастешь, станешь князем, и тогда сам будешь Рогволту приказывать, чтоб кашу ел!

Ингорь заливисто рассмеялся и протянул ладошку воеводе. Рогволт осторожно взял ее несколькими пальцами и повел пацана, мне подмигнув.

Может, и выйдет толк из Ингоря? Не разбалуют его, не превратят в «мажора». И не сгинет мужик бесславно, по своей же глупости или жадности, вдвойне обложив древлян…

Хотя тут явная неувязочка выходит. Чего-то схитрил летописец. Сами считайте. Родился Ингорь в 878-м. Стало быть, когда он женится в 903-м, ему стукнет двадцать пять. А Святослав родится лишь в 944-м!

Ну, допустим, князь выйдет мужиком хоть куда и в шестьдесят восемь (хотя какие от старца дети?). А княгиня Ольга как же? Ежели она замуж вышла в шестнадцать лет, то в 944-м ей будет пятьдесят семь! Вы меня извините, конечно, но старушки не рожают, даже если вполне себе бодренькие. И есть еще одно интересное свидетельство.

Когда Святославу исполнилось двенадцать, Ольга вместе с ним побывала в Константинополе, гостила у императора. И тот был очарован ее красотою!

Константин Багрянородный что, геронтофилией страдал, чтобы очаровываться семидесятилетней старицей?

Вывод один: Ольга забеременела в шестнадцать, как тут и полагается. Выходит, родилась она в 927-м. Пожалуй, что так.

Но зачем же это было скрывать?

Выводы? Скорей всего, Ольга стала второй женой князя – не зря же греки прозывали его Ингорем Старым!

Пожалуй, что так, и никак иначе.

Или же род Рюриковичей завял на Олеге, сыне малолетнего Ингоря. Есть такие, малость туманные сведения – дескать, сгинул Олег Ингоревич в 925-м, Тьмутаракань обороняя.

Тогда становится понятным, чего это летописец хитрил. Получается, что Святослав никакого отношения к Рюриковичам не имел, что родился он, может, и от Ингоря, но явно не от того, коего Рогволт ныне пестует. Видать, славянская (тут говорят – славинская) безродная знать сменила варягов, а кто ж ее такую слушаться будет? В здешнем времени законность власти – очень серьезная тема.

Вот был такой Хлодвиг, первый из династии Меровингов. Правил франками лет за четыреста от времен нынешних. А вот галлы не признавали его королем, для них по-прежнему легитимной была власть римского императора.

Но Хлодвиг не дурак был – направил он послов к базилевсу Юстиниану, императору ромеев, как бы правопреемнику Рима. А тому не жалко было грамоту накропать – все равно Галлия не в его власти. Так и отписал – дозволяю, мол, Хлодвигу править.

И все – народ мигом угомонился. Раз уж император дает «добро», стало быть, король настоящий! Будем слушаться.

Может, и так было…

Утомившись от размышлений, я добрел до своего шатра и залег спать. Завтра отплываем.

в которой лес встречается со степью

Ближе ко граду Киеву Днепр разлился широко и вольно, утишил течение свое, как тот чиновник, считающий несолидным торопиться в его-то положении.

В отличие от прозрачных северных рек, воду которых можно было пить без опаски, Днепр нес с собой мутьевые потоки, которые то тут, то там намывали голые островки, быстро зараставшие травой, мать-и-мачехой да лопухами.

Эти пятачки суши были эфемерны, хоть некоторые из них и держались годами. В хорошее половодье их могло и смыть начисто или сместить, завалить топляком и всякой дрянью.

Холмы по правому берегу поднялись еще выше, покрываясь соснами. Ближе к реке все заросло ивняком да липами, чуть далее жестяно шелестели дубы.

Степь еще не просматривалась, но ее горячее, терпкое дыхание чувствовалось уже – лес прибрежный то и дело прерывался широкими травянистыми прогалами, авангардом степных раздолий. Дальше к югу деревья сойдут на нет, леса ужмутся до редких рощиц близ воды, а после и вовсе нечему станет тень отбрасывать – один ковыль до горизонта волноваться станет широкими разливами.

Но флот туда, во владения печенегов, не спешил пока. Кормщики правили к Вышгороду – варяжской крепости на правом берегу, верстах в двадцати от Киева.

Не доверял Рюрик местным славинам, оттого и устроил форпост подальше от их вечных дрязг да усобиц.

Гарнизон тут стоял невеликий, лишь бы путь по Днепру оборонить – Вышгород крепко сидел на высоком холме, как раз там, где имелась переправа с левого, низменного, берега.

Одна за другой скедии причаливали, становясь борт к борту, а уже к ним швартовали грузовые ушкуи и струги.

Малая дружина, засевшая в крепости, тут же выбежала встречать своих.

– Прастен! Хо-хо-хо! Вымахал-то как!

– Здорово! Как славинки?

– Да те еще оторвы!

– Княже! – проревел огромный кряжистый человечище, наполовину обряженный в заемный печенежский панцирь. – К нам ли?

– К Аскольдушке в гости, – неласково улыбнулся Олег. – Будь другом, Фудри, пошли гонца к Аскольду. Пускай, дескать, в Вышгород поспешает, чтобы купцов богатых приветить, по пути в греки идущих. Скажет пусть, что болеет старшой, потому сами и не спешат в гости. Добавь, что везут купцы много золота и важные вести из Новгорода. Только не говори, что нас тут много!

– Передадим, как надо, – уверил его Фудри. – Эй, Малко! Все слышал?

И Малко, вскочив на коня, унесся галопом. Долго ждать не пришлось, уже к обеду показались всадники, числом десять или больше. Впереди ехали двое, оба в роскошных красных плащах.

Сидели они гордо и прямо да косились по сторонам: все ли видят, какие они важные да что кони у них породистые? А плащи какие! Чистый пурпур!

– Гюрята, – негромко спросил я, – а кто из них Аскольд?

– А вона, который от реки ближе, – ответил старик и усмехнулся: – Разъелся-то как на местных хлебах! А худущий был… Страсть! А рядом с ним Дир. Человечек никчемушный совершенно, сам из себя пустое место. Он всюду тенью прошел за Аскольдом, вот так и в князи киевские выбился.

– Тандем! – ухмыльнулся я.

Конюшие подбежали, помогли Аскольду с напарником покинуть седла, а тут из шатра и Олег показался.

Дир первым застыл, изображая суслика у норки. За ним и Аскольд замер. Оба правителя еще плохо понимали, что их время истекло.

– Ну, здравствуй, Аскольдушка, – проговорил Олег.

– Обманом завлек… – хрипло сказал тот.

– Никакого обману, – отрезал Вещий. – Разговор у нас действительно будет важным. И коротким, – голос у него похолодел. – Вы не князья и не княжьего роду, а я – княжьего. Я – Олег князь, а это, – он указал на малыша, – Рюриков Ингорь-княжич.

И подал знак. В то же мгновение щелкнули две тетивы, и длинные стрелы вонзились обоим лжекнязьям в сердца их.

Дир упал первым, тараща в небо голубые глаза. Аскольд сперва рухнул на колени, качнулся и завалился на бок.

Спутники обоих сбились в кучку, не зная, что и думать, чего ждать от варягов. Но Олег не стал их убивать.

Сев на Аскольдова коня, он приказал:

– Ведите нас в Киев.

Усадив Ингоря Рюриковича перед собой, Вещий дал коню шенкелей и двинулся шагом.

Я не стал дожидаться особого приглашения, а подошел к гнедому, на котором прибыл Дир, и сел верхом. Минут через пять меня догнали пятеро отроков во главе с Малом. Потом прискакали конники Фудри, готовые сопровождать Олега. Так что кавалькада вышла солидная.

А все остальные бегом вернулись на скедии, чтобы спуститься вниз по Днепру и зайти в устье Почайны.

У речки Сетомль, что протекала по болотистой Оболони, растянувшаяся кавалькада сгрудилась возле моста. Сетомль впадала в затон Почайны, на южном берегу которой открывался взгляду Подол, застроенный вразброс домишками и землянками, раскроенный на лоскутья полей и огородов. А далее поднимали свои склоны киевские «горы» – к западу виднелась Лысая гора, она же Хоревица, рядом с нею, ближе к Днепру, высилась Щековица, расклиненная оврагами и промоинами, лесом заросшая, почти необжитая – с краю только тронутая деревушкой с частоколом вокруг. А левее задирала крутые обрывистые края гора Замковая, останец высокого древнего берега, с крепостью Самбат на плоской вершине – зародыш будущего Киева.

Почайна была глубока, но через нее прокинули наплавной мост из бревен, шаткий, кое-где уходивший под воду на глубину ладони, однако коней с седоками он держал.

Подол не окружала крепостная стена, даже бревенчатого частоколу не стояло вокруг разбросанного жилья. Лишь невысокий, оплывший под дождями вал тянулся меж берегом Днепра и крайними огородами. Был когда-то и ров, да селяне пользовались им как свалкой, засыпая помоями и рухлядью, вырванным на грядках бурьяном и прочими отходами. Трава на рву поднималась пышная, зеленущая, и подольские худые коровенки любили наведываться сюда.

Обширная низина, названная славинами Подолом, напоминала полуостров, примкнутый к лесистым горкам, чьи кручи опадали неглубокими распадками.

С востока этот «полуостров» обтекал Днепр, с севера – приток его, река Почайна, а на западе в Почайну впадала речушка Глубочица.

Заросли на Подоле держались лоскутьями и клиньями несведенных еще деревьев, а все остальное пространство было распахано на поля и огородики, обнесенные плетеными заборами. Прячась в тень редких каштанов, белели славинские хатки-мазанки из саманного кирпича, крытые прелой соломой, уходили ниже травы землянки. Двумя концентрическими кругами стояли повозки на тяжелых цельных колесах с кибитками из войлока и воловьих шкур – булгары пожаловали. Съехались на торг и блестели гладкими черепушками – ультины брили головы по древнему фракийскому обычаю, оставляя оселедец – единственный клок волос, свисающий до плеча, а усы их опускались на грудь, напоминая моржовые клыки.

Лишь у самой Почайны, где протягивались бревенчатые вымолы, мне встретились более-менее приличные сооружения – крепкие избы, высокие амбары и овины, приземистые конюшни. Выстроившись в два ряда, они обступали Боричев ток, главную «улицу» Киева, ухабистую и пыльную, кое-где прикрытую кронами могучих каштанов и буков.

Поднимаясь, Боричев ток начал петлять, переходя в свое продолжение – Боричев увоз.

Следуя серпантину, варяжская «делегация» поднялась до самой крепости Самбат, до ее Подольских ворот. Крепость была окружена крепким тыном из заостренных бревен, черных от смолы, сберегавшей дерево. Перед частоколом вырыли ров, в дожди полный воды, а ныне лишь мерзкая жижа воняла со дна.

Тын составляли из отборных стволов, зарытых в землю на треть. Бревна пригонялись плотно – прозора меж ними не было. За первым частоколом, отступая шагов на пару, забивался второй, а междурядье доверху было набито землею. Ход для стрелков по верху стены прикрывался навесом из толстого корья, навесными плашками защищались проделанные в наружном тыне частые бойницы, узкие и высокие.

За воротами начиналась грязная улочка с коновязями и с изгрызенными поилками. По обеим сторонам ее тянулись деревянные тротуары. Обшарпанные хаты из саманного кирпича перемежались с длинными и низкими избами, крытыми на два ската снопами камыша, густо смазанными глиной.

Описав зигзаг, улочка вывела к кня

жьему терему, рубленному из дуба в два этажа. Когда-то сей теремок принадлежал хазарскому наместнику, тудуну Ас-Халибу, но Аскольд снес спесивому хазарину башку и занял его жилплощадь.

Бойцы Аскольда высыпали наружу, тут же притормаживая, – связываться с варягами ни у кого из них не было желания.

Вещий остановил коня, оглядел «придворных» и громко объявил:

– Я – Олег, князь новгородский! А это – Ингорь Рюрикович, великий князь киевский!

Было тихо, одно дыхание слышалось да фырканье лошадиное.

– А где Аскольд? – донесся растерянный голос.

– Помер, – усмехнулся Олег.

И опять не вышло боя, не рубило острое железо, отворяя вены, пуская кровь людскую. Вооруженный переворот происходил буднично и просто.

Олег с Ингорем на руках поднялся по высокой лестнице в Людную палату, где перед ним расступились местные вельможи, превшие в мехах, и прошагал в тронный «зал» – Золотую палату.

Ее узкие высокие окна были задернуты тяжелыми парчовыми шторами, а у задней стены стояло золоченое резное кресло – трон.

Туда-то Олег и усадил Ингоря. Привыкай!

Князь собирался обсуждать местные дела с «набольшими» Киева, и я не стал задерживаться – и без меня хватит желающих приблизиться к трону.

Выйдя на свежий воздух, я обнаружил многих из своей тысячи. Уж не знаю, где они лошадей достали. Неоседланные, неподкованные… Табун, что ли, угнали?

Викинги Олафа тоже были здесь, с любопытством осматривая достопримечательности.

Разговоры, смех, резкие команды стихли совсем ненадолго. Я уж было хотел сказать что-нибудь этакое, но в это время расслышал громкий волчий вой и очень удивился.

Вой доносился снизу, с Подола, вот только выть так волки не могли, для этого им нужно было собраться в тысячную стаю.

– Печенеги! – раздался крик. – Печенеги напали!

Я выбежал за ворота и сразу разглядел облако пыли, приближавшееся с запада. В рыжих клубах угадывались всадники, продолжавшие завывать по-волчьи.

– По коням! – скомандовал я, мигом вскакивая в седло.

Оглянувшись, я увидел Олафа, грузившегося на подводу. Так вот как урмане прибыли! На гужевом транспорте.

Из Людной палаты выглядывали местные вояки.

– Что стоите, рты раззявили? – заорал я. – Мигом в седла и за мной! Вперед!

С гулом и топотом срывались лошади, лавиной валили из ворот на Боричев увоз. Там животин приходилось осаживать, а то бы кувырком летели до самого низу.

С разгону выскочили на Боричев ток, и вот они, печенеги!

В черных халатах и в черных колпаках, они летели наперерез, дивясь невесть откуда возникшей коннице. Вскинув луки, кочевники хотели «поприветствовать» незнакомцев, но стрелки Люта оказались быстрее. Русские стрелы разили насмерть, пробивая и халаты, и прикрытые ими панцири или богатые куртки, расшитые бисером, с приделанными медными бубенчиками. Иных печенегов сносило с седел, только грязные шаровары мелькали.

Кочевников ошеломила внезапная атака. Они, видимо, никак не ожидали подобной встречи. Ну не повезло вам, ребята.

Стрелы, дротики-сулицы, копья – все шло в дело, пока сближались две конские лавы. И вот сошлись.

Мои выхватили клинки и с ходу врубились в орду. Гулко занудили печенежские трубы с бычьими головами из серебра, дабы поддержать черное воинство, но все без толку – наши ломили.

Отрок указал себе за спину – оттуда высовывалось навершие знамени, схожее с наконечником копья.

Развернулось красное знамя, заполоскало на ветру!

– Трубачи! Сигнал стрелкам – бить навесом!

– Конному отряду Булана – рассечь правый фланг!

А тут и урмане пожаловали, прикатили на своих таратайках.

– Олаф! Заходите слева, отрезайте их от Глубочицы! Не дадим гадам уйти!

– Не дадим! – радостно взревел северный великан, бросаясь в атаку.

За ним бросился весь хирд, да с таким ревом, что можно было подумать – стадо быков испугали корридой.

Каюсь, спохватился я с большой задержкой – вспомнил, что тысяцким назначен. Стало быть, надо стратегией и тактикой заниматься, а не скакать, изображая Чапаева.

И как только ко мне вернулась память, как только заработали понятия долга, я тут же окружил себя «гвардейцами», поскольку одновременно участвовать в бою и руководить боем не получится.

А тут и местечко нашлось подходящее – на небольшой возвышенности, рядом с Боричевым током. Заметно было, что высотку занимал когда-то большой дом, но от него только камни фундамента остались да зола.

Вот здесь я и утвердился. Урмане, выстроившись в ряд, набычились и перли на печенегов. Кочевники пытались прорваться сквозь их строй, но бесполезно – викинги только с виду казались огромными и неповоротливыми, на самом-то деле они вертелись так, что движение рук-ног смазывалось.

Неуклюжесть медведя обманчива, топтыгин способен скачущую лошадь догнать. Так и здесь.

Печенеги наезжали на моих урман, нацеливая большие копья, а северяне уворачивались, подныривали под конское брюхо – и вспарывали его во всю длину. Жалко было лошадок, зато всаднику, путавшемуся в кишках своего коня, жить оставалось недолго – норманнские мечи и ему выпускали требуху.

Конники Булана, тот самый «полк левой руки», что зимой хорошо врезал находникам Эйрика-конунга, рассекал, разрубал правый фланг печенежского воинства. Часть его оказалась окруженной, с одной стороны, конниками, а с другой – моими отроками, которым не досталось коней. Так они бегом спустились с Горы и, подчиняясь стягу, трубам и бубнам, ударили печенегам в тыл.

Кочевники угодили в маленький «котел», и их участь была решена. Они, конечно, бились и сдаваться не собирались, но все это трепыхание уже не имело значения – печенеги могли лишь защищаться и продать свои жизни подороже. Но «покупали» мы их задешево.

– Сотням Веремуда, Воиста и Ивара! Обойти лесом и выйти на Боричев ток севернее, ближе к Почайне! Ударить по врагу оттуда, вдоль улицы! Место выбывших сотен занять славинам!

Названные сотни ускакали, а славины, принятые в дружину Аскольда, «заступили на смену». Экипированы они были неплохо – на каждом кольчуга до колен, шлем, щит миндалевидный, секира в руках, а то и копье.

Но победу одерживает не оружие и даже не умение того, кто вооружен, а сила духа. Вот ее-то славинам и недоставало.

Однако, если их перемешать с варягами, да чтобы в одном строю… Толк будет.

С гиканьем, с посвистом по Боричеву току промчалась сотня Веремуда. Ее первой я вооружил огромными копьями в два человеческих роста да выдал тяжелые латы – это была моя «рыцарская» конница.

Конечно, то, что вышло, походило больше на пародию – ни шлемов-топхельмов, ни нагрудников коням не было, да и самих коней, собственно, тоже не имелось в наличии. Веремуд со своими оседлал тех животин, что нашлись в конюшнях Аскольда.

А там ни одного могучего фризского жеребца, похожего на стройного бегемота, не водилось.

И все же у Веремуда получилось. Стремительный набег коней и опущенные копья кого хочешь лишат уверенности. Лишь двое-трое печенегов решились сдуру остановить бешеное движение – копья насаживали их, как бараньи тушки на вертел, а «рыцарские» кони сшибали мелких степных лошадок.

И эта атака стала последним ударом – печенеги заметались, уже не о победе думая, а о побеге, о спасении мечтая, но деваться им было некуда. Отроки же были слишком разозлены, чтобы брать кочевников в плен. Началась резня.

Ржали кони, кричали люди, с тупым хряском врубались секиры и мечи. Крови лилось столько, что уличная пыль растекалась противной коричневой слякотью.

Еще немного, еще чуть-чуть, и бой выдохся.

Разгоряченные отроки все не прятали мечей, успокаивая коней, оглядывались, словно недоумевая: неужто это все мы натворили?

Отдав последние приказы, я направил коня к Боричеву увозу, чтобы доложить князю о ЧП, но Олег уже и сам спускался навстречу. Пышная свита сопровождала его.

– Все видел, – остановил меня князь, улыбаясь. – Твоя тысяча опять прославилась. Ты, Ингорь, даже не догадываешься, как помог сейчас! А то были тут некоторые строптивцы от древлян. Мигом языки прикусили, как эту бойню увидали! Поняли, змееныши, за кем сила!

– Что есть, то есть, – скромно сказал я. – А вот меня, княже, больше Новгород беспокоит. Уж больно много народу оружного мы увели оттоль. Как бы кто хитрозадый не нашелся снова, чтобы по тылам нашим погулять.

– Да, – согласился Олег, хмуря лоб, – есть такое дело… Может, вернешься, Ингорь? Понимаю, что здесь теплее, а дорога долгая. Но не приказываю, прошу.

– Да не вопрос, княже, вернемся, – бодро ответил я. – Обороним, коли нужда будет.

– Ну, тогда слушай приказ! – сказал князь, чуя облегчение. – Берешь с собой урман – Олаф сам просился в твою тысячу – и пять сотен славинов. Надо, Ингорь! Надо! Одним варягам не одолеть врага. Ни булгар, ни хазар, ни печенегов этих. Я сейчас потихоньку в степь двинусь, будем мы остроги ставить по берегу, там, где переправы. Дойдем ли до порогов, не знаю. Вряд ли хватит нам лета одного. Но к осени вернемся – и не дружину с собой приведу, а то самое большое войско, о котором ты говаривал. Как его… на «А»…

– Во-во, эту самую армию и приведу. Слушать никого не стану, хныкающих о старине, а выстрою всех по сотням, полутысячам и тысячам. Степь широкая, есть, где бойцов гонять!

– Согласен, княже. Только так и победим!

– Ну, раз согласен, то набирай славинов и отчаливай. Ежели не хватит скедий, у Фудри возьмешь недостающие.

в которой я запасаюсь подарками

Еще до всех этих событий вокруг и около МВ, мы с парнями часто спорили об Украине. О Донбассе, о майдане, о бандеровцах.

Очень неприятная тема.

Как же так – была единая, великая страна, и вдруг какая-то мразота отхватывает у нас юго-западную окраину, прозывая Украиной?

Споры у нас были долгие, и крутились они именно вокруг украинства. Не существует украинской нации, ее придумали еще в Австро-Венгрии, чтобы расколоть тогдашнюю Малороссию и напакостить Великороссии. А язык украинский придумали поляки, конкретно – Иван Котляревский, в 1794 году.

Похоже было, что он терпеть не мог «хохлов», поэтому специально изобретал слова посмешнее. Например, табурет стал «пiдсральником», а зонт – «розчипiркой».

Для пущего комического эффекта создатели новояза нарочно искажали общеславянские фонемы, но именно такой язык-уродец и утвердил опереточный президент Украинской державы Грушевский в 1918-м. Думаете, хоть кто-то возмутился? Ничего подобного! Наоборот, до самого последнего времени в смешную «украинську мову» добавляли новые толкования, похожие на сверхкороткие анекдоты.

Знаете, например, как по-украински будет «коробка передач»? «Скрынька перепихунцiв»! Нарочно не придумаешь.

Однажды мы с друзьями скачали из сети какой-то фильм о Джеймсе Бонде, переведенный на украинский. Это была настоящая комедия!

Когда лощеный Бонд в смокинге спрашивает: «Що цэ такэ?», на экране не нужен ни Пьер Ришар, ни Луи де Фюнес – и без того обхохочешься.

И я очень уважаю товарища Сталина, но зря вождь продолжал дебильную «ленинскую национальную политику». Сделал бы Украину АССР (как он, кстати, и предлагал Ленину!), и было бы нормально. Так нет же, пошла «украинизация», а Ильич, за что я его простить не смогу, еще и весь русский Юго-Восток отдал УССР – и Харьков, и Екатеринослав, и Одессу.

Но это все так, досада.

Товарищи посторонние, не хмурьте бровки! Не надо в моей писанине усматривать «межнациональную рознь». Никакой розни быть не может, потому как украинцев не существует в природе, они выдуманы, как и их «мова». Так с кем же нам бодаться? С русскими, в паспортах которых проставили «украинец» или «украинка»?

Но мы с «друзяками» все-таки договорились до того, что признали за украинцев галичан, всех этих селюков-рагулей, которые в 39-м по пакту Риббентропа – Молотова сделались гражданами СССР.

Вот где истинные «хохлы», готовые самозабвенно скакать на майданах или записываться в «АТОшники», чтобы пригнать в родное село батраков с Донбасса!

Может, на них плохо повлияли поляки, народец весьма пакостливый? Говорят, когда наши в 44-м освобождали Польшу, им в спину стреляли одни «пшеки», немцы до этого не опускались.

Помните анекдот? Спрашивают украинца: «Если тебе дадут яблоко, что ты с ним сделаешь?». «Зъим», – мрачно отвечает тот.

«А десять яблок?» – «Зъим». «А ящик?» – «Зъим». «Так как же ты целый ящик яблок съешь?» – «А шо не зъим, то понадкусываю!»

Знаете, я никогда не смеялся над этим анекдотом. Потому что в нем отражена правда.

И вот мы с друзьями задумались тогда о причинах той украинской ментальности, которая провоцирует глупую жадность и склонность к подлости. Как еще объяснить, что в национальные герои Украины выдвигаются сплошь предатели – Мазепа, Петлюра, Бандера?

Может, решили мы, тут генетика виновата? И придуманное украинство удачно сложилось со славянством?

Русский народ как раз имеет мало общего со славянами. Варяги-русы, весь, чудь, меря, вантит или венды – вот кто складывал русскую нацию! Зато на юге, в Киеве, славинов хватало, и южане в отличие от нас, северян, приобрели иной склад ума, привычек, характера.

Не знаю, может, я и не прав, но как еще объяснить ту вакханалию, творящуюся на Украине будущего, ту апологию предательства, которую возводят в ранг геройства?

И вот они, славины, передо мной. Стоят, переминаются, переглядываются.

Князь сказал, надо набрать пять сотен из них. Наберу.

Без особого удовольствия, но приказ исполню. И не только для князя, но и для себя, а то и для будущего. Вдруг да удастся выдавить из славинов зловредный ген украинства? Пусть станут одним из тех народов Руси, что будут вариться в плавильном котле истории, пока не получится из них единой нации, великой и неделимой!

– Всех вас я взять не могу, – объявил я. – Великий князь Олег приказал мне взять под руку пять сотен славинских воинов. Пока – пять, а дальше видно будет. Я видел, кто из вас чего стоит в бою с печенегами, поэтому не взыщите – никаких прочих заслуг, родства или знатности учитывать не стану. Мне нужны воины! Надо всеми пятью сотнями я для начала поставлю своих людей, варягов. Они займутся первичным вашим обучением. И устав вам преподадут, и все остальное. Станет ли кто из вас сотским в будущем? Может быть, тут все зависит от вас – как себя покажете, так вас и оценят. Будете трусливыми пузатиками – останетесь на обочине. Станете воинами-победителями, дорога для вас открыта. Хоть в сотские выйдете, хоть в тысяцкие! А пока… Слушай мою команду! Полусотням Буная, Аминода, Пелга, Чамота, Агила, Смеда, Ишуты, Свирида, Окула и Варансы построиться. Сотские, принимайте командование!

Пятеро отроков вышли вразвалочку, плохо скрывая довольство, и начали школить славинов, невзирая на чин и возраст.

– Привет! – подбежал Мишка.

– Здорово. Ты где пропадал?

– Так я же в Вышгороде… Блин! Пропустил все! Печенеги, да?

– «И бе сеча зла, – процитировал Ховаев нараспев, – и побегоша печенезе роздно, и не ведахуся, камо бежаче, и тако погибаша…»

– Молодец, – улыбнулся я. – Садись, «пять».

Только теперь я увидал наконец местных жителей – они выползали из своих убогих землянок, выходили из рощ, появлялись из схронов на огородах.

Откровенно говоря, местные вызывали у меня раздражение. Я видел простонародье в Новгороде – там оно крикливо, горласто, как всякий плебс, но попробуй только тронь его!

«Кто против Бога и Великого Новгорода?!»

А здесь… Какие-то все прижухшие, забитые, взгляды вороватые и недобрые – к таким спиной лучше не поворачиваться.

Что с того, что печенегов перебил? Я для них был властью, а всякая власть означала гнет и оброк.

Стало быть, не нахапались еще, станут в два горла жрать, а с нас три шкуры драть! Так и хотелось им всем бросить: «Да на фиг мне ваши шкурки?»

Как хотите, а местных я не понимаю. На северах люди жилы рвут – лес сводят, пни корчуют великанские, чтобы все это пережечь да засеять, а здесь хоть на два роста вглубь закопайся – один чернозем залег, жирный, хоть ешь его!

Ты только вскопай или вспаши – и с голоду точно не помрешь.

Но где же эти поля до горизонта? Или те крошечные делянки на Подоле – все, что добыто тяжким трудом?

Поморщившись, я отвернулся и стал наблюдать, как мои сотские тиранят и угнетают славинских бойцов. Кросс побежали все. Начали бодро, с ухмылками, но до финиша дотащились единицы, да и то какие-то растерзанные, выжатые и прополосканные.

– Мал! – крикнул я. – Остаешься за меня. Пригляди за всеми. И пусть не задерживаются особо! Чтобы к вечеру были в Вышгороде.

– Так точно! – ответил отрок.

Ночью прошел дождь, и с утра земля парила, сверкала росой. День обещал быть хорошим, ясным и теплым, самым подходящим для отплытия.

А я успел хорошо отдохнуть. Поужинав, залег спать, выспался, позавтракал… Прямо как Николай Второй.

Скедии были готовы – моя тысяча выросла до семнадцати сотен, но плавсредств хватало. Хотя, конечно, обратный путь будет труднее – пойдем против течения.

Ничего, есть кому грести…

Часам к девяти прискакал гонец от князя. Вручил мне грамотку, где Олег в очень грозных выражениях к посадникам городищенскому, новгородскому и ладожскому, а такоже к наместникам любечскому и смоленскому требовал неукоснительного подчинения моей особе как местоблюстителю.

То есть я снова буду замещать князя, пока он наводит порядок в Киеве. Ладно, заместим, нам не трудно.

на грамотка от Олега – князь направлял ко мне посланников печенежского хана Госты, сына Илдея. Дескать, ты побил бойцов хана, вот и разбирайся теперь, чего да как.

Печенеги пожаловали ближе к обеду. Что сказать…

Азиатами я бы их не назвал – невысокие и черноволосые, с узкими лицами и маленькими глазками. Бороды печенеги брили, зато усы распускали.

Печенегов было пятеро – представители от всех малых орд, составлявших одну большую орду Йавды Эртим.

Звали их Халил, Кеген, Темир, Селте и Метигай.

Низко поклонившись, они расстелили настоящий ковер и выложили на него посольские дары – палаш в драгоценных ножнах, серебряный пояс, роскошное ожерелье из крупных розовых жемчужин, золотые подвески с блестящими обкатанными (нынче каменья не гранили) сапфирами.

Я довольно кивнул – будут подарки для жен!

– Приветствую послов могучего хана Госты и его беков, – вежливо сказал я.

Толмач перевел, и печенеги важно поклонились.

– Что привело уважаемых гостей к моему шатру?

Посланцы переглянулись, и один из них, Темир, кажется, заговорил на корявом русском:

– Мой хан водит малый орда у этой великой река Варух[13]. Это его воины имели несчастье нападат на Куябу, где пали смертью. Мой хан спрашиват: скока воинов было у тебя?

– Меньше семи сотен, достопочтенный Темир.

Печенег огорченно поцокал языком.

– Мой хан больше не хочет нападат, – сказал он. – Он передат тебе: «Пусть женщины в наших юртах не будут бояться урусов».

– Пусть, – легко согласился я. – Передай хану, что наши воины не потревожат ни одно печенежское становище. Если, конечно, хан не изменит своего желания отказаться от нападений. Нам нечего делить, но мы можем помочь друг другу. Великий хан Хельгу будет строить крепости на берегах Варуха – в них станут жить и служить наши воины. Их задача – охранять купеческие караваны, что спускаются или поднимаются по реке, а вы сможете в тех крепостях продавать или обменивать свой товар – мясо, кожи, войлок…

Посланцы быстро заговорили между собой, обмениваясь мнениями, после чего Темир выразил свое согласие.

Я сделал знак Мишке, и тот приволок целую кипу мехов – надо же отдариваться как-то. И продешевить здесь никак нельзя – чем щедрее подарки, тем ты богаче. Чем ты богаче, тем ты сильнее, ведь только на войне можно разбогатеть.

Такова извечная логика кочевника. Да будет так!

В общем, мы расстались с послами на позитиве. А уже час спустя начали погрузку.

Скедии отчаливали одна за другой, расправляя паруса. Попутный ветер с юга здорово нам помогал бороться с течением, но и самим тоже стоило поработать.

И я скомандовал:

в которой я рассуждаю о природе времени и надеюсь на деда

Рассказывать о том, как мы проходили путь из греков в варяги, я, пожалуй, не стану – ничего интересного не происходило.

Днем гребли, «помогая» парусам. Ближе к вечеру искали место на берегу для ночевки, и тогда запаренным славинам давали второй урок – как оборудовать лагерь.

Варяги всегда были внимательными к таким вещам, но я довел это дело до совершенства. Не примите мои слова за хвастовство – я же ничего особенного не придумывал, не изобретал. Просто воспользовался опытом тех же легионеров, которые в походе всегда тащили с собой пару кольев, чтобы обнести лагерь-каструм прочным тыном.

Колья не забивались в землю, а связывались в подобие противотанковых «ежей». Они выставлялись по валу, окружавшему походный лагерь, а чтобы этот вал насыпать, выкапывался ров.

Четыре входа защищались ответвлениями вала так, чтобы возможный противник, наступая, поворачивался правым боком, не защищенным щитом. Такие усиленные проходы римляне называли клавикулами.

Внутри лагеря размечались и обустраивались прямые улицы, вдоль которых ставились шатры – по линеечке. После того как славины поучаствовали в строительстве четвертого по счету лагеря, они точно знали, где им ставить палатку – никто не путался, у каждой сотни был свой участок работ, так что место ночлега для семнадцати сотен человек сооружалось быстро.

Иногда мы останавливались прямо на берегу, тогда лагерь разворачивался к реке и требовал возведения укреплений всего лишь с трех сторон. С четвертой покачивались наши скедии.

В общем, уроки шли впрок, «призывники» набирались опыта. Кстати, урман Олафа мы тренировали так же, как и славинов.

Правда, бой на мечах мы викингам не преподавали, как и греблю – этому они сами могли кого хочешь научить. Но вот порядок, строй, дисциплина – эти предметы они каждый день проходили.

Не скажу, что к волокам мы подошли уже сыгранной командой, нет. Слишком многое еще разделяло нас.

Годы потребуются, чтобы нореги, венды, русы, весины, славины и прочий народ перестали «солировать» и спелись в общем хоре.

А я не спешу! У меня впереди целая жизнь, и провести ее я хочу здесь, на Руси изначальной.

Мне, признаться, очень нравилось само название – легион. По числу бойцов с римским легионом сравнится наша полутьма, тоже пять тысяч с лишком. Но не звучит!

Хотя не знаю, как сами римляне отреагировали бы на наши тысячи и тьмы. Вполне возможно, что им бы это пришлось больше по вкусу, чем легионы и центурии.

В любом случае силком вводить инородные термины я не собираюсь. Хватит. Я в будущем уже накушался всех этих франчайзингов и аутсорсингов, не буду засорять пока еще девственный русский язык.

Мне думается, что даже при царе Олеге I Вещем армия вряд ли достигнет численности в триста тысяч, скажем. Уж больно дорого будет содержать такую.

А ведь в здешнем счислении имеется число «легион»! Это сто тысяч.

То есть вот я командую сейчас тысячей. Десять тысяч – это тьма. Десять… чего? Тьмов? Тьфу ты! Десять тем – это и есть легион.

Так что я малость успокоился. Будет тебе легион, погоди только. В принципе, потомки наверняка откажутся от сотенной структуры. Система «десяток – сотня – тысяча – тьма» – чисто варварская, первобытная. Вот появилось понятие «полк».

Это всего лишь часть войска, но ведь в моей реальности полк обрел все черты подразделения, так почему бы и в этой не произойти подобному?

И вообще. Если уж мы взяли курс на образование Великой Руси, то в будущем, надеюсь, не мы будем заимствовать словеса у более удачливых соседей, чьи предки загубили Римскую империю, а они – у нас.

Вот с такими мыслями я и прибыл к Касплинскому волоку. Суета, нужда в четкой организации работ отвлекли меня от не важных дум, заняли все мое время.

Отдохнул я лишь на берегу Ловати, в один из тех редких вечеров, когда не чувствуешь себя совершенно измотанным, выдохшимся, а есть еще силы посидеть у костра и не задремать с миской недоеденной каши в руках.

А вечер выдался пречудесный. Я удобно развалился в корневищах упавшей сосны, случайно свитых на манер кресла, и благодушествовал.

ЗАБРАЛ НОЖ БАБОЧКУ У ШКОЛЬНИКА В Standoff 2 | Стандофф 2

Утомление было, ноги гудели, но не ощущалось надрыва, той свинцовой усталости, которая не проходит к утру и лишь рождает упадок духа. Зато была приятная истома. Потянешься, бывало…

Ты все еще молод, силен, здоров. Знатен! Удачлив. Тебя боятся, тобой восхищаются, тебе завидуют. А дома ждут три красавицы…

Чего тебе еще? Деда спасти? Спасем…

Костер горел не слишком ярко, бросая мелькающие отблески на речную волнишку. Дальше по берегу огонь трещал куда звучней, выделяя сидевшие фигуры красным или оставляя одни лишь черные силуэты.

Громкие разговоры, перебиваемые гоготом, доносились невнятно, да я и не спешил к ним прислушиваться.

Подошел Мишка с огромным бутербродом – на ломоть каравая уложен кусище окорока, предложил мне, но я мотнул головой:

– Сам лопай. Чайку бы щас…

– Я бы и сам не прочь. Прастен заваривает травки лесные, с ягодками сушеными, листочками пахучими…

– А-а… – отмахнулся я лениво. – Это не чай, а мочай.

Мишка хохотнул и вгрызся в свой пугающих размеров сэндвич.

– Игорь, – проговорил он с набитым ртом, – а ты думал о… э-э… о возможных последствиях нашего эксперимента?

– Прожуй сначала, – заворчал я. – Выразился ты довольно туманно, но я тебя, как это ни странно, понял. Ты имеешь в виду «эффект мотылька»?

– Именно! – энергично кивнул Миха. – Нет, пока еще ничего особенного не произошло, великие перемены только грядут, но…

– Тебе жалко то будущее, к которому ты привык, – договорил я за него.

– Да! Коронация Олега, захват Булгарии с Хазарией – это же все перевернет! История изменится настолько, что…

– А что, собственно, изменится? Править станут не Рюриковичи, а Ольговичи? И что? Не взойдет на престол Иоанн Грозный? Петр Первый не станет тужиться форточку в Европу отворять? А зачем нам Иван Васильевич, если мы уже – сейчас! – соберем земли в русское централизованное государство? К чему нам Петр Алексеевич, коли у нас и без него флот будет и выходы во все моря? На Балтике мы и без того сидим прочно, к Студеному морю тоже вышли. Выйдем и к шумнокипящему Понту Эвксинскому, сиречь Русскому морю. И почему бы нам лет через двести, скажем, не уберечь Византию от захвата крестоносцами? Спасем Второй Рим, присоединим к Руси…

– Спасем? – ухмыльнулся Мишка.

– Ну да, – хладнокровно сказал я. – Отломи кусок, а то так жуешь смачно…

Ховаев поделился со мной, и я тоже задал работу челюстям.

– Финляндию когда займем, – сказал я невнятно, – двинем сразу в северную Швецию… в Свеарики. У них там железо доброе… Руда, я имею в виду. И Норвегию займем заодно, пока они там не прочухали еще… Тоже северную, Финнмарк.

– Это где Нарвик? – уточнил Мишка.

– Угу… Нореги туда не суются пока. Хм… Вообще-то первый норвежский король Харальд I Косматый, быстренько переименованный в Прекрасноволосого, уже занял Лафотены, где Нарвик. Ничего, подвинется…

– Подожди, – удивился Ховаев, – так это что же получается? У норегов уже есть король? Они уже объединяются в Норвегию?

– Да! Мы опять отстаем.

– Догоним… – буркнул Мишка.

– Да куда мы денемся… Я к чему все это? Не надо бояться перемен, если они к лучшему! Ну, не будет у нас Петербурга, и что? Зато и Батый не заявится, а если и осмелится, то тазом накроется Золотая Орда! И Смуты не будет, и с турками, скорее всего, воевать не придется – если займем Византию, то туркам по башке надаем…

– Это правильно… – вздохнул Ховаев, расправившись с бутербродом.

– Да ты не слушай, как я тут бодрюсь, – завздыхал и я. – Мне самому страшно. От одних угроз уйдем, и то неизвестно, выйдет ли чего, так наверняка же другие опасности возникнут, еще пуще. Да и… А! Я тут про Питер толковал, так ведь дело не в городах и территориях, дело в людях! Мне совсем не хочется, чтобы привычный мне мир исчез, сменился другим, пусть даже лучшим, но чужим для меня. А если из-за наших «макроскопических воздействий» Пушкин не родится? Не будет СССР, не будет Сталина, Гагарина, братьев Стругацких? А на хрена мне такой мир? И кто сказал, что он будет лучше того, что есть там ? Мы хотим, чтобы Россия заняла подобающее ей место, то бишь первое? Замечательно! А кто даст гарантии, что положение единственной сверхдержавы не пойдет во зло? Что мы сами не станем мировым жандармом вроде США? Может, «отцы-основатели» тоже были такими, как мы, странниками во времени? И они до